Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила
Люциан согласился. Ему требовалось хоть одно свидетельствование, чтобы яснее представить картину и выстроить тактику. Он был рад не мучить всех, а ограничиться лишь кем-то одним.
Еми направилась к выходу в сопровождении обеспокоенных взглядов. У порога она натянула на ноги темно-серые мягкие туфельки, подошва которых была такой плоской, что, надевая их, ты будто ходил босиком, и вышла, направившись к камфорному дереву. Листья успокаивающе шелестели на ветру и иногда падали на стол и лавку под ним.
– Спрашивайте, – велела она, прислонившись копчиком к краю стола и скрестив руки на груди.
Увидев закрытую и напряженную позу девушки, Люциан ощутил тяжесть на сердце. Он хорошо умел допрашивать виновных, но с пострадавшими дела обстояли иначе. Хотя он легко находил общий язык с людьми, в такие моменты терялся и переставал понимать их чувства.
– Вилиам Сантера подобрал тебя на улицах Лумуса, предложив хорошую и беззаботную жизнь в роскоши, или это был кто-то из его подручных? – прямо спросил он.
– Нет, все сделал он сам.
– Первое время он был дружелюбен, внимателен и осыпал подарками?
– Да.
– Как он вел себя при встречах? Что говорил, делал?
– Нахваливал, – ответила Еми и брезгливо передернула плечами. – Говорил, что я красавица, что будет беречь меня и возьмет под опеку всю мою семью, убеждал, что с ним мне нечего бояться. – Она отвела взгляд в сторону. – При наших встречах почти не трогал меня, позволял сидеть рядом или напротив, если мне того хотелось. Не приближался, если я не позволяла.
– Он был аккуратен, – сказал Люциан, и Еми кивнула. – Как долго ты жила у него, прежде чем он овладел тобой?
Стоило только вопросу повиснуть в воздухе, как Еми пробрала дрожь. Она вся напряглась и резко повернула голову, уставившись на Люциана круглыми от шока глазами.
– О… откуда вы…
– Все хорошо, – поспешил успокоить ее Люциан. – Есть еще одна девушка, которая пострадала от рук городничего. Я предположил, что ваши истории схожи, вот и высказал то, что услышал от нее.
Еми не сразу поверила его словам. Она недолго смотрела в глаза Люциана, будто в поисках подвоха, но, потерпев неудачу, расслабила плечи и пробормотала:
– До того… До того как все случилось, я прожила у него около двух недель. – Еми неуверенно сжала в ладони локоть другой руки.
– Почему ты не сбежала от него в тот злополучный день?
– Я не знала, что что-то произойдет. Он пригласил меня мирно побеседовать, и сначала наша встреча ничем не отличалась от предыдущих, а потом… – Ее голос прозвучал сдавленно, и Еми прикусила губу. – Можно сказать, я сама согласилась.
– Что сподвигло тебя на это?
– Его слова… Он начал говорить, что я избрана богами и должна открыться им, чтобы получить дар, который даст мне защиту всевышних. Говорил, что благодаря божественному покровительству мне удастся помочь не только себе, но и своим родным, ведь, пока я наслаждаюсь жизнью, они бедствуют…
– Он часто упоминал твою семью?
– Да. Почти каждую встречу просил рассказывать о них, обещал, что со временем дарует моим родным такое же богатство, какое теперь есть у меня.
«Наверняка манипуляции были тем немногим, что использовал Сантера, чтобы заговаривать зубы своим жертвам».
– И этих слов хватило, чтобы…
– Н-не совсем, еще он дал вина, которое позволило мне расслабиться и отпустить волнения, после него я… уже не смогла противиться.
«Уверен, вино было не из простых, – мрачно подумал Люциан, вспоминая “Покой”, которым Кай угощал в Асдэме, и его влияние. – Если Сантера связан с темным портом, то дурманящие напитки мог достать без труда».
– Что случилось после? Ты осталась его гостьей или тут же была изгнана?
Еми ответила не сразу.
– Я осталась… гостьей. Он переселил меня в другое жилое крыло и велел не покидать комнаты, пока не получу благословение. Я не знала, как скоро это произойдет, поэтому сидела взаперти столько времени, сколько и не вспомню.
– Он навещал тебя?
– Редко.
– Кто тебя забрал оттуда?
– Трое мужчин. Городничий привел их ко мне в последний день. Они велели выпить какой-то напиток, после которого я уснула, а проснулась уже на корабле.
– Можешь описать внешность тех мужчин?
– Одеты в купеческие одежды и… старые… Старше городничего.
– Насколько?
– Раза в полтора.
Люциан предположил, что тем мужчинам было не больше пятидесяти лет и они приходились либо переодетыми заклинателями-отступниками, либо чьими-то подручными.
«Возможно, и впрямь купцы. Нужно подумать над обыском купеческих домов».
– Ты когда-нибудь видела их раньше? Может быть, они заходили к городничему в качестве гостей?
Еми покачала головой.
Люциан сравнил ее историю с той, что услышал от Кая про Хаски, и подумал: «Значит, Сантера и правда похищает дев, но почему таких юных? Или в этом возрасте они с большей вероятностью окажутся невинными?»
– Твои подруги пережили то же, что и ты? – уточнил Люциан, хотя уже знал ответ.
– Да. Но были, конечно, некоторые отличия: кто-то общался с городничим дольше, кто-то меньше; кого-то он чаще водил в сад, а кого-то вообще не выгуливал, но не думаю, что это что-то меняет.
– Вы оказались на корабле в одно время, значит ли это, что вы все были его гостьями одновременно?
– Да. Но он запирал каждую из нас сразу после того, как получал желаемое, и мы больше друг друга не видели.
«Обманщик, связанный с демоном и черным портом. Похититель, манипулятор, насильник и работорговец, – подумал Люциан, с трудом сдерживая зубовный скрежет, пока перечислял “заслуги” городничего. – Я его четвертую, а тело сожгу». Он был тем, кто редко испытывал гнев, но сейчас это пламенное чувство охватило душу. То, что сделал Сантера, было непростительно. Аморально и жестоко.
– Благодарю за помощь и извиняюсь за то, что заставил тебя вновь пережить все это, – виновато произнес он, приподняв уголки губ. У него на лице появилась скромная сочувственная улыбка, скрывающая за собой жажду расправы.
– Что вы с ним сделаете?
– Пока не знаю, – ответил Люциан, словно и впрямь ничего не придумал. – Но вершить правосудие будет заклинательский суд. Когда все закончится, ты больше не услышишь его имени. Я тебе обещаю.
– А что с моей семьей? Я не видела ее с тех пор, как меня забрали.
– Мы найдем твоих родных и родных твоих подруг, – заверил ее Люциан.
– Спасибо, – сказала Еми, и на последнем слоге ее голос дрогнул. Она плотно поджала губы и смахнула указательным пальцем одинокую слезу.
Люциан почувствовал себя неуютно, видя, как юная дева пытается справиться с болью и раной в душе.
Заклинатели расследовали разные дела, в которых умирали или страдали невинные, но большинство этих историй не были настолько
