Фантастика 2025-44 - Александр Сороковик
— Че вот его не выгонят, интересно? — тихонько, чтобы никто, кроме своих, не услышал, задался философским вопросом Лева, пока тренер вдохновенно продолжал свою антиалкогольную лекцию. — Я где ни тренировался — мне даже покурить было нельзя, даже одну в день! А тут, понимаешь ли, «Динамо», всесоюзное общество, туда-сюда… и этот деятель такие вещи вытворяет, и ему хоть бы хны!
— Ну подойди к нему да спроси, — хмыкнул Шпала. — Чего ты нам-то эти вопросы задаешь. А вообще, тебе-то чего? Тоже хочешь распивать по ночам?
Лева не успел ничего ответить, потому что Антону Сергеевичу, видимо, надоело разыгрывать сценку товарищеского суда над раздолбаем Денисом, и он перешел к дальнейшим указаниям для всех.
— Значит, так, орлы! — обратился он к строю. — Через полчаса все собираемся на улице, прямо перед входом. Поедем на рыбалку и пикник.
Динамовцы, и мы в их числе, гурьбой заструились к выходу. Вообще я любил такой общий досуг — в неформальном общении всегда можно наладить какие-то связи в новой компании, понять, кто есть кто и как лучше всего себя вести, чтобы добиться своих целей. Да и хорошие друзья тоже появляются зачастую после таких вот неофициальных посиделок. Тем более, что тело все еще ломило после «вступительных испытаний», и отдых был весьма и весьма кстати.
— Здорово, пацаны, — подошел к нам Саня, которому было поручено над нами шефствовать. Мы уже вышли на улицу, чтобы не толпиться в помещении, а подышать, наконец, свежим воздухом. — Как вы уже поняли, я — Саня.
Мы по очереди пожали ему руку и представились, после чего Саня задумчиво посмотрел вдаль и произнес:
— Эх, не повезло вам, конечно, с соседом… Я так понимаю, кто-то из вас с ним даже в одной комнате оказался, да?
Мы с ребятами переглянулись, пытаясь понять, о ком именно речь. Хотя я, кажется, уже догадался.
— Он со Славкой Лемешевым дружит, — продолжал Саня. — А Славка уже чемпион — ну, вы слышали. Ну и расслабляется периодически. Ему-то чего — от него уже никто никаких рекордов не требует: хочешь — продолжай, не хочешь — твое дело, ты и так уже свой почет заслужил. А Денис этот на него насмотрелся — и давай за ним повторять. Вообще он, надо сказать, действительно жутко талантливый, но очень падкий на спиртное.
— Как же он здесь занимается, если пьет? — простодушно спросил Шпала. Видимо, такие комбинации человеческих интересов для него были еще в новинку.
— Да вот из-за таланта и занимается, — усмехнулся Саня. — Едет на том, что у него есть от природы — ну, пока действительно получается, но только это же не всегда так будет. Понимаете, он ведь может даже не тренироваться — и все равно результаты выдавать такие, что у некоторых и с тренировками не получится. И, в принципе, его бы все давно оставили в покое, но вот почему-то решили именно его готовить на Олимпиаду. Поэтому Антон Сергеевич и переживает. Там же, сами понимаете, уровень уже другой, никаких поблажек никому не будет. И никаких опохмелов ему никто там не позволит. А главное, если организм привык к расслабленности, он может подвести в самый неподходящий момент. Тут тренируешься-то — и то всякое бывает… Да, кстати! А вы вообще знаете, куда мы едем, что за рыбалка?
— Не-а, — ответили мы вразнобой. Собственно, что такое рыбалка вообще, мы, разумеется, знали. Но, судя по вопросу, в данном случае под этим подразумевалось что-то не совсем привычное.
— Ну ничего, сейчас узнаете, — пообещал Саня. — Не расходитесь, минут через двадцать уже поедем!
— А что, автобус будет? — спросил Сеня.
— Нет, — Саня покачал головой, — своим ходом отправимся. Да это не очень далеко! Я отойду сейчас ненадолго, а вы меня дождитесь. Лучше вам пока что меня держаться, пока не освоитесь.
— Слушайте, далеко — не далеко, а вряд ли там наша форма пригодится, — сказал Шпала, задумчиво смотря вслед удаляющемуся Сане.
— Вообще да, — согласился я. — Нечего такую красоту почем зря трепать. Айда переоденемся по-быстрому!
Мы поднялись на свой этаж. Я уже потихоньку начинал ориентироваться в лабиринтах этого здания. Да, в общем-то, особенно запутанных лабиринтов здесь и не было — обычная типовая советская постройка для проживания и параллельной работы. Такими были санатории, пансионаты, интернаты, дома отдыха… Своя логика в расположении внутренних помещений там была, просто надо было ее сразу усвоить. Я уже запомнил, что столовая располагалась по правую руку на втором этаже, зал для тренировок — тоже справа, но на первом. А посередине была лестница, слева от которой, начиная со второго этажа, находились жилые комнаты. На первом же этаже здесь располагались медпункт и разные административные кабинеты.
Войдя с Сеней в наш номер, мы ожидаемо обнаружили в нем уже знакомого нам Дениса Бабушкина, развалившегося на кровати. Его ботинки тоже валялись как попало посреди комнаты. «Какой хозяин, такие и ботинки», — усмехнулся про себя я. «Зимой, наверное, по комнате точно так же разбросаны куртки и свитера».
Хотя тренировки, как мы уже знали, он посещал неохотно, навыки у него, похоже, никуда не девались: лежа на спине, он умудрялся боксировать с воздухом — и, надо признать, смотрелось это весьма прилично. Если бы этот сюжет снять, а потом видео перевернуть на девяносто градусов, кто-то мог бы вообще не заметить подлога: тренировка и тренировка, одиночная. Когда вокруг него начала кружить муха, влетевшая в распахнутое окно, Бабушкин резко подпрыгнул и поймал ее одним кулаком в тот самый момент, когда она начала взлетать к потолку. Раздавив ее в кулаке, он с видом человека, исполнившего важный долг, снова развалился на кровати в прежней позе. Да, насчет его спортивного таланта нам не врали. Такое, знаете ли, и не каждому трезвеннику удастся!
Услышав, что мы
