Весь Генри Хаггард в одном томе - Генри Райдер Хаггард

— В таком случае он осел, — перебил его Квик, — Абати не знают благодарности.

— Он боится, — продолжал Яфет, — кроме того еще и другого. Например, Дочь Царей может выразить свою благодарность тем, что особенно отличит одного из вас. — И он поглядел на Орма, который отвернулся в сторону. — Но принц обручен с Дочерью Царей и желает жениться на ней по двум причинам: первая из них — это то, что брак сделает его первым человеком среди Абати, а второе — он уверил себя, будто любит ее, и боится теперь потерять ее. Поэтому он решился на хитрость.

— На какую хитрость? — спросил один из нас, оттого что Яфет медлил.

— Не знаю, — ответил он, — и не думаю, чтобы мой друг знал это, в противном случае он все рассказал бы мне. Но я понял, что они собираются увезти Дочь Царей в замок принца Джошуа на одном из дальних концов озера, в шести часах езды отсюда, и там заставить ее немедленно обвенчаться с ним.

— Понимаю, — сказал Орм. — А когда они собираются сделать это?

— Не знаю, господин. Я знаю только то, что мой друг рассказал мне, и я счел нужным немедленно же пересказать это тебе. Все же я спрашивал у него относительно времени, и он ответил мне, что по его мнению все это должно произойти в первый день после ближайшей субботы.

— До ближайшей субботы еще целых пять дней, так что дело еще терпит, — заметил Оливер со вздохом облегчения. — Уверен ли ты в том, что можешь верить твоему другу, Яфет?

— Нет, господин, не уверен, тем более, что его всегда считали лжецом.

— Благодарю тебя, Яфет, за сведения, но ты мог бы и не будить меня. Теперь ступай, проверь, все ли в порядке, и возвращайся сюда.

Яфет поклонился и вышел.

— Что вы думаете обо всей этой истории? — спросил Оливер, как только наши слова не могли достигнуть его слуха.

— Брехня! — ответил Хиггс. — Здесь все сплетники, и это одна из их выдумок.

Он помолчал и взглянул на меня.

— О, — сказал я, — я согласен с Хиггсом. Если бы друг Яфета действительно знал что-нибудь, он рассказал бы ему куда подробнее. Мой совет — не говорите об этом никому, в частности же Македе.

— В таком случае мы все согласны. Но что думает по этому поводу сержант? — спросил Оливер, обращаясь к Квику, стоявшему в углу комнаты и, по-видимому, углубившемуся в разглядывание пола.

— Я здесь, капитан, — ответил тот, становясь во фронт. — Прошу прощения, но я не согласен с вами всеми, кроме того, что не следует пугать госпожу. Я думаю, что все это может быть правдой, оттого что, хотя Яфет и глуп, но честен, а честные люди иногда берутся за палку с надлежащего конца. Как бы то ни было, он верит, что здесь что-то есть, и для меня это достаточно убедительно.

— Хорошо. Раз вы так думаете, что же, по-вашему, следует предпринять, сержант? Согласен, что Дочери Царей не следует говорить обо всем этом, а я сам не могу уйти отсюда раньше десяти часов вечера. Что вы там чертите? — И он указал на пол, где Квик рисовал что-то пальцем.

— План собственных покоев госпожи, капитан. Она сказала вам, что собирается лечь спать при заходе солнца, так как она почти не ложилась прошлой ночью и хотела бы отдохнуть, раньше чем что-нибудь случится. Так вот — ее спальня здесь, не так ли? А впереди другая комната, где спят ее девушки, и позади нет ничего больше, кроме высокой стены и рва, через которые нельзя пробраться.

— Совершенно верно, — прервал его Хиггс, — я получил разрешение снять план дворца, но только впереди здесь есть небольшой проход шириной в шесть футов и длиной в двенадцать, который ведет из комнаты стражи в покои Дочери Царей.

— Совершенно верно, профессор, и в этом проходе, если я не ошибаюсь, имеется поворот, так что два хорошо вооруженных человека могут выдержать здесь нападение целой толпы. Предположим теперь, что вы, профессор, и я отправимся в этот коридор и устроимся на ночь в комнате стражи, которая теперь пуста, потому что охрана стоит у ворот дворца. Мы здесь не нужны (ведь если капитан не сможет взорвать мину, то и никто другой не сможет этого сделать), а здесь останется доктор, чтобы помочь ему в случае нужды, и Яфет, который наблюдает за целостью проводов. Что вы скажете на это, профессор?

— Я? Я сделаю все, что вы хотите, хотя предпочел бы взобраться на вершину скалы и посмотреть, что произойдет.

— Все равно ничего не увидите, Хиггс, — перебил его Орм, — кроме, быть может, отблеска взрыва на небе. Кроме того я прошу вас отправиться вместе с сержантом. Как бы то ни было, хотя я и считаю, что не следует пугать Македу, я не спокоен за нее, и если вы, друзья, будете там, я буду знать, что все в порядке, и вы снимете с моих плеч большую тяжесть.

— В таком случае решено, — сказал Хиггс, — мы сейчас же идем. Вот что, мы захватим с собой этот переносной телефон, он нигде в другом месте теперь не нужен больше. Провода хватит до дворца, и если он будет действовать, мы сможем переговариваться и сообщать друг другу о положении вещей.

Через десять минут они были совсем готовы, и Квик подошел к Оливеру, стал во фронт и отрапортовал:

— Готов в поход, капитан. Какие будут распоряжения?

— Больше нет ничего, сержант, — ответил тот, отрывая глаза от маленькой батареи, на которую он смотрел так, как будто бы она была живым существом. — Вы знаете сами. В десять часов, то есть через два часа, я нажму эту кнопочку. Что бы ни случилось, нельзя этого