Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон

Макс пожал плечами:

— Записи комедий — это в наши дни рискованное дело, — сказал он, оглядывая комнату, чтобы определить, кто присутствует среди гостей. — Сейчас прибыли дают только Стив Мартин и Робер Виллиамс. Иногда Ричард Приор, если его материал нравится деткам. В наши времена слишком легко сесть с комедией в лужу.

— Лужа? Кто тут говорит о каких-то лужах? Я говорю о том, что ВСЕМ нравится, от фермера Джона до панка! Вес — вот кто покрывает все эти слои!

— Посмотрим, Джимми. Подождем до показателей по «Чистому везению», договорились? Поглядим, какова популярность.

— Да-да, гм… Вес, а где Соланж?

— Не знаю, — сказал Вес. — Она была здесь всего пару минут назад.

— А «чаши гостеприимства» скоро высохнут. Нужно попросить наполнить их. Я этим займусь, ладно?

Вес улыбнулся и кивнул:

— Конечно, все, что угодно. «Чистое везенье» было ничего, а?

— Ничего? Это был конец света! Через три недели шоу будет вести расписание!

Вес протянул руку и поймал Джимми за руку, когда тот и люди из «Аристы» собрались уже отойти.

— Мне можешь мозги не вворачивать. Скажи, шоу смотрелось неплохо? — тихо спросил Вес.

— Звездно, — сказал Джимми. Он коротко улыбнулся и исчез.

«Бог на моей стороне, — подумал Вес, снова расслабившись. Потом он вспомнил: Соланж! Где она?

Он поднялся на нетвердых ногах, перед ним сразу образовалось свободное пространство. Кто-то похлопал его по спине, что-то говорил, но он не слышал.

Он искал Соланж. Последние остатки его сигареты превратились в пепел и упали на пол.

Минуту спустя он нашёл ее. Соланж сидела с группой гостей на длинном низком коричневом диване в центре комнаты. Она пила белое вино из хрустальной чаши, тонкие смуглые пальцы чутко обхватили ножку. На низком столике перед ней горели три свечи в медных подсвечниках, бросая янтарные и золотистые отблески на смуглую кожу, блестя в черных лучах ее чуть удлиненных миндалевидных глаз. Огромная ваза с сухими цветами была отодвинута в сторону, чтобы освободить место для доски Оуйа. Глотая вино, Соланж смотрела на белый планшет. Взгляд ее одно и то же время был отсутствующим и напряженным. Вокруг сидело несколько человек, глядя, то на прекрасно вылепленное скульптурное восточно-африканское лицо Соланж, то на белую доску.

— Ну что, Соланж, — услышал Вес голос одного из мужчин. — Начинай. Вызови нам… о… вызови дух Мерилин Монро или еще кого-нибудь.

Соланж слабо улыбнулась:

— Вы хотите веселиться. Вы не хотите серьезного, — сказала она таким же холодным, как и октябрьский ветер, голосом.

— Нет, мы будем серьезны, — сказал другой парень, но он тоже улыбался. — Обещаем. Ну, начинай же… Вызови Шарон Тейт.

— О Боже, нет! — сказала девушка, у которой были длинные светлые блестящие волосы. Глаза ее испуганно расширились. Вес ее узнал, она снималась в последнем популярном фильме компании «Эн-Би-Си» «Роллер лихорадка».

— А как насчет Освальда? — спросил кто-то, дунув на ароматическую палочку жасминовой эссенции, чтобы посмотреть, как летят искры. — Этот поговорить с нами не откажется?

— Клифтон Вебб. — Старлетка из «Эн-Би-Си» пододвинулась поближе к планшетке Оуйи, но, казалось, боялась к ней притронуться. — Я слышала, он опять появился в округе.

— Нет, — сказала Соланж, глядя на пламя свечи своими кошачьими узкими глазами. Пламя чуть заметно мерцало. — Кажется, сегодня ночью ничего не получится. Во всяком случае, не здесь и не в такой толпе. — Свет мерцал на сотне маленьких медных бусинок, вплетенных в тугие косы, которые были собраны эбеново-черные волосы Соланж. — Духи не станут разговаривать, если нет соответствующего настроя спрашивающих.

— А чем не подходит наше настроение? — спросил парень, который предлагал поговорить с Освальдом. Он помахал тлеющей ароматической палочкой, глаза у него были стеклянные, словно он находился под воздействием гипноза. — Мне наше настроение очень нравится. Давай, Соланж. Вызови нам кого-нибудь.

— Духи не любят, когда над ними смеются. — Соланж отпила глоток вина, но не отвела взгляда от пламени свечи. С того места, где стоял Вес, он видел, что пламя очень медленно колышется, почувствовал внезапный холод, пробежавший по позвоночнику. Точно такой же холод он почувствовал, когда в первый раз посмотрел на Соланж — год назад в отеле «Хилтон» в Лас-Вегасе.

— Я придумал, котик, — сказал худой юноша, сидевший слева от Соланж. Это был Мартин Блю, британская восходящая звезда в бизнесе грамзаписи, который три года назад выпустил первый альбом Веса в компании «Уорнер». На губах Мартина играла хитрая лисья улыбка. — Вызови-ка нам!.. гм, как же его имя?.. Да, Кронстина. Орлона Кронстина.

Старлетка из «Эн-Би-Си», Мисси — дальше ее имя Вес не помнил, — нервно засмеялась. Последовала тишина, охватившая группу людей вокруг столика и дивана. Остальная часть вечеринки продолжала шуметь вокруг. Вес показалось, что все в группе немного испугались, кроме Соланж, которая больше не улыбалась.

«Пора идти на выручку», — подумал Вес и сделал шаг в сторону Соланж, в круг света свечи.

— Что такое? — спросил он, язык его слегка заплетался. — Сказки о привидениях? До Хелловина еще осталось время, детки.

— Привет, Вес — сказал Мартин Блю. — Мы тут пытались уговорить твою подружку вызвать для нас…

— Ага, я слышал эту чепуху. — Вес рухнул на диван и потянулся. — Если ты, Мартин, так сильно жаждешь поговорить с Кронстином, почему бы тебе не прогуляться на горку, к его скромному домику, а там покричать? Возможно, он спешит к тебе с головой под мышкой…

— Ой, прошу вас, не надо! — сказала Мисси, сжавшись. — Ведь это был тот старый актер, который…

— Да, играл в фильмах ужасов, — поправил Вес. — Снялся в сотне лент, наверное. Достаточно, чтобы разбогатеть. Некоторые ленты до сих пор пускают после полуночи.