Последний Охотник Империи 3 - Денис Стародубцев
— Как-как тебя зовут? Не расслышал. — переспросил он. — Скажи громче, юноша. Или у тебя голоса нет?
Я почувствовал, как Виктор выдохнул. Его плечи чуть расправились, голова поднялась.
— Иванов Виктор! — сказал он громко и чётко. Получилось почти по-армейски.
— Хм, — князь усмехнулся. — Это мне ничего не говорит. Сейчас много Ивановых по всей Империи. Очень уж распространенная фамилия Откуда ты родом?
— Из Нижегородской губернии, — ответил Виктор, и голос его уже не дрожал.
Князь посмотрел на него. Я чувствовал, как давит этот взгляд — тяжёлый, оценивающий, будто он взвешивал каждое слово моего друга, каждую деталь лица, а потом Стахов улыбнулся, будто он вспомнил что-то.
— Иванов, говоришь, ну теперь мне все стало ясно. Я как раз две недели назад ездил туда, — сказал он, и голос его стал чуть мягче. Хотя Страхов и мягче это точно те слова, которые не должны находиться вместе в одном предложении — Видимо, видел я кого-то из твоих родственников, вот и отпечаталось в памяти.
Он шагнул дальш, даже не глянув больше на Иванова.
Мы с Виктором выдохнули одновременно. Я почувствовал, как его плечи, которое были напряжены, чуть опустилось. Посмотрим, что будет дальше.
«Как же нам повезло! Если бы я могла, то описалась бы от страха, насколько напряженный был момент…» — прошептала Алиса у меня в голове.
«Это не везение, Алиса…» — мысленно ответил я своей призрачной подруге.
Князь прошёл ещё несколько шагов, посмотрел в лица студентов. Выглядело это всё, как будто он осматривает свои владения. Потом Страхов остановился в центре зала, обвёл взглядом ряды.
— Хорошо… — сказал он, и голос его разнёсся под высокими сводами актового зала, отражаясь от лепных карнизов и хрустальных люстр. — Я рад видеть будущее нашей великой Российской Империи. Достойное, крепкое, сильное поколение. Мне нравится, что я увидел. А теперь не будем отвлекать вас от занятий. Ведь что может быть важнее, чем подготовка к службе на благо родины? Все свободны!
Тишина длилась секунд пять, показавшихся целой вечностью.
— Студенты, — голос ректора прозвучал на весь актовый зал. — Прошу всех разойтись и проследовать на занятия согласно расписанию.
Зал в этот момент снова ожил. Зашуршала обувь по начищенному паркету, зашептались голоса. Толпа единым потоком двинулась на выход. Принципе стандартная реакция на различные проверки скрыться где-то максимально далеко, чтобы тебя не заметили, и ждать, когда же это все закончится.
Я взял Виктора за локоть.
— Ну ты как? Все нормально? Пошли быстрее, ты хорошо держался. — сказал я. Голос прозвучал тихо, чтобы только он услышал.
Он кивнул и пошёл рядом со мной в сторону выхода.
Мы шли по коридору, и я чувствовал на себе взгляды. Студенты, которые уже вышли из зала, оборачивались, шептались. Кто-то кивал в нашу сторону, кто-то, наоборот, отводил глаза. Игорь догнал нас у лестницы.
— Ну и дела, друзья! — выдохнул он. — Я думал, у меня сердце остановится, когда он к вам подошёл.
— У всех оно остановилось в тот момент! — сказала Лиза, появляясь из-за его спины. — Я даже дышать перестала.
— А что он сказал Виктору? — спросила Анжелика, заглядывая мне через плечо. — Я настолько переживать, что даже язык забыла на время.
— Ничего особенного, — ответил я. — Спросил как зовут и откуда он. Потом сказал, что был в тех местах недавно.
— И всё? — переспросила она.
— Ну я же говорю, там ничего особенного не было. — ответил ей я. — На самом деле мне дается все больше переживали.
Мы поднялись на второй этаж. В коридоре было пусто — все разошлись по аудиториям. Только в конце, у окна, стояла Екатерина Витальевна. Она посмотрела на нас, но ничего не сказала. Только кивнула, когда мы прошли мимо.
По расписанию у нас первым сегодня был всеми «любимый» Борис Ли. Занятие по физической культуре проходило в большом зале, где мы обычно бегали и отрабатывали удары. Сегодня преподаватель дал нам обычную разминку — десять кругов по периметру, растяжку, потом ещё десять кругов. Никаких сложных связок, никаких спаррингов. Только бег.
Но даже на бегу студенты некоторые не могли заткнуться и пытались поделиться эмоциями.
— Слышали, что князь спросил у этих? — тяжело дышал кто-то за моей спиной.
— Да! Интересно, почему он вообще решил заговорить с ними? — сказал второй голос.
Я бежал в своём темпе, стараясь никого не слушать.
— Говорят, он выбирает лучших студентов не только по результатам учебы. Смотрит, как они держатся, как отвечают… — продолжали они.
— И что он их таким образом проверял? Думаешь, он их выделил? — спросила девушка.
— Не знаю, но Шереметева он точно заметил и запомнил… — ответили ей.
— Это уже много… — сказала она.
Игорь бежал рядом, тяжело дыша. Он всегда старался не уступать.
В конце занятия Борис Ли собрал нас в центре зала. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нас спокойным оценивающим взглядом.
— Внимание, студенты, важное объявление. — сказал он, и голос его прозвучал ровно, без лишних эмоций. — На следующей неделе состоится ежегодный турнир академии воинов и аристократов по боевым искусствам. Участвовать могут все желающие. Правила стандартные: можно использовать любую боевую технику, магия разрешена только для защиты или обездвиживание соперника. Смертельные заклинания запрещены. Побеждает тот, кто останется на ногах в конец поединка. Записаться на турнир можно в главном холле в журнале, который будет стоять на стенде у входа. Победитель ежегодного турнира получает… — он сделал небольшую паузу. — Победитель получает кубок и красный кристалл. Ну и, конечно, заметку в личное дело, что поможет в будущем.
По залу прошёл шепоток.
— Вопросы? Предложения? — спросил Борис Ли.
— А сколько всего участников обычно бывает? — крикнул кто-то с задних рядов.
— От сорока до шестидесяти. Зависит от года и от вашего желания.
— А первокурсники часто побеждают? — раздался следующий вопрос.
Борис Ли усмехнулся. Коротко, беззлобно.
— Никогда, — сказал он. — Но это не значит, что не стоит пробовать. Вопросы есть? Нет? Тогда занятие окончено, все свободны.
Мы разошлись по раздевалкам.
* * *
Обед был в самом разгаре, когда мы зашли в столовую. После хорошей тренировки все были безумно голодны. Пахло борщом, котлетами и свежим хлебом. В воздухе все так же чувствовалась уже привычная суета — кто-то спешил занять место, кто-то уже сидел, уплетая за обе щеки.
Мы заняли свой обычный стол в углу. Я сел спиной к стене, чтобы видеть весь зал. Игорь рядом, Виктор напротив. Лиза и Анжелика пришли чуть позже, с подносами, полными еды.
— Ну вы как? — спросила Елизавета, садясь напротив.
— Нормально! Что с нами будет? —
