Алые крылья гнева - Галина Дмитриевна Гончарова

А как?

Вот задача! Куда можно в такой крохотной комнатке сунуть нож так, чтобы его не нашли? И заколку? Вот наверняка, если кто-то решил подставить Дашу, он и еще мог об указаниях позаботиться. Что-то еще подкинуть, что-то намекнуть… Далина не знала, но решила, что разбираться с местными стражами закона для нее слишком большая роскошь. Обойдутся!

Вымыть бы нож, но…

Далина посмотрела на окно. На дверь.

А потом застонала и вылетела из комнаты.

— Пустиииииитееееее! Меня тошниэээээээээ…

Бульканье выглядело вполне правдоподобно, женщина вылетела во двор, в один из туалетов типа «сортир», где ее и на самом деле вырвало.

Вот так.

Если убийца наблюдает за ней, все выглядит правдоподобно. Она попыталась избавиться от ножа, кинуть его в нужник. Но ведь нож все равно принадлежит ей, и ауру так не уничтожишь. Просто надо навести стражей порядка на именно этот туалет.

Даша умылась у колонки, вся облилась, кое-как, приглаживая мокрыми руками мокрые же волосы, вернулась домой и тут во дворе что-то противно завыло.

— Полицаи приехали, — обрадовался кто-то.

Вот и отлично, еще пара минут у нее есть, а больше и не надо.

Костя не очнулся, зато захныкала маленькая Василиса, пришлось махнуть на все рукой, взять малышку и кормить. Мало ли, кто там и кого убил? Ребенок ждать не будет!

* * *

Полицию тоже долго ждать не пришлось. Постучали в дверь и тут же открыли. Интересно, что они ожидали увидеть? Точно не кормящую мать… Далина подняла голову.

— Чего надо?

— Добрый день, — кашлянул мужчина лет тридцати — тридцати пяти. — Вы Дарья Валентиновна?

— Не добрый. Но я, да.

Мужчина хмыкнул.

— Старший лейтенант Фуников. Дмитрий Алексеевич. С вами поговорить можно?

— Можно, конечно, — вздохнула Даша. — Только я маленькую кормлю, вам не помешает?

Дмитрий Алексеевич покосился на Ваську, которая крепко вцепилась в мамину грудь, и махнул рукой.

— Чего уж там. Не помешает. Ваша дочка?

— Да. Василиса Владимировна.

— Красиво звучит.

Далина пожала плечами. Может быть… так что вам от меня надо, старший лейтенант Фуников?

— Скажите, Дарья Валентиновна, вы первая нашли убитую?

— Нет.

— А вроде сказали, вы завизжали…

— Да. Костя, это сын убитой, прибежал ко мне, сказал, с мамой неладно. Я его успокоила, сама пошла смотреть, а там — труп.

— Костя?

— Да. Вот он — спит на кровати. Только вы его сейчас не распихаете, я ему пару глотков водки дала.

— А-а…

Лейтенант и не удивился. Мальчишка такое увидел, конечно, тут надо.

— А где он ночевал, интересно? Если не дома?

Далина пожала плечами.

— Так у меня, тут и ночевал. Он у меня регулярно остается, когда мать в запое, к примеру, у нее рука быстрая, а мальчишке колотушки получать неохота. Я его и подкормлю, а он за моей малышкой приглядит, пока я подрабатываю. С ребенком сложно, пособие — слезы, декретные тоже не очень большие, вот, хожу по вечерам, полы мою.

— Понимаю, — согласно кивнул лейтенант. Пока то, что он слышал, вызывало уважение. Девчонка, вроде чистенькая, комнатка тоже, ребенка родила, работает, не пьет, выживает, как может. Ну так время тяжелое, бывает.

— Вот и вчера он у меня остался спать. Я поздно пришла, ходила еще на работу устраиваться…

— Куда?

— В ММА-клуб.

— Ага.

Кем и зачем, лейтенант даже не спросил. Понятно же, уборщицей, как еще?

— Пришла поздно, покормила малышку, спать упала. Она у меня на грудном молоке, так что как захочет кушать, так просыпается. Я с ней… стараюсь досыпать, когда могу.

— Ничего вы ночью не слышали?

— Даже и не прислушивалась. Вот честно, не тот здесь народ, чтобы интересоваться. У кого скандалы, у кого пьянки, у кого гулянки, а я буду слушать? Ни к чему.

— Понятно. Мальчик переночевал у вас…

— Ну да, мы уже привыкли так. А с утра у нас зарядка, он пошел в их комнату, переодеваться, и увидел… зрелище. Мать все-таки. Поганая, пьяная, безмозглая, но мать.

— Ишь как вы ее!

— У меня отец алкаш, мать из-за него, считай, рано ушла. И тут я насмотрелась… тварей! Это вам по должности положено вежливым быть, а для меня алкаш — не человек. Опасное животное, которое тебя убьет, покалечит и потом даже не вспомнит, что натворило.

Далина говорила вполне серьезно. Алкоголь делает из мужчины — зверя. А каким будет этот зверь, и когда он на тебя кинется — только вопрос времени. Но это обязательно будет.

Вы не живете с крокодилом в ванной или с тигром в туалете? Нет? Но почему-то живете с алкоголиком? Странно… с тигра хоть шкуру можно взять.*

*- теорию лично мне развивала врач «скорой помощи», после того, как откачала жертву очередного алкаша. Прим. авт.

— Хммммм…

Кажется, лейтенант был солидарен с Далиной, но вслух об этом сказать нельзя. Не положено.

— Костя прилетел, я его, каюсь, напоила, успокоительного у меня нет, что под рукой было, то и влила, и пошла смотреть. А там кровь… я, кажется, сперва просто стояла, а потом заорала, как больная. Народ сбежался, меня выставили.

— Понимаю.

— Меня потом еще стошнило. И тапки сейчас отмывать надо, или лучше выкинуть?

— Тапки?

— Я там, кажется, в кровь вступила, — Даша кивнула на коврик у порога, на котором и стояли те самые тапки. Лейтенант аккуратно осмотрел их, потом поднял, посмотрел подошву.

— Да, нехорошо вышло.

— Лучше, наверное, выкинуть. А то так тошнить и будет, как вспомню… брррррр!

— Пока не выкидывайте, лучше мне отдайте. Чтобы мы ваши следы отличили.

Далина кивнула.

— Пакетик вам дать?

— Дайте, пожалуйста.

Далина сунула тапки в пакетик, вручила лейтенанту, и почти дружески распрощалась. Пока еще на нее никто не наводил… и ладно! Сейчас полиция уйдет, она и от ножа избавится.

Где он?

А вот! И нож, и заколка нашли свое пристанище в придверном коврике. Валентина таких в свое время штук пять сшила, чтобы можно их было по очереди мыть — стирать. Кусок старого ковра, кусок полиэтилена, кусок ткани. И грязь впитывает неплохо, и на пол ничего не протечет, и вытряхнуть несложно, а то и постирать. Щеткой почистил — и он как новенький.

И нож, и заколка были засунуты как раз под тапочки. Риск, конечно, но выкидывать оружие…

Далина поглядела в