Фантастика 2026-90 - Василий Седой
Фрирен рассмеялась сквозь слезы. Впервые за тысячу лет она почувствовала, что ее вечность не так уж и тяжела, если рядом есть человек, который понимает боль одиночества.
— Есть трава, которая может ускорить исцеление Ферн, — сказала она, возвращаясь к делу. — Редкая трава под названием «Звездная роса». Она растет только на пустошах, где магия искажена. Где реальность трескается.
— Где реальность трескается из-за меня, — закончил за нее Сайтама. — Я пойду. Сам.
— Нет, — возразила Фрирен. — Ты не знаешь пути. И там опасно. Не физически. Магически. Искаженная реальность может сыграть с тобой злую шутку.
— Тогда пойдем вместе, — предложил Сайтама. — Ты покажешь дорогу. Я найду траву. А потом мы приготовим для Ферн самый вкусный отвар в мире. С сахаром. И корицей. В моем мире так делают, когда кто-то болеет.
Фрирен кивнула. Она знала, что Сайтама прав. Только вместе они смогут преодолеть искажения реальности на пустошах. И, может быть, только вместе они смогут преодолеть свои одиночества.
Пустоши встретили их жарой и тишиной. Земля здесь была растрескавшейся, небо — мутно-серым, а воздух вибрировал от невидимых искажений. Фрирен шла впереди, держа гримуар открытым — страницы трепетали, как живые, улавливая колебания реальности. Сайтама следовал за ней, его руки светились все ярче с каждым шагом.
— Здесь, — указала Фрирен на небольшой оазис среди пустоши. В центре росло редкое растение с серебристыми листьями и цветами, похожими на капли росы. — Звездная роса. Но будь осторожен. Искажения сильны здесь. Реальность может показать тебе то, чего нет.
Сайтама подошел к растению, но вдруг замер. Перед ним возник образ — он стоял в своем мире, перед супермаркетом с распродажей. Все было как обычно: вывески, очередь, сосед Мияги с корзиной овощей. Но когда он попытался подойти, образ расплылся, превратившись в пустоту.
— Это не твой мир, — прошептал Фрирен. — Искажения играют с твоими воспоминаниями. Не поддавайся.
Сайтама кивнул, сжимая кулаки. Серый свет вокруг него пульсировал, как сердце.
— Я знаю, что это не мой мир, — сказал он. — Мой мир — там, где меня ждут. Где есть люди, которые верят в меня. Даже если я лысый и слишком сильный.
Он протянул руку к Звездной росе, но в момент прикосновения земля под ним вздрогнула. Трещины расползлись по земле, и из них вырвался серый свет, окутывая Сайтаму. Его руки начали распадаться на частицы, как песок на ветру.
— Сайтама! — закричала Фрирен, пытаясь подбежать, но искажения отбросили ее назад.
— Не подходи! — крикнул он, продолжая собирать траву. — Я должен это сделать. Для Ферн. Для вас всех.
Его тело становилось все более прозрачным, но он не останавливался. С каждой частицей, улетающей в пустоту, он чувствовал, как реальность сопротивляется его присутствию. Но он продолжал. Потому что это был его выбор. Его жертва.
Внезапно перед ним возник образ Хранителя Хаоса — не в виде демона, а в виде старика с добрыми глазами.
— Ты должен уйти, — сказал Хранитель. — Или вы все погибнете. Твой мир не может вместить тебя дольше. Но решение за вами — отпустить его или погибнуть вместе.
Сайтама улыбнулся сквозь боль.
— Я уйду. Когда помогу им. Когда увижу, что Ферн здорова. Когда пойму, что мой путь не был напрасен.
Хранитель кивнул, его образ начал растворяться.
— Твой свет не разрушает, герой. Он преобразует. Помни это.
Сайтама сорвал последние цветы Звездной росы и отступил от трещин. Его тело начало восстанавливаться, но серый свет в его глазах стал постоянным — знак того, что реальность больше не может удержать его.
Фрирен подбежала к нему, ее лицо было бледным от страха.
— Почему ты рисковал? — спросила она дрожащим голосом. — Ты мог исчезнуть!
— Потому что вы — мой дом, — просто ответил Сайтама. — Даже если это ненадолго.
Они вернулись в лагерь под вечер. Ферн уже проснулась, ее лицо было бледным, но глаза светились благодарностью.
— Спасибо, — прошептала она, принимая отвар из Звездной росы. — Я чувствую, как силы возвращаются.
— Не благодари меня, — сказал Сайтама. — Благодари Фрирен. Она знает, где растет самая лучшая трава.
Фрирен улыбнулась, но в ее сердце звучал тревожный аккорд. Она видела, как Сайтама жертвует собой ради других. Она видела, как его реальность отторгает его. И она понимала: скоро ей придется сделать выбор. Отпустить его или погибнуть вместе.
Ночью, когда все спали, Фрирен открыла гримуар на новой странице и написала:
«Наблюдение: Сайтама прав. Наша одиночность похожа. Его сила и моя вечность — два проклятия, которые можно снять только через человеческие связи. Сегодня он рисковал собой ради Ферн. Завтра он уйдет ради нас всех. Но в его жертве нет горечи. Есть только любовь.
Я начинаю понимать: вечность не в долголетии. Вечность — в тех, кого ты любишь. Даже если они уходят.
Спасибо тебе, Сайтама. За то, что научил меня быть человеком».
Она закрыла гримуар и посмотрела на спящего Сайтаму. Его лицо было спокойным, будто он наконец нашел покой в этом мире, где не было достойных соперников. И в этом покое Фрирен увидела не слабость, а силу — силу сердца, которое умеет любить, даже зная, что скоро придется отпустить.
Где-то вдали ветер шептал слова Хранителя Хаоса: «Отпусти его. Или погибни вместе». Но Фрирен знала, что Сайтама уже сделал свой выбор. Теперь ей предстояло сделать свой.
Глава 17: Разлом в реальности
Утро после сбора Звездной росы началось с треска. Не того треска, что раздается, когда ломается ветка под ногой, а глубинного, изнутри земли — будто сама реальность вздыхала под непосильной ношей. Сайтама первым почувствовал это — его руки, которые еще вчера светились серым лишь изредка, теперь мерцали постоянно, как угли в пепле. Каждый шаг давался ему с трудом, будто он шел сквозь невидимую стену из воды.
— Ты бледный, — заметила Фрирен, подходя к нему с котелком горячего чая. — Больше, чем обычно.
Сайтама улыбнулся, принимая котелок.
— Да? А я думал, это от зари. Она сегодня особенно яркая. — Он сделал глоток, но чай просочился сквозь его пальцы, оставляя на земле парящие капли, которые тут же испарялись. — Ой. Простите. У меня сегодня
