Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила
Люциан не желал оголяться при демоне не потому, что считал это чем-то странным, а потому, что это как оставить черепаху без панциря. Он уже стал слепым и немощным, а тут еще полуголым окажется – хоть бери меч и пронзай сердце. Они с Каем не были врагами, но и доверием между ними не пахло.
– Ты сомневаешься во мне? – небрежно написал демон, прожигая Люциана таким пристальным взглядом, который почувствовал бы даже мертвец.
Не зная, как ответить так, чтобы не обидеть и не поссориться, Люциан лишь покачал головой и нехотя потянулся к полам рубашки. Он с трудом снял ее через голову и отложил в сторону. Длинные золотые пряди упали ему на лицо, и Кай холодными пальцами помог убрать и заправить их за уши. Люциан в ответ признательно кивнул.
Кай взял его локоть и начал воздействовать на сгиб, аккуратно и статично растирая и надавливая. Он действовал ответственно, даже не отводил взгляд от чужой руки. Люциан уже привык к его холоду, но когда демон переместился к ключицам, все равно вздрогнул. Это было странно. Он помнил широкие ладони принца, и от осознания того, что одна из них в любую секунду могла сомкнуться на шее, по его телу прокатились мурашки.
Люциан изредка чувствовал касания острых когтей.
«Он умеет их убирать?» – невольно подумал он. Люций видел руки темного принца либо в перчатках, где все было скрыто, либо без них – с когтями, – но сейчас они то ощущались, то нет.
Кай скользнул ладонями вверх по шее и задержался возле ушей. Зажал пальцами обе мочки и начал влиять на новые точки. Люциан хоть и не видел, но чувствовал на себе чужой взгляд. Внимательный – с каким лекарь изучает трудного пациента. Кай смотрел так, как будто на его лбу было что-то написано.
Он опустил холодные ладони и написал на руке Люциана:
– Мне нужна твоя спина. Будет лучше, если ты ляжешь на живот.
Люциан напрягся и сжал «исписанную» ладонь в кулак. Они уже пережили одно сопротивление, когда он отказывался снять рубашку, поэтому сейчас смолчал, скрипнул суставами и лег, как было велено.
Кай устроился сбоку. Когда он надавил на шею в зоне загривка, Люциан чуть не ахнул. Тело вдруг стало расслабленным и податливым, а поясницу обожгло. Магические потоки выровнялись и начали течь, словно густая кисельная река вдоль ровных берегов.
Кай прикасался в строго определенных зонах и пока ни разу не ошибся. Люциан не был обучен акупрессуре, как он, но немного понимал в этом, поэтому оценил мастерство и испугался. Влияние, которое демон оказывал на его тело, могло стать причиной гибели, ведь, воздействуя на точки, можно обездвижить или сломать.
Поначалу Люциану было боязно лежать и позволять коварному правителю Асдэма играть с его спиной, однако, объективно оценив чужой труд, он заставил себя успокоиться. И даже немного расслабился, пока кожа под прикосновениями холодела, а потом горела, когда Кай убирал руки. Люциан лежал, уткнувшись лицом в подушку, глуша компрометирующие звуки, – иногда нажатия расслабляли настолько, что молчать не получалось.
Магия бурно омывала меридианы, но Люциан не чувствовал никаких изменений в своем нездоровом состоянии, хотя жить после массажа стало легче.
«Мне стоило ходить на эту процедуру еще дома…»
Кай надавил пальцами на точки в последний раз. Потом провел ладонями вверх по спине и, остановившись на плечах, сжал их.
Прохладное дыхание коснулась уха Люциана, и он услышал приглушенный шепот:
– Как себя чувствуешь?
Люций подскочил, но тут же упал лицом в подушку, когда Кай надавил ему на плечи.
– Не нервничай. Я вернул тебе лишь каплю слуха. Я сейчас говорю громко, но ты услышишь меня, если я буду произносить слова прямо на ухо. Попробуй осмотреться.
Кай убрал ладони и позволил Люциану сесть. Тот выпрямился и приподнял веки.
Видеть четко он не стал, однако сейчас тьма хотя бы не стояла перед глазами. Люциан понимал, что в комнате светло, но все окружающее пространство оставалось размытым.
– М-м… не вижу. – Он почти не услышал свой собственный голос и тут же нахмурился.
– Ты лишаешься только слуха и зрения?
– Нет, – написал Люциан на руке. – Еще обоняния и вкуса.
– Остается только осязание?
Люций кивнул. Поскольку лечение закончилось, он поспешно отодвинулся от Кая и стал шарить по кровати в поисках рубашки, но все было тщетно – он даже не помнил, куда ее положил.
– Нужна помощь? – раздался из-за спины голос Кая, когда Люциан замер посредине ложа и устало вздохнул.
– Хочу одеться, – сухо и без эмоций ответил Люций, а затем почувствовал, как демон встал с постели.
«И почему мне стало плохо именно сейчас? Даже намеков на ухудшение не было…» – с досадой подумал он в ожидании Кая. Люциан задался этим вопросом просто так; он знал настоящий ответ: болезнь каждый раз наступала внезапно. Без каких-либо намеков сразу била наповал. Она была отвратительна, но за годы борьбы Люциан научился определять, в какой момент может стать плохо, и вовремя восполнять духовные силы. Вот только они оставались нестабильны – все зависело от того, как часто он их растрачивал, а в последние дни потери были колоссальными.
Кай помог ему подняться с кровати, а потом протянул рубашку. Люциан на ощупь определил, что это, слава богам, его вещь, а то шутник-градоправитель мог нарядить во что угодно.
Он накинул рубашку на плечи и взял штаны. Немного подумав, вывел на чужой руке:
– Отведи меня за ширму.
– Модао, ну чего я там не видел?
Нахмурившись, Люциан снова написал:
– Отведи за ширму.
Кай промолчал, а затем взял упертого владыку Луны за руку и исполнил просьбу.
– Не смотри, – попросил Люциан и подтолкнул его в спину, надеясь, прочь.
Немного подождав, он поводил в воздухе руками, но нащупал лишь пустоту вокруг. Убедившись, что стоит за ширмой возле стены, а справа и слева никого нет, Люций сменил ночные штаны на прогулочные. Заправил рубашку за пояс, а затем вышел из укрытия и попросил сапоги. Кай предложил помочь надеть их, но Люциан отказался.
«Я же не совсем калека!» – подумал он.
Обувшись, владыка Луны достал гребень для волос.
– Позволь помочь, – произнес Кай, пытаясь забрать вещицу из его рук.
Люциан сильнее сжал пальцы, не желая отдавать гребень. Он хмуро уставился куда-то в сторону (предположительно на демона) и услышал:
– Ну Мода-ао, ты сейчас не в том состоянии, чтобы задирать нос, – сказал Кай так, словно говорил с маленьким ребенком.
– Мне лучше знать,
