Фантастика 2025-60 - Ascold Flow
Вскоре перед ними оказалась приличных размеров расщелина, аккуратно заложенная сверху камнями. Марк сам ее хорошенько обследовал на предмет всякой живности, затем махнул попутчикам приглашающим жестом.
— Я здесь останавливался пару раз, хорошее место, — сказал он и полез туда первым.
Да, тесновато, но ночь переждать можно без проблем.
Пока солнце не спряталось за горизонтом, они по-быстрому поужинали рядом с убежищем и, стараясь не оставлять после себя даже мизерной крошки, укрылись в расщелине, заложив изнутри вход большими камнями.
— Ты зельем на камни попрыскал? — напряженно спросил Крис, тронув Марка за плечо.
— Попрыскал. Сиди тихо.
— А ты, Солрс, свои колючки разбросал?
— Да. Но если зря, то…
— Тихо вы! Тут, помимо гремри, и других тварей хватает, у которых прекрасно развито не только ночное зрение и нюх, но еще и слух. Так что старайтесь даже не сопеть, если заснете…
Оба разом затихли, стараясь не только не шуметь, но еще и пореже дышать.
С местным зверьем на этом хребте, да и в других похожих местах, не всё так просто. Днем, пока одни хищники спят, глубоко забившись в норы, здесь властвуют змеи и другие чешуйчатые твари, передвигающиеся кто на двух, кто на четырех ногах. Одни выползают под солнечные лучи, лениво греясь на прогретых камнях, другие охотятся на мелких и крупных грызунов, а третьи — на себе подобных, не брезгуя мясом своих же собратьев. Этих тварей такое огромное количество, что надо постоянно смотреть себе под ноги, чтобы ненароком не наступить на чей-нибудь длинный хвост.
Как говорится — на бергат надейся, а сам не плошай…
Все змеи и ящеры в округе ядовиты и представляют реальную угрозу для жизни, но с наступлением сумерек становятся менее подвижными, и многие из них, не успев добежать или доползти до своего убежища, засыпают прямо на камнях. Они-то и становятся легкой добычей ночных хищников, но змеи размножаются так быстро, что их количество почти никогда не убывает.
Ночью хребет оживал совсем другими обитателями, и в это время суток Марк ни за что не высунул бы своего носа наружу. Свирепость и кровожадность ночных обитателей хребта просто зашкаливала.
В джунглях же всё не так!
Там опасно всегда и везде! И днем и ночью. Количество и разнообразие опасных тварей на квадратный метр просто не поддается воображению, и приводит забредших туда путешественников поистине в неописуемый ужас.
Но Марк — потомственный поисковик в пятьдесят шестом поколении, и опыт предков, переданный старшими, помогал ему выжить в любых самых сложных условиях. Он один из немногих, живущих на землях Семи Королевств, кто неплохо разбирался в давно забытом всеми алфавите Древних. Этим знанием владели все мужчины в семье Марка. Их начинали учить мертвому языку еще с раннего детства. Женщин к этому секретному знанию не допускали, потому как они рано или поздно выйдут замуж, и семейные тайны гарантированно утекут на сторону, а этого допустить никак нельзя. Семейные тайны хранились свято, и горе тому, кто нарушит это правило.
За свою жизнь Марк смог прочитать с десяток найденных им и его родичами книг. Точнее, книгами это назвать сложно, — маленькие продолговатые пластины, которые надо вставлять в специальный аппарат, и тогда прямо в воздухе оживали картины из жизни Древних. Правда качество их было не очень, картинка постоянно сбивалась, искажалась, и часто пропадал звук, но то немногое, что удавалось разглядеть, поистине поражало и удивляло, сколько бы раз он их ни смотрел.
Были среди них и такие пластины, которые показывали только текст, и читать эти тексты Марку нравилось больше всего на свете. Он с упоением погружался в то время, когда на Тарсоне процветали мир и благоденствие. Когда вся планета — это одно государство, а города были настолько огромны, что там проживало по несколько десятков миллионов жителей. Когда можно было свободно бродить по лесу, не опасаясь, что на тебя нападут какие-то хищники или огромные змеи, живущие в лесах и болотах.
Нет, звери во времена Древних тоже жили на планете, и их было в достаточном количестве, но те как-то могли уживаться с ними, не убивая друг друга.
Как⁈
Это большая загадка, над которой Марк всё время ломал себе голову и не находил ответа.
В настоящее время сумели приручить только ездовых ящеров, да и те были с норовом и жрали столько, что за ними глаз да глаз… Благо, что не хищники, а травоядные, а то бы за жизни путешественников никто бы и ломаного грота не дал.
Сумерки сменились кромешной тьмой.
Рядом с их убежищем, примерно метрах в тридцати, послышался короткий рык, и что-то большое и волосатое пронеслось мимо. Даже с такого расстояния в нос ударил запах гнили и звериной шерсти.
Всё, ночная охота началась, и теперь надо как можно плотнее вжаться в камни и, дыша через раз, сидеть тихо, не поднимая головы. Главное, чтобы их не засекли сверху гремри, а с остальным обитателями Хребта, наверняка должен справиться бергат.
Марк израсходовал остатки драгоценной жидкости из початого флакончика, обильно поливая ею всё вокруг. Осталось два, но еще не пройдены джунгли и Пустошь, да и на обратном пути тоже надо о безопасности подумать.
Рядом с убежищем было относительно тихо. Только метрах в семидесяти от них начиналась настоящая ночная жизнь, которая сводилась к одному — набить себе желудок за счет ближнего.
Марк видел сквозь щели в камнях, как два лохматых зверя одновременно вцепились в огромную толстенную змею и, не сумев ее поделить, с остервенением набросились друг на друга. Хищники рвали друг друга на части, во все стороны клочьями летела шерсть и брызги черной крови, которая была почти неразличима в темноте ночи.
Гуас* сегодня светил достаточно ярко, и битву двух свирепых монстров можно было разглядеть во всех подробностях.
Пока оба зверя сражались, к почти перекушенной пополам змее подбежала стайка небольших, но очень юрких грызунов. Они дружно вцепились в длинное тело рептилии и потащили ее куда-то за камни.
Битва между монстрами тоже подошла к своему завершению. Одному удалось вцепиться в глотку противнику и, резко мотнув башкой, вырывать из его шеи огромный кусок кровоточащего мяса. Монстр еще дергался в предсмертных конвульсиях, а над его тушей уже начался кровавый пир.
Почти час победитель рвал поверженного противника, пожирая его мясо, и за это время к нему так никто и не подошел. Наконец насытившись, он оставил больше чем наполовину съеденную тушу и с набитым брюхом поплелся куда-то в
