Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков
В целом Владимир ощущал себя как на плохо проработанной операции. Документов толком нет, денег нормальных тоже, легенда из фекалий и дров, одна отрада, что язык и географию учить не нужно. Всё вроде на своих местах. Казань, вот стоит, как и красное здание вокзала, и трамвай всё так же в гору бегает.
Завтракая на открытой террасе ресторана, он неторопливо размышлял, куда податься в этом мире. Побег хоть и стал спонтанным и вызванным обстоятельствами, но и глупостью тоже не являлся. Его разумность обязательно вскрылась бы в ближайшее время, а там его закатают в такую дыру, откуда вырваться будет в сотни раз сложнее, если вообще возможно. И это в лучшем случае, потому что в худшем, его ждут любознательные вивисекторы, желающие посмотреть, как и почему поумнел бывший дурачок.
К тому, что это тело носило такое же имя и фамилию, он отнёсся философски. То есть никак. Ну вот такое забавное совпадение, что после его переноса сознания в альтернативную реальность совершено не впечатляло.
Володя уже прилично ориентировался в этом мире, но всё равно, даже близко не понимал куда можно пристать. В теории всегда оставался путь в армию, но перспектива муштры на ближайшие пару лет, и скачек по приграничным буеракам, не радовали совершено. Ещё были всякие варианты с устройством на работу, но это лишь оттягивание принципиального решения.
К сожалению, ему была недоступна учёба в институтах и университетах, так как не случилось аттестата, или хоть какого документа о среднем образовании, хотя само образование в наличии. Владимир закончил физический факультет университета, по специальности радиофизика, военную академию, а в ходе службы получил ещё десятки специальностей иногда довольно необычных, как например научился принимать роды, и пилотировать самолёт.
Но сейчас требовалось что-то что даст прочный и приличный заработок, избавит его от внимания охранителей, и в идеале предоставит возможность сделать карьеру.
А пока нужно сменить гардероб. Одежда, купленная в придорожном магазинчике, была вполне приличной, но всё же не такой какой хотел бы видеть её Владимир.
От ресторана где он завтракал, до центра, идти совсем недалеко, и он прогулялся по знакомому — незнакомому городу отмечая сходства и различия. В той реальности в шестидесятые, Казань оставалась вполне заурядным областным центром, отличаясь лишь лёгким восточным колоритом. Здесь, несмотря на то, что Казанская губерния не получила статус национальной республики, красивых зданий и мечетей было больше, а на улицах довольно много людей в национальных костюмах или просто в тюбетейках. Но попадались, вполне по-столичному одетые молодые дамы и мужчины в отлично сшитых костюмах несущиеся по своим делам или неспешно прогуливающихся, несмотря на утро рабочего дня.
Машины по улицам бегали сплошь незнакомые, за исключением узнаваемой звезды Даймлера, на капотах маленьких юрких такси, и логотипа форда, на небольших грузовичках.
Серый летний костюм выше среднего качества, и белый из натурального шёлка, обошлись Владимиру в триста рублей, ещё триста пятьдесят он отдал за две пары обуви, большой дорожный саквояж из плотной коричневой кожи с латунными застёжками, лёгкий плащ, пяток рубашек, нижнее бельё, платки и дорожный несессер. Переодевшись в новую одежду и обувь, Владимир выбросил тюк со старой одеждой в мусорный бак, и зашёл в парикмахерскую, чтобы привести в порядок причёску, ногти, и окончательно преобразиться. приобретя лёгкий лоск, и вид сына успешных родителей.
Тем временем поисковая пружина Российской империи начала разворачиваться по полной программе. Выпустили листовки, с лицом Владимира, но… с довольно старой фотографией из больничного личного дела, где он был сильно моложе, и с отёчным лицом маленького дебила. Никакого сходства с сегодняшним обликом, уверенного в себе, жёсткого и грациозного словно молодой тигр и близко не существовало. Володя даже подошёл к столбу, где были наклеены фотографии, и не сразу понял, что это о нём.
«Разыскивается подросток пятнадцати лет, нуждается в помощи врача, недееспособен», и прочее.
Владимир покачал головой, и решительно пошёл к переходному мосту, откуда по набережной можно было прогуляться до Речного порта, и там сесть на пассажирский пароход.
Речной вокзал — высокое каменное здание со шпилем, рядом с которым располагалась красивая набережная, а на причале перед вокзалом, стояли целых пять больших речных пароходов и теплоходов, что говорило об интенсивном движении.
— Один билет до Москвы, пожалуйста.
— Есть только первый класс и люксы.
— Люкс, пожалуйста. — Владимир благодарно кивнул молодой девушке-кассиру, и улыбнулся, видя, как она суетливо поправляет чёлку, и скромное кружево на вырезе простого ситцевого платья в горошек. Отвернувшись к часам над входом, он не видел, как кассирша тоскливо скривилась в гримаске, и со вздохом полезла в сумочку, чтобы достать пудреницу с зеркалом и поправить макияж.
Идея добраться до столицы не на поезде, а по реке, показалась ему превосходной. За три дня пути можно многое передумать, и в спокойной обстановке начать врастать в местное общество.
Теплоход «Волжский скороход» — достаточно свежее судно постройки Сормовского завода, щеголял свежей краской, и сверканием начищенных до блеска бронзовых деталей. Публика уже грузилась на борт: радостная толпа студентов, и рабочих, по трапу в третий класс, солидные инженеры и кооператоры во второй, и серьёзные мужчины с щеголеватыми спутницами в первый. Везде сновали разносчики пирожков в многочисленных ларьках торговали всякими напитками, в том числе и вином в разлив.
Владимир не торопясь поднялся по длинному трапу, и предъявив билет и посадочный талон, был направлен на верхнюю палубу, где находились каюты люкс, салон для пассажиров первого класса, музыкальный салон и киноконцертный зал. Были ещё всякие буфеты, прогулочные палубы, и прочие тихие радости.
Каюта люкс состояла, из двух комнат, туалета и ванной. Внутри чуть заметно пахло табаком, но не критично, поэтому Владимир вытащил костюм и рубашки из саквояжа чтобы не помялись, и вышел на обзорную палубу, располагавшуюся в носу судна, над палубой второго класса, а походив по палубе, наконец-то понял, что просто хочет спать, потому что накануне ехал всю ночь, и за все время даже не прислонился к стене.
Проснулся, когда над Волгой уже садилось солнце. Привёл себя в порядок, и вышел на палубу, где нарядно одетая публика, собравшись в кучки, вела разговоры, флиртовала, и обсуждала политику.
— И представляете, мы снова значит утрёмся? Англы поставили свою военную базу у нас под носом, в Дарданеллах, а мы и носом не повели. — Говорил, жестикулируя мужчина лет сорока, в
