Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников
— Ну что, Николай Николаич, очухался? С прибытием, мой лорд! — Феоктистов радостно вернулся к великоромейскому.
— И тебе того же, майн фон коммандэр!
— Как думаешь, наши замки уже захватили, или ещё успеем спасти?
Словно в ответ неподалеку тявкнуло орудие, и сразу, с непривычным вжиканьем, мимо пронёсся снаряд. Близкий взрыв швырнул на землю. Это явно не было оружием их феодов! Вразнобой бухнуло несколько выстрелов, а почти сразу — короткая очередь. Причём, это тоже не имело ничего общего с ахающим звуком от воспламенения дымного пороха. А затем друзья увидели самих нападавших. К ним бежало десятка полтора солдат в серо-синей форме с характерными резными клапанами накладных карманов, с ранцами, в нескладных, почти треугольных немецких кепи. Фашисты!!! Враги были вооружены винтовками с примкнутыми длинными штыками, похожими на багинеты XVIII-го века. Только вот их командир, в лакированном кепи и щегольской, незнакомой форме, почему-то размахивал саблей и каким-то длинноствольным револьвером.
В первый момент Феоктистов испытал жуткую досаду. Опять с оружием лопухнулись! Кремневые, да ещё и незаряженные пистоли меньше всего подходили для противостояния нарезным винтовкам фрицев. Оставалась надежда на старые, добрые, сотни раз проверенные мечи.
— Рубим их, на фиг!
Не было времени возиться с пистолями. Приближающиеся фашисты стреляли на ходу. Парочка пуль свистнула совсем рядом. Друзья схватили толедские шпаги и бросились навстречу цепи. Главное — что бы не зацепили на сближении. По пути оба привычно приседали, наклонялись, меняли направление, не давая возможности точно прицелиться. Пулемет смолк. Очевидно, опасался задеть своих.
— Форвертс! — кричал офицер. — Ди тодес русиш швайне!
На его носу Феоктистов с удивлением рассмотрел старомодное пенсне. Этого-то очкарика он первого и сработал. В ближнем бою многолетний навык тесных рубок свел на нет все преимущества более совершенного оружия врага. Яростное опьянение рукопашной, которое за прошедшие десятилетия хорошо научились контролировать, вновь охватило друзей.
— На, на, на! — в остервенении выдыхали рыцари, нанося глубокие рубящие отточенной испанской сталью. — Гитлер капут!!!
Фашисты, смелой гурьбой кинувшиеся было на двух почти безоружных русских, в секунды изменили точку зрения. Рыцари моментально срубили офицера и солдата. А потом включилась смертельная мясорубка. Третий, четвертый… Расчетливые, похожие на танец движения фехтующих напоминали кошачьи прыжки. Выпады винтовок со штыками чаще всего падали в пустоту. Лишь изредка, с мерзким бряком, толедские клинки сталкивались с воронёным стволом. Сразу вслед за этим обычно раздавался крик немца, получившего удар шпагой.
Рукопашная схватка, казавшаяся со стороны скопищем хаотичный движений, неумолимо приближалась к расчетам пулемета и артиллерийского орудия. Они тоже кинулись в бой... Но зарубить их оказалось даже проще, чем пехотинцев, винтовки которых украшали длинные лезвия штыков.
— Пипец котенку. Больше срать не будет! — сказал Николай, хозяйственно вытирая клинок о мундир последнего артиллериста.
Феоктистов молча подобрал немецкое кепи, оттёр им кровь с лица и рук. Он неотрывно смотрел на ещё горячий вражеский пулемет. Отбросил головной убор и задумчиво постучал обухом по характерному тупорылому кожуху. Затем пнул странную прямоугольную основу, напоминавшую железный короб швейной машинки, потрогал брезентовую ленту с патронами.
— Явно пулемет. Но это даже не «Максим»… Мы не в Нормане, Коля!
Зубров подошел к конной упряжке странного артиллерийского орудия. Длинный, непривычно тонкий и короткий для пушки ствол покоился на аккуратном клепаном лафете с большими «тележными» колесами. Достал из зарядного ящика маленький снаряд, напоминающий патрон-переросток.
— Догадался уже. Надеюсь, это не Вторая Мировая?
— Нет. Первая.
октябрь 1991 - июнь 2021 г.
