"Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев

Отбросив эмоции, он принялся выспрашивать, как они это узнали, и как используют. Увидев его неподдельный интерес, седой однажды, вместо ответа вызвал в свою палатку человека с собакой, и кивком головы, указав на пленного, сказал:

— Матвей Иванович, попробуйте сделать так, чтобы мы узнали, о чём этот товарищ думает.

Неопределённо пожав плечами, проводник присел на корточки и, заглянув в глаза своей собаке, не на долго замер. Потом, пёс медленно, вразвалочку подошёл к самому Джесси, и внимательно посмотрев на него, вдруг повернулся к проводнику.

— Какого чёрта они притащили сюда эту псину. Не хватало, чтобы он мне вдруг в глотку вцепился. Руки скованы, даже пискнуть не успеешь, как загрызёт, — медленно проговорил проводник, и Джесси явственно почувствовал, как его нижняя челюсть чувствительно стукнула его по коленям.

Это были его собственные мысли. Растеряно посмотрев на седого, он медленно перевёл взгляд на проводника и, наконец, вернувшись к собаке, испугано проворчал:

— Я с ума сошёл, или мне чего‑то в воду подсыпали? Как такое может быть? Ведь собаки не разговаривают.

— Как видите, разговаривают, — усмехнулся в ответ седой. – А самое смешное, что ты, друг мой, находишься в твёрдом уме и трезвой памяти. И в воду тебе ничего не подсыпали. Это правда. Нам удалось вывести собак, способных к ментальному общению. И то, что ты видел перед своей поимкой, и есть их работа. Собаки выводят бойцов на засаду ксеносов, и помогают им сориентироваться. Но это, уже улучшенный вариант. А началось всё именно с обычных боевых псов. Вы, там, в своих штатах, так увлеклись компьютерами и другими электронными прибабахами, что уже на горшок без них сходить не можете. Ближе к природе нужно быть, приятель.

— Меня расстреляют? — тихо спросил Джесси, глядя на него растерянным взглядом.

— С чего ты взял? — не понял седой.

— Когда противник раскрывает тебе такие секреты, это может означать только одно, что он уверен в твоём молчании.

— Логично, но глупо. В данном случае, нам нет нужды в таком развитии событий. Сам понимаешь, забросили тебя сюда без связи, без явок, и даже без прикрытия. Ты даже в посольство обратиться не можешь в виду полного отсутствия такового. Так что, всё, что ты услышал, здесь и останется.

— А как же ваше желание выбросить меня из страны? — спросил Джесси с потаённой надеждой.

— Не всё сразу, приятель. Мы ещё не закончили наши с тобой беседы.

— Но я рассказал вам всё, что знал.

— Верю. Но я ещё не задал тебе все интересующие меня вопросы. Так что, придется тебе здесь немного задержаться, — рассмеялся седой, внимательно наблюдая за его реакцией.

— Вы случайно в КГБ не работали, — мрачно спросил Джесси.

— Я, нет. А вот мой наставник, работал ещё в НКВД, — усмехнулся в ответ седой, бросая на проводника быстрый, непонятный взгляд.

Именно этот взгляд заставил Джесси вздрогнуть, и ещё больше насторожиться. Не глядя на Джесси, проводник погладил своего пса и, помолчав, произнёс:

— Ну, всё, точно расстреляют. Старик говорил, что НКВД, всегда так делало.

Икнув от испуга, Джесси вытаращил глаза, и неожиданно прошептал, высохшим от волнения голосом:

— Собака не может понимать мои мысли. Я же думаю на своём языке. Это он, этот мужик мои мысли читает.

— Чёрт, а ведь верно! — неожиданно ответил седой. – Как такое может быть, Матвей Иванович ?

— Понятия не имею, — пожал плечами проводник. – Во всяком случае, мы только что убедились, что он действительно его слышит и передаёт его слова мне. В любом случае, выяснить это сейчас, у нас нет ни какой возможности.

— Почему? — тут же задал своё любимый вопрос седой.

— Да потому, что я в этом деле ни бельмеса не смыслю, а связываться с вашими головастиками, у меня нет ни какого желания. Впрочем, думаю, и они ни черта не смогут понять.

— И снова, почему? — не унимался седой.

— Да потому что они и понятия не имеют ни о чём подобном. Для них, любые разговоры о ментальном общении, не больше, чем весёлая сказка. Сколько лет подряд упирались и твердили, что человек не способен ни на что подобное. А ответ очень прост. Они не могут этого понять, значит, этого просто нет. Что называется, в страусов играют. Не видим, значит, нету.

Внимательно выслушав эту тираду, седой задумчиво вздохнул и, принявшись расхаживать по палатке, ответил:

— Не могу с вами не согласиться, но теперь, у меня возникает вполне закономерный вопрос. Почему вы так не любите учёных? Откуда такой негатив ?

— Ну, до войны я к ним вообще никак не относился. А теперь, познакомившись с ними поближе, пришёл к выводу, что всё это чокнутое стадо нужно держать под надзором, и желательно в строгих ошейниках.

— Согласен, — неожиданно влез в разговор Джесси. – Им только волю дай, такое устроят, что замучаешься разгребать.

— Ну да, сначала выпустят джина из бутылки, а потом тратят силы и огромные деньги для того, чтобы запихнуть его обратно, — усмехнулся проводник.

— Под джином, стоит понимать вашего пса? — с интересом спросил седой.

— Считайте, что так.

— Обоснуйте.

— Всё просто. Я вырастил этого пса, и я люблю его всей душой. Короче, это моя собака. Но вся беда в том, что я неожиданно понял, после него, я уже не смогу так же воспринимать другого пса. Обычного. Даже самый лучший из них будет казаться мне недалёким.

— Так, давайте пока отложим этот разговор, — неожиданно остановил его седой.

Пожав плечами, проводник замолчал и, пристегнув поводок к ошейнику пса, решительно спросил:

— Разрешите идти ?

— Да. Но не уходите далеко. Нам нужно кое‑что обсудить, — ответил седой.

Дождавшись, когда проводник выведет своего пса, седой повернулся к Джесси и, помолчав, сказал:

— Я знаю, что в данный момент ты старательно сворачиваешь себе мозги на бок, пытаясь понять, зачем я всё это сделал, и позволил тебе узнать эту тайну. Отвечу. Выбив ксеносов из своей страны, мы столкнёмся