"Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 - Михаил Иванович Казьмин
«Зачем он пришёл?» – не понимала Ифе.
«Зачем я пришёл?» – терялся в догадках бог.
Поймав пристальный взгляд девушки, он заставил себя посмотреть на неё, как прежде, – с холодным презрением.
– Я больше не намерен ничего оставлять на волю мироздания.
– Значит, сейчас вы лично зайдёте за Кейфлом, Атсу и вашим дядей? Как слуга?
Ифе поняла, что переступила черту, когда Анубис резко шагнул к ней. Холод и страх окутали её тело, но, кроме одного шага, ближе бог не подошёл.
– Зачем? – резко спросил он. – Зачем ты приходила ко мне в покои?
– Не знаю, – с показной смелостью ответила она. – Вероятно, мной двигало любопытство.
– Ах, любопытство. Платой за него часто становится смерть.
В голосе Анубиса не было угрозы, но Ифе всё равно дёрнулась, касаясь рукой шеи. Заметив её движение, мужчина отвёл взгляд.
– Я уже в Дуате, Каратель. Кажется, смерть – моя плата за всё.
«Случилось бы всё это, задуши я тебя ещё в лавке Города Столбов?» – думал бог, и в его душе поднимался гнев. Но не на девушку, а на себя самого. «Слава отцу, что я этого не сделал…» Как смертный юнец, Анубис не понимал, что творилось в его голове и почему он корил себя за то, что Ифе со страхом касалась шеи.
– Мне жаль, – наконец, промолвил бог. – Жаль, что я упустил грешника, который забрал твой путь к жизни.
– Возможно, вы всё это время были правы. И моё место здесь. Или в небытии.
– Возможно, – боясь что-то понять и в чём-то признаться самому себе, Каратель ровно добавил: – Тут в комнате есть вещи. Переоденься перед тем, как идти в зал. Привычные действия, такие, как смена одежды или расчёсывание волос, помогут укрепить связь со смертным телом.
С этими словами он вышел из комнаты. Чуть быстрее, чем было нужно, а Ифе ещё несколько мгновений недоверчиво глядела ему вслед, так же, как он, не понимая всего, что творилось у неё на душе.
Переодевшись в новое платье, на этот раз менее яркое и более закрытое, аментет вздрогнула от очередного стука в дверь.
– Кто… – закончить вопрос она не успела.
В комнату быстрым шагом вошёл принц, останавливаясь в паре шагов от девушки.
– Прости меня, – без приветствия начал он.
– Ты не виноват.
– Конечно, виноват. Как и Атсу, и Сет, и Анубис. Мы все явились сюда с надеждой для тебя, но позволили украсть её пустынному бесу, – голос юноши звучал напряжённо.
Больше всего Ифе хотелось, чтобы он просто обнял её и пообещал, что всё будет хорошо, но почему-то Кейфл не делал этого, пугая отстранённым холодным взглядом.
«Моя Ифе», – думал он. Принц тоже хотел подойти к ней, прижать к себе. «Не посмею. Не после того, как я снова подвёл её». Ему всегда хорошо удавалось запираться в своих сомнениях, вот и сейчас Кейфл корил себя за то, что не уберёг прядь её волос, за то, что опять не мог дать всего, что Ифе заслуживала, снова подверг опасности. «Я стал её вестником неудачи».
Видя, что юноша больше не смотрит ей в глаза, аментет тихо попросила:
– Поговори со мной.
– Анубис сказал, что прежде, чем мы отправимся, ты можешь переодеться в вещи, которые есть в комнате, но, вижу, ты уже это сделала, – Кейфл говорил совсем не то, чего хотела Ифе, но она готова была поддержать даже эти слова.
– Почему ты не переоделся?
– Умылся. Это тоже можно счесть за привычное действие для привязки души к смертному телу.
Слабая улыбка принца отозвалась теплом в её груди – это была лишь крупица эмоции, но лучше, чем ничего.
«Не отстраняйся от меня. Пожалуйста», – безмолвно просила Ифе.
«Я должен. Я несу одни беды…» – вторил ей Кейфл, пусть и не слыша просьбы.
Как жаль, что всё это было сказано лишь в мыслях. И когда принц молча вышел из комнаты, Ифе не знала, в какую тьму он вновь загнал себя. А он не понимал, что рушил чувства, уже начавшие зарождаться в её сердце. Кейфл не подозревал, что его холодность заставила аментет снова вспомнить тепло дыхания Анубиса на её губах.
Аментет вошла в величественный зал дворца Анубиса последней. В центре её уже ждали Сет и Анубис, а напротив них – Кейфл и Атсу.
– Встаньте все ближе. Мы не знаем, как на перемещения в Дуате повлияло его закрытие, – приказал Каратель.
– Просто скажи честно, племянник, что ты соскучился по теплу смертных тел, – ухмыльнулся Сет.
Анубис проигнорировал его слова и властно кивнул смертным, чтобы те поспешили.
– Вы не объясните подробнее, к кому мы отправляемся? – выбрав для вопроса мягкую оправу, Ифе с тревогой ожидала реакции богов.
«Хоть что-то, но мне нужно знать перед встречей с ещё одной богиней».
– К моей матери, – отрывисто ответил Каратель.
– Да, но я имела в виду не совсем это…
Девушку прервал Сет:
– Не переживай, маленькая аментет, она ничего не сможет тебе сделать.
– Но…
Прежде, чем она успела что-то добавить или возразить, Анубис поднял посох, от которого разошлось зелёное сияние. Ифе с удивлением поняла, что на его лице вновь появилась хищная маска.
Сет шагнул вплотную к племяннику, добавляя своей алой силы. Аментет бросила взгляд на Кейфла, который напряжённо смотрел прямо перед собой. «Перемещение вот-вот начнётся… Я должна быть ближе». Уже чувствуя, как зал расплывается перед глазами, Ифе кинулась вперёд. Краем глаза Кейфл заметил её движение и инстинктивно протянул руку.
Как же ей хотелось обхватить его ладонь! Но холодность принца в комнате и тот незримый барьер, что он внезапно возвёл между ними, заставили девушку замереть.
И вместо Кейфла её локоть сжала прохладная рука Карателя.
Он не мог точно сказать себе, зачем это сделал. Ифе инстинктивно, ведомая тревогой, прижалась к богу, а в следующий миг всё вокруг стало тьмой, в которой переплетались бесчисленные всполохи всех сил мироздания. Эта тьма была такой же, как в мгновения её первого переноса в мир смертных.
– Если мы здесь, почему не можем вернуться в ТаКемет?! – девушка даже не поняла, что задала вопрос вслух.
Она не видела лица Анубиса из-за маски, но ощутила, как он сжал её руку чуть крепче.
– Мы меж мирами, но только на уровне Дуата. И путь обратно открыт лишь в него. Для умерших душ так было всегда. А для нас, богов, стало сейчас.
Ифе с трудом понимала, что он
