Фантастика 2025-48 - Дмитрий Анатольевич Гришанин
Обуреваемый такими мыслями, я хаотично летал над тянущими ко мне щупальца Божественными сущностями. Сомнения выбора терзали меня, не давая выбрать что-то, а я сам прямо чувствовал, как в реальном мире с удивительной скоростью текут минуты и часы. Надо быстрее выбрать, у меня только один шанс в ближайшее время! В любом случае, что бы я ни выбрал, увеличение сил прибавит мне шансов на выживание!
Я даже сначала не заметил, откуда оно появилось. Просто вдруг увидел под собой проплешину в сплошном ковре ясно видных Божественных сущностей — обычное облачко, как туман, висело и не шевелилось среди разноцветных собратьев. Хм, два прошлых раза я такого не видел! Да и сейчас впервые…
Но облачко Божественной сущности оказалось куда как коварным. Оно вдруг растянулось в стороны, распихивая своих собратьев, и превратилось в туманное кольцо, в котором открылся огромный, гигантский, как Арена, глаз! Со сплошной желтой радужкой и вертикальным, змеиным зрачком, в котором плескалась тьма. Я остановился, удивлённый таким зрелищем, а глаз ощутимо тяжелым взглядом уставился на меня! Я застыл, парализованный мощью этого взгляда, а потом зрачок вдруг растянулся на всё радужку, превратился в чёрный до невидимости водоворот — и неудержимая сила засосала меня туда!
— Ах! — я дёрнулся, выходя из медитации, и шмякнулся на кровать из сидячей позы, тяжело задышав.
Внутри царил небольшой шторм — Резерв рос, сбросив оковы третьего ранга, а в нём зарождался и раскручивался четвёртый Вихрь. Я получил Благословение, только не совсем понятно — какое⁈ А Резерв всё рос и рос, пока не стал в несколько раз больше, таким, что мог посоперничать с Резервом магов пика четвёртого ранга.
— Вот чёрт! — я поднялся, пощупал свой живот, но, понятно, не понял ничего. — Что же это такое было⁈
Закрыв глаза, попытался прислушаться к изменениям, что могли быть в чувствительной сфере. Что-то поменялось, но казалось, будто снаружи давят на меня, что-то плохое, недоброе давит, сдерживая и не давая раскрыть свой дар. Хм, ну ладно, главное, что я теперь много сильнее, чем раньше. Уже можно не бояться и магов четвёртого ранга — я и сам на нём! И поплёвывать на пятый ранг, но так, готовясь быстро убегать при этом.
Ладно. Я просто уже хочу домой! Надоели все местные рожи… Я же, считай, три недели дома не был. А если все думают, что я мёртв⁈ Родные же там с ума сходят! А Университет? Вдруг меня отчислят в связи со «смертью»? Я ведь столько сил и денег на него угрохал — и всё зря⁈ Нет-нет-нет, из Японии пора линять! Только бы местные не мешали…
— Рад видеть вас, господин Каменев.
— Я рад не меньше вашего, господин Ивлев.
— Присаживайтесь, прошу.
— Благодарю!
Средний сын Красноярского князя любезно уселся в кресло, тут же в кабинет за шел официант и стал расставлять закуски. Поклонился, вышел.
— Что предпочитаете, княжич? Чай, кофе, что-нибудь покрепче?
— Ох, просто чай. Чёрный, с лимоном.
Через десять секунд в кабинет бесшумно зашел тот же официант с парящим чайником и фарфоровыми кружками. Расставил, так же бесшумно удалился.
— Прошу.
— Спасибо. — княжич улыбнулся, даже не притрагиваясь к чаю. — Но я бы предпочёл перейти к делу.
— Прекрасно! Что же привело в наш аукционный дом княжича Каменева?
— Некоторое время назад у вас прошел аукцион с довольно внушительной суммой, за которую продали лот.
— Вы имеете ввиду реликвию госпожи Малининой?
— Именно. — княжич кивнул, налил себе чаю, отхлебнул. — Увы, до меня дошли сведения, что баронесса Малинина, что выставила этот лот, мертва.
— Это достоверная информация?
— Да.
— Что ж, печально. Но я не совсем…
— Сумма, которую должна была получить баронесса, весьма существенна. А её наследники, насколько я знаю, простолюдины, не имеющие никакой силы. И, соответственно, защиты. Им просто не дадут свободно распоряжаться подобными деньгами! Поэтому, господин Ивлев, я от имени князя Красноярского предлагаю внести эти деньги в фонд Реконструкции и Развития Княжества. Чтоб они могли послужить на благо людям, и при этом родные баронессы Малининой остались в безопасности.
— Хм. — аукционист задумался на минутку. — Увы, княжич, но вынужден вам отказать. Мы работаем с полным соблюдением законов Российской Империи. Поэтому, если сведения о том, что госпожа Малинина мертва, то в положенный законом срок мы отдадим заработанное ею наследникам. Другие варианты будут несколько… менее законными.
— Законы, я считаю, должны защищать людей, а не привлекать опасность на их головы, господин Ивлев. Если эти деньги могу представлять опасность для родных баронессы, то, я так считаю, буквой закона можно слегка пренебречь, выполняя их дух! Ведь это будет намного более гуманно!
Ещё с полчаса они спорили, но переубедить аукциониста не получилось. Впрочем, княжич ничуть не расстроился. Такой итог был вполне ожидаем, всё же Имперский аукцион — это не фирма-однодневка, они заботятся о своей репутации. Но попробовать стоило, вдруг бы наладились более тесные связи… Ну да ладно. Теперь — навестить семью этой Малининой. Не получилось здесь, получится там, вариантов много! А куш в двести миллионов (после уплаты обязательных налогов осталось даже чуть меньше) стоит того, чтоб немного поработать и головой, и ногами.
— Что… что вы говорите⁈ Катюша мертва⁈ — Малинина-старшая стала стекать по стене, прижав ладони ко рту. Глаза её стали огромными и испуганными.
Отец Катерины стоял рядом, застыл на несколько секунд, как статуя, но очнулся, подхватил жену, прижал к себе — и та стала безудержно рыдать ему в грудь.
— Не может быть! Это враньё! Катя не могла погибнуть! Она же волшебница! — Алёна тоже оказалась дома, из глаз как-то сразу, мгновенно потекли слёзы, она вытирала их руками и кричали на принёсшего такую весть человека.
— Соболезную вам. — горестно вздохнул княжич. — Несчастный случай на практике, от которого никто не застрахован! Я тоже терял родных и понимаю вашу боль…
— Бред! Она жива!
Алёна побежала в свою комнату, вернулась с телефоном, на котором набирала номер сестры. В ответ было только «Абонент вне зоны действия сети»…
— Как⁈ Нор… как⁈ Этого не может быть!
— Что вы хотите от нас, господин…? —
