Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный
Клирик долго и внимательно изучал бумаги, потом вернул их мне и кивнул.
— Я провожу тебя, сын мой, — сказал он, — но тебе придется подождать определенное время. Как я говорил, его высокопреосвященство весьма занятой человек.
Похоже, так оно и было, потому что в приемной я просидел не меньше двух часов, любуясь на красивую потолочную роспись и небольшие витражи, украшавшие окна. Все они изображали сцены на различные религиозные темы. Спустя это время, из кабинета кардинала вышел не кто иной, как наш министр внутренних дел и вид у него был такой, какой бывает у нашкодившего ребенка после порки. Я поднялся и с тяжелой душой вошел в кабинет, у меня не было никакой определенной стратегии поведения и разговора. И от этого легче не становилось.
Кабинет был небольшой и словно пропитанный Господним духом, как, собственно, и положено кабинету первого клирика одной из мощнейших империй нашего мира. За столом, укрытым толстым слоем разложенных во множество стопок бумаг, сидел Карл Либерр собственной персоной, а не поодаль стоял знакомый мне отлично знакомый мне отец Майнц. Стараясь не обращать внимания на ледяной взгляд своего старого недруга, я подошел к кардиналу и склонил голову под благословение. Его высокопреосвященство сотворил знак Господен и велел мне подняться.
— Так что же за архиважное дело привело тебя, сын мой, ко мне? — поинтересовался кардинал.
— Дело в том, — начал я, — что в нашу столицу несколько дней назад прибыл Патриарх вампирского клана Тзимицу. Он все еще пребывает в состоянии вампирской летаргии, который они называют торпор, и пока не опасен, однако весьма скоро он проснется и тогда…
— Не стоит продолжать, — кивнул кардинал, — последствия я вполне представляю. Однако хотелось бы узнать, сын мой, откуда тебе стало известно об этом?
Взгляд отца Майнца так и говорил мне: как ты вывернешься теперь, мерзкий еретик?
— Волею судеб и по приказанию непосредственного начальника я отправился в Вольные княжества, а именно, в Кралов, где я участвовал в рейде на восстановившийся замок Вышеград. — Я вынул из поясного кошелька платежное поручение, соответственным образом погашенное сегодня, однако его украшала Большая Церковная печать, что придавало моим словам куда больший вес. — Это плата за тот рейд, выданная братом Гракхом, этот рейд инициировавшим по распоряжению Отца Церкви. Тогда-то я и узнал о Вукодлаке, Патриархе тзимицу. Вместе с, — начиналась самая сложная часть разговора и я мысленно вздохнул, — моими товарищами, которые также участвовали в рейде, мы преследовали черную карету, в которой увезли Вукодлака, до самого Хоффа. Карета эта принадлежит богемскому графу Тибальту Горну, приобретшему незадолго до этого несколько домов в нашем городе. Я располагаю полным списком этой недвижимости. — На стол кардиналу легла вторая бумага.
Кардинал покивал, оглядывая бумаги, после чего убрал их в ящик своего стола. Хорошо, что я заблаговременно перевел все деньги на свой счет, с которого я получал свою зарплату, как когда был имперским «ученым-историком», так и сейчас, когда перешел на службу к Мариусу.
— Этот еретик, — встрял отец Майнц, — вступил в сговор с богомерзкими кровососами и теперь морочит нам голову. Необходимо заключить его в тюрьму и подвергнуть пытке, дабы узнать цели, с которыми он провоцирует нас.
— Я чист перед Господом, — как можно ровнее произнес я, — и был должным образом допрошен клириками, занимавшимися Вышеградом, сразу по возвращении.
— Что же, — кардинал, казалось, пропустил мимо ушей и мою реплику и слова отца Майнца, — сей факт весьма прискорбен. Каких же действий ты ожидаешь от нас, сын мой?
Я лишь пожал плечами в ответ и произнес:
— Я сообщил вам об этом, ваше высокопреосвященство, и большего я желать не могу.
— Хорошо, — кивнул кардинал. — Ступай, сын мой. Благодарю вас за предоставленную информацию, мы не оставим этого дела.
— Отпустить этого еретика! — возмутился отец Майнц. — Да где это видано?! Сначала он спасет Горную ведьму и уходит от суда, а теперь когда он вступил в прямой сговор с вампирами и вновь десница Господня не карает его!
Кардинал сделал мне короткий и недвусмысленный знак и я поспешил убраться, на ходу размышляя о странной роли бесноватого отца Майнца, которого Карл Либерр держит при себе, хотя ничуть не прислушивается к его словам. Ну да, это не мое дело.
Особняк благородного вентру Орси, продолжавшего называть себя графом и распоряжаться своими многочисленными имениями, преумножая и так немалые богатства, был все так же шикарен, как когда-то. Кристоф без труда отыскал его в сильно изменившемся Хоффе и со смешанными чувствами поднялся по ступенькам к входу. Слишком недавно — по его внутренним часам — прошло с тех пор, как тогда еще очень молодой вампир шагал точно также по этим же ступенькам и крохотные снежинки падали ему на лицо. С ним были друзья, да сейчас, по прошествии стольких лет он мог это сказать, и дикий гангрел Квентин еще был… Кристоф усмехнулся, поймав себя на том, что думал о Квентине, как о живом, хотя и до гибели от его с Вильгельмом рук, гангрел был давно мертв.
Дверь особняка оказалась открыта, прямо за порогом его встретил одетый в черное толстяк с коротко остриженной бородкой, казавшийся благодушным добрым дядюшкой. Память крови Екатерины Мудрой и князя Конрада молчали, они никоим образом не могли подсказать к какому именно клану относится этот вампир, хотя чутье не обманывало замковика — перед ним был один из Детей ночи. Очень странно, раньше с ним ничего подобного не случалось.
— Приветствую вас, герр, — произнес добряк, улыбаясь во весь рот. — Меня зовут Пьетро, Пьетро Джованни. С кем имею честь?
Говорил он по-салентински и настораживало то, что он не назвал своего клана.
— Кристоф, — кивнул Кристоф. — Кристоф Ромуальд из клана Бруджа. Я хотел бы поговорить с графом Орси, если все еще владеет этим особняком.
— Увы, — покачал головой назвавшийся Пьетро Джованни, — до недавнего времени так оно и было, однако три ночи назад он продал особняк. Я распоряжаюсь в данный момент данной недвижимостью. Вы желаете купить его?
— Нет, — покачал головой Кристоф. — Я ищу самого Орси. Вы не знаете, где он?
Джованни вновь покачал головой, просто излучая сожаление.
— Очень жаль. Тогда я откланяюсь.
— Постойте, герр Кристоф. Или вернее называть вас, шевалье Кристоф, вы ведь адрандец по рождению. Вам и вашим друзьям очень советовали не вмешиваться в это дело.
— Кто?! — Кристоф сам не заметил, как оказался вплотную к Джованни, сжав в кулаках отвороты его богатого камзола. — Кто сказал
