"Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев
– Товарищи командиры! Вчера первая кавдивизия противника прорвала фронт под Шепетовкой и стремительно продвигается в наш тыл. Вечером взято Полонное. Целью рейда является либо штаб фронта в Бердичеве, либо склады фронта в Казатине. Силы противника – шесть кавалерийских полков, около четырех тысяч сабель.
– Пулеметы? – глянул исподлобья Кожин.
– Примерно пятьдесят.
– Авиация, бронемашины?
– По нашим данным, нет, – хищно улыбнулся Нестор. – Авиаразведка уже вылетела. Конной группе предписано выдвинуться вот сюда.
Карандаш подчеркнул на карте название «Коровинцы».
– А если они пойдут южнее?
– Самолеты заметят и упредят, мы тогда поворачиваем вот здесь и бьем во фланг.
И снова внутри, как тогда, еще в Швейцарии, при первых заданиях Вельяминова, все подобралось, ушло домашнее, мягкое, и вместо химика с университетским дипломом проклюнулся упорный боец. И теперь Митя точно знал, что не допустит ошибок, как под Ставрополем.
Полдня шли переменным аллюром. Шнырявшие в небе «дуксы» четыре раза сбрасывали вымпелы с донесениями, и Нестор, убедившись, что противник изгоном идет к нему в руки, занялся расстановкой ловушки.
Полк конницы развернулся широкой цепью, закрывая пулеметы Кожина, пехота, покинув телеги и грузовики, быстро скрылась в леске на фланге, броневики притаились за хатами сельца на другом фланге.
– Дрожит, – угрюмый Кожин оторвал руку от земли. – Идут.
Из-за леса на другом краю окоема выскочили первые разъезды, и уже минут через десять появились колонны польской конницы. Набранные из ветеранов Мировой войны, служивших у немцев, французов, русских, австрийцев, полки четко перестроились во фронт и двинулись вперед.
– Красиво идут…
Вот уланы, блестя стальными касками, склонили пики и перешли в галоп…
– Раздайсь!
Конники Махно, нахлестывая лошадей, развернулись и кинулись в стороны и тыл.
– Робы грязь! – проорал Кожин…
…Весь день Первая Конная добивала разрозненные остатки польских эскадронов, загоняя их к железной дороге, под пушки и пулеметы бронепоездов. К вечеру броневики группы нашли и вмяли в жирную украинскую землю конно-артиллерийский дивизион поляков.
Кончилась Pierwsza Dywizja Jazdy, как будто и не существовала вовсе.
* * *
Позади осталась оборона по Неману и Тетереву, огневой мешок под Каменным Бродом, в котором артиллерия выжгла рвавшиеся на Киев танки армии Галлера, ноты и заявления Республики Советов Лиге Наций. Европа и Америка вяло советовали Польше отойти на линию этнической границы, предложенной лордом Керзоном, но настоящая помощь пришла только из Веймарской республики. Германия закрыла границы для поставок оружия и снарядов в Польшу, после двухнедельной забастовки докеров перестал принимать транспорты с вооружением Данциг.
Красные полки двинулись вперед. Два месяца Фрунзе с Триандафиловым в Белоруссии и Медведник с Егоровым на Украине пятью ударными группами долбили польскую армию. День за днем Wojsko Polskie дергало части с направления на направление, но только теряло силы и сдавало город за городом – Станиславов, Новоград, Барановичи, Гродно, Ровно, Пинск…
А потом Украинская Галицкая армия взломала оборону под Львовом, и главковерх Лебедев бросил Первую Конную на Белз и Замость, в междуречье Вислы и Буга. Накачанная за лето конницей, самолетами и броневиками группа легко проскочила ближние тылы и ушла в глубину.
– Товарищ командир! Я два пулемета захватил, ротный приказал на бричку и в штаб.
– Как захватил?
– Это… бегу по селу, а крестьяне говорят: вон в той хате поляки с пулеметами сидят. Я в окно бомбу, сам за ней, и ну стрелять из нагана. Четырех уложил!
– Пулеметы исправны?
– Так точно!
– Так какого хрена вы их из строя взяли?! Повернуть на поляков и ударить из них! Вертай назад!
Молодой боец запрыгнул обратно на бричку, а Нестор восхищенно повернулся к Мите:
– Вот черти, что творят! Лет семнадцать-восемнадцать хлопцу! И таких – сотни!
Штаб группы занимал полчаса как отбитый у противника домик, в котором уже суетились телефонисты. Толстый, маленький начальник связи распоряжался, дирижируя телефонной трубкой в руках. Вошедшему Махно он протянул захваченную карту польского генштаба и ткнул в Хелм.
– Значит, штаб фронта… Интересно, интересно… Вчера радио было, что там Пилсудский… А кто это там у забора лежит?
– Поляк. Отстреливался до последнего. Наши окружили его, а он еще в пяти шагах стрелял.
Беленькие хатки села стояли словно вымершие, без людей. Только разбитые кое-где окна да свежие расщепы от осколков на деревьях. Ставни всюду закрыты: крестьяне на всякий случай затворили, будто это спасет от пуль. Оглушенные выстрелами куры, гуси и утки сбились в кучи, засели под заборами и у стен. Собаки, поджав хвосты, притулились к хатам и даже не пытались облаять чужаков. А над зеленой башенкой деревенского костела судорожно моталась стая голубей. Вверх-вниз, вверх-вниз…
– Митя! Давай свои броневики вот сюда, – Нестор показал сперва на карте, а потом в окно, – за батарею. И жди, когда пехота подтянется. Поляки нас окружить хотят, а мы двинем Пилсудского добывать.
Броневики «Торпедо», «Динамо», «Локомотив» и «Красное Симоново», дымя выхлопом, укатили под холм. На вершине, куда тянулся телефонный провод, стояли артиллеристы.
Грохнули пушки. В небе над станцией, пока еще занятой поляками, полетели дымки разрывов. Сзади, над селом, где был Махно, развернулся самолет, и с него к земле выбросили вымпел с длинным шелковым хвостом.
Митя поднялся на гребень, внизу справа торопливо отпрягали лошадей и разворачивали еще два орудия. Полный и солидный артиллерист медленно поднес к глазам бинокль:
– Надо парочку снарядов во-он в ту лощину, вишь, они там накапливаются.
Второй, щуплый и подвижный, скомандовал телефонисту:
– Трубка сто двадцать, правее ноль девять. Огонь!
– Огонь! – повторил связист.
Сразу же сзади бухнули две пушки и снаряды с шипением ушли вперед.
Трах! Трах! разорвались над склоном шрапнели.
– О, побежали, – степенно сказал полный, а щуплый в свою очередь поглядел в бинокль:
– Трубка сто тридцать, левее ноль шесть. Огонь!
Вдали припадали к земле и снова вставали крошечные фигурки, ветер мешал их с дымом от разрывов и пылью. По резким движениям и бегу врассыпную Митя понял, что поляки запаниковали. На взмыленном коне подскакал посыльный:
– Товарищ Махно приказал перенести огонь вперед, чтобы своих не побить – мы атакуем станцию. А вам, товарищ Скамов, приказано вместе с рейдовой группой двигаться на Хелм.
Первой в город в утренних сумерках вошла разведка – эскадрон с десятком ручных пулеметов. Следом – конница, броневики, пехота на грузовиках и телегах, конная артиллерия рейдовой группы. Охрану штаба и невеликий гарнизон застали врасплох, точно как сами поляки хотели устроить в Бердичеве.
Короткий бой – и Митины бойцы, указывая карабинами, выводят расшитых серебром польских офицеров на улицу. Когда патрули полностью перекрыли город, когда броневики заняли станцию и когда на Высокой
