Фантастика 2025-48 - Дмитрий Анатольевич Гришанин

— Э, слышь! Ты! Ссвисвы! — при виде меня Витя оживился, замахал руками и попытался свистнуть, обрызгав слюнями дружков-алкашей. — А ну иди сюда!

— Тьфу!- я только сплюнул и пошел дальше.

— Пацаны, ловите её!

Алкаши петляющими движениями побежали за мной и окружили, не давая прохода.

— Ты, сучка! Тварь! Ты меня из родного дома выгнала! — орал на меня Витенька, сыпля слюнями. Мне аж пришлось тоненький Воздушный щит поставить, чтоб его телесные жидкости в меня не летели. — Я тебе глаз на жопу натяну!

— Да! Не по пн… пня… не па понятиям это! Ааррры! — рыгнул его собутыльник слева.

— Я так поняла, в прошлый раз ты не понял? — даже не собираюсь выслушивать их блеяние.

— Ах ты блядина! Ты мне угрожать вздумала⁈ Пацаны, эта тварь на мужика руку поднимает! В морду ей!

— Баба должна знать своё место! — подтвердил алкаш справа.

А тот, что сзади, без слов замахнулся и ударил кулаком мне в затылок. Но я-то это чувствовал! Присев, я ушелв сторону на пару шагов. Кулак алкаша полетел вперёд и попал в морду Витюше.

Хм, а если немного поиграть?

Карнавалом поменял свою внешность на внешность ударившего, а его — на свою.

— Сука! Ты ударила меня! Мужики, наших бьют! — завопил Витюша козлёночком и ударил своего приятеля в ответ, думая, что это я.

Вся тройка навалилась на своего приятеля, а я продолжил менять их внешность на свою, перекидывая иллюзию с одного на другого. Каждый раз, увидев «меня», они тутже наносили удар с завидным мастерством, получали в ответ, матерились и накидывались на «виновницу» с ещё большим жаром. Уже через минуту вся четвёрка повалилась на дорогу, но продолжала активно пинаться, размашисто нанося удары ногами.

Люди во дворе с ужасом смотрели на всё это, некоторые снимали на смартфоны, но никто не понимал, что происходит — я-то менял внешность только спереди, а они видели нас, в основном, со спины. Так что с точки зрения зрителей четвёрка алкашей мутузила друг дружку, а я стоял рядышком и ржал.

Когда все «мстители» затихли, хрипло отдуваясь, я просто плюнул на Витюшу и пошел по своим делам. Ну и мразь же! В смысле Витюша, а не я, конечно же! Пришел же мстить, ещё и дружков прихватил. Мужчина хоть куда, ага. Ну да ладно, надеюсь, он больше не появится в моей жизни. Но съезжать всё равно надо. Зинаида Степановна мне эти два дня все уши прожужжала сынком, как ей его жалко и вообще, без денег он пропадёт. И продукты самые дрянные покупает, потому что сынок её все деньги, что я ей дал, выгреб!

Когда я вернулся из магазина, бравой четвёрки уже не было.

Зато утром следующего дня в двери позвонили, Зинаида Степановна покатилась открывать, раздался мужской голос, потом испуганный старушкин.

— Катенька! Катя! К тебе тут… участковый пришел! Выйди, детка!

Вот чёрт! Этот урод что — на меня полиции настучал⁈ Ну, точно урою в следующий раз!

Глава 32

В дверях квартиры стоял довольно субтильный мужчина в форменной рубашке с короткими рукавами, в штанах с кобурой и с неожиданно большой форменной кепкой. Или фуражкой, по мне, так один чёрт. В руках у него была кожаная папка с документами, которую он держал с заметным пиететом.

— Екатерина? — он посмотрел на меня с любопытством. — Добрый день. Можем мы с вами поговорить внутри?

— Зинаида Степановна, мы на кухне сядем, хорошо?

— Конечно, деточка! — старушка убежала вглубь квартиры, зуб даю — переодеваться в «парадное».

— Заходите. — разрешил я участковому. — Можете не разуваться.

Тот кивнул и прошмыгнул внутрь странным движением, будто не человек, а медуза. Но магом он при этом не был, это я чувствовал точно. Прошел на кухню, уселся за столик, смахнув крошки лежащей тут же тряпочкой. Я сел напротив.

— Екатерина… — он посмотрел на меня с вопросом.

— Андреевна.

— Ага. Екатерина Андреевна, я участковый лейтенант Пудовкин Игорь Харитонович, будем знакомы.

— Будем. — обойдётся без’приятно'!

— Ага. Могу я посмотреть ваши документы?

— Доя чего?

— Чтоб знать, с кем имею дело.

Ну ладно. Я сходил, взял свой паспорт, отдал ему.

— Ага, а прописка-то Красноярская! — как-то излишне радостно заявил участковый. — Далеко забрались от родных мест, Екатерина Андреевна!

— Это что — запрещено? Я свободная мещанка, могу путешествовать по всей стране, сколько хочу.

— Ваша правда, сударыня, не запрещено. А договор аренды жилого помещения на хозяйку этой квартиры оформлен?

— Какой договор? — я удивлённо выпучил глаза. — Никакой аренды нет. С Зинаидой Степановной познакомились на вокзале, она предложила пожить у себя, я согласилась. Это называется «гости», если вы не в курсе.

Эту историю мы со старушкой почти сразу согласовали, чтоб не разводить лишнюю бюрократию.

— Я в курсе. Но вы же платите ей деньги?

— Не плачу. — я отрицательно фыркнул. — А даю на продукты. У всех людей есть такая привычка, как есть, Игорь Харитонович, и у меня тоже. Но было бы свинством с моей стороны ещё и питаться за счёт радушной хозяйки. Поэтому своё питание я оплачиваю — частично сама покупаю, частично оплачиваю покупки Зинаиды Степановны, она готовит лучше, вот и заведует продуктами. Верно же?

— Да-да, Катенька всю правду говорит! — старушка уже переоделась в нарядное платье и стояла в дверях кухни.

— Хорошо. — участковый покивал, как бы соглашаясь с моими словами. Потом залез в папку и вынул оттуда несколько бумажных листов. — Но вот на вас, Екатерина Андреевна, заявление написали.

— Правда? Читайте! — я даже развеселился от этого.

— Кхм. Некий Залесский Виктор Демьянович утверждает, что вы незаконно проникли в эту квартиру. Когда он обнаружил это, то вы применили к нему физическую силу и выкинули его отсюда. На следующий же день, когда он мирно играл в шахматы во дворе с друзьями, вы, Екатерина Андреевна, напали на них и причинили телесные повреждения средней тяжести, повлекшие за собой стойкую утрату трудоспособности.

— Витюшенька! — старушка всхлипнула.

— Ха-ха-ха! — я рассмеялся в ответ на слова мента.

— Будете опровергать заявление?

— Частично.