Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
– А давай сами ее жизнь представим – и поймем… – негромко предложил Серж. – Я буду говорить, по-английски, наверное… а ты меня поправляй, если что… Итак! Живет себе в глубокой провинции привлекательная и вполне себе умненькая – да-да, математику вспомни –девчонка из бедной семьи. Девочка не глупа, понимает – перспектив у нее в деревне никаких. Значит, надо ехать в Париж! А что в Париже делать юной девушке без денег и связей? Правильно – либо на панель, либо искать богатого покровителя. Лучше – и то и другое сразу. Пока ищешь, жить-то на что-то надо. Думаешь, Аньез как-то иначе начинала. А?
– Ой, Аньез… Аньез – очень деятельная! Уважаю таких. А эта… Ну, в какой-то мере – да…
– Итак, Париж. Элиза нищенствует, спит за малые деньги со всяким сбродом… может, уже сделала не один аборт… Была в абортарии?
– Н-нет!!!
– И не думай. Страшно! Вон, у Аньез спроси… Так и твоя Элиза… О которой ты не знаешь практически ничего. И не хочешь знать. Потому что считаешь ее себе не ровней! Ведь так? А туда же, на баррикады…
– Да я… да ты… Я не знаю, что и думать вообще!
Сергей положил руку на бедро Люсиль, погладил, поднимаясь все выше и выше… И, вздрогнув, понял глаза:
– У тебя что, слезы? Ты плачешь?
– Нет, нет! Это соринка, ага… Сейчас погляжу…
Встав, девушка наклонилась над столом, перед зеркалом… Серж тут же подскочил сзади, погладил девушку по спине… обхватил за талию…
– А вот теперь кто-то попался! Ага…
Они простились утром, около шести. Вышли из отеля, поцеловались… Довольная Люсиль прыгнула за руль своей «Веспы» и помахала рукой:
– Ну, пока… психолог!
– До встречи! Помни наш уговор.
Затрещал двигатель. Юркий ярко-розовый мотороллер выехал на площадь и скрылся за каменным львом.
Ну, вот и хорошо!
Проводив взглядом Люсиль, молодой человек потер руки:
– Довольная, веселая и самое главное – живая! Из-за этого стоил, да… Что же касается Агнессы… То, кто бы ей сказал-то! Не хорошо, конечно, так вот, за спиной подруги… Однако, но – куда деваться-то, когда важен быстрый результат?
Около шести утра, Сергей, взяв у консьержа ключ, уже поднимался в квартиру на улице Медичи. Знал точно, что никого там нет… Торопился, опасаясь встретиться с самим собой. Тот Сергей, в том погнанном варианте со смертью, как раз возвращался от клошаров. Вот-вот должен был прийти… А следом за ним – и Патрик с ужасной вестью…
Выйдя на балкон, молодой человек тут же отпрянул – увидел внизу себя! И никакого тумана, между прочим, не было, и гром не гремел – профессор что-то не торопился.
Как не торопился и «тот» Серж… Что-то застрял, не поднимался… А-а-а! Все ясно, ключа-то у консьержа не было. Это ключ же сам Сергей и забрал – вот буквально только что. Там он, на тумбочке, у дверей. Есть еще запасной – у того же консьержа – но пока тот его найдет в своем ящике… Время есть. Правда, не так уж много… Эй, профессор! Скорее, скорей!
Этак и Патрик скоро явится!
Так подумал Сергей – Патрик и явился. Встретил внизу Сержа, вместе и поднялись…
Ну, профессор! Что ж теперь делать-то?
Распахнулась, хлопнула дверь…
– Ага, вот он и ключ, на тумбочке, – послышался веселый голос Патрика. – Видно, я и оставил… забыл. А ты, похоже, всю ночь пьянствовал?
– И не говори!
– Люсиль тоже сегодня не пришла… А вчера собиралась, помаду приготовила – как это, говорит, на баррикады и ненакрашеная? Это ж черт знает что!
С чистого неба вдруг грянул гром! Наконец-то!!!
Балкон заволокло туманом…
Глава 13
Май 1918 г. – май 1968 г. Париж
Операция «Анти-Трест»
Профессор Шарль Лекок встретил Сергея с улыбкой:
– Ну, как вы там? Решили все свои проблемы?
Серж лишь кивнул, не отказываясь от принесенной юной Мари-Анж чашечки суррогатного – все же военные времена! – кофе… Зато хоть горячий!
– Ну, вот, – усевшись в кресло напротив, профессор потер руки. – Думаю, не сегодня, так завтра отправить вас домой, друг мой! Правда, попрошу кое-что сделать.
– Домой? – дернувшись, молодой человек едва не пролил кофе. – Но, домой мне пока не надо. У меня еще дела в шестьдесят восьмом! И поверьте – очень важные.
– Так вы ж сказали, что… Ах, не все… Я смотрю, у вас все время какие-то важные дела в чужой эпохе? Почему так? – щурясь, удивился месье Лекок. – Впрочем, Бог с вами… Все равно я хотел вас просить об одной услуге. Не менее, а, может, и более важной, нежели все ваши дела. Только предупреждаю сразу – у вас очень мало времени. Буквально месяц! Крайний срок – тридцатое июня. Если не успеете уйти, если у меня не выйдет, вы рискуете остаться там навсегда. Останетесь… и неизбежно умрете.
– Я понял, – допив кофе, юноша поставил чашку на стол и вдруг тоже улыбнулся. – Желуди?
– Нет, цикорий.
– Тоже вкусно! А что за дело?
Профессор развел руками и поправил пенсне:
– Вот как! Вы уже сразу к делам! Ну и правильно – чего тянуть? Понимаете, друг мой – надо остановить энтропию! Я чувствую, я вижу, что события нынче развиваются вовсе не так, как должны бы. И я знаю, почему. Вмешательство извне! Именно это вызывает энтропию времени и пространства, неразрывно связанных между собой. Время как бы рвется, становиться рыхлым… И кончится это плохо! Вы понимаете?
– Вполне.
– Как раз сейчас немцы снова рвутся к Парижу! За эту весну они так много успели, словно сейчас не восемнадцатый год, а, по крайней мере, пятнадцатый – с таким усердием боши наступают! Словно им кто-то помогает. Нарочно затягивает войну… И ведь помогают же!
Встав, месье Лекоко подошел к шкафу, усмехнулся и вытащил оттуда… базуку!
– Вот что нашла наша разведка у Эна! Там, где сейчас самое пекло. Это недалеко от Парижа, к слову сказать… А вот, что отобрали у корректировщика артогня в парке Бютт-Шомон!
Профессор снова покопался в шкафу, поставив на стол… радиопередатчик, явно транзисторный, легкий и
