"Фантастика 2025-115". Компиляция. Книги 1-27 - Дмитрий Валентинович Янковский
И вообще, это нехорошо с его стороны – думать о прошлом, когда он должен размышлять о том, как бы поцеловать меня. И всячески к этому стремиться!
Кто у нас тут мужчина, а?
После того как он потребовал поцелуй, я уже раз десять успела обмозговать, как именно я буду пытаться избежать обещания. А если и выполнять его, то всячески демонстрируя то, что это не по доброй воле.
А что в итоге? Дар не торопится предоставить мне возможность начать защищать свою честь, а «благодаря» Лаору и его заклинанию мне уже надо самой проявлять инициативу.
С каких пор все стало так сложно?!
От расстройства я как цапнула половину круассана, и сделала огромный глоток кофе. Обжигающего кофе, который огненным шаром прокатился по языку и осел где-то в желудке. Чего мне стоило не выплюнуть его – знал только Единый! Да и он вряд ли…
Мэр с самым сочувствующим выражением лица похлопал меня по спине и посоветовал быть аккуратнее. И не стоит так бросаться на выпечку – если барышня голодная, то ее, конечно же, не будут морить голодом и отведут покушать.
– Сначала долги, – непреклонно заявила я. – А то кусок в горло не полезет.
Да и после не полезет. Но там можно отговориться тем, что все, свидание окончено, возвращаемся домой.
– Для раздачи долгов нужна романтика, – расплывшись в противнейшей улыбочке, напомнил Ибисидский.
– Вот. – Я наугад ткнула в очень красиво оформленное здание с красными фонариками. В него как раз забежала одна из страстных-прекрасных исталиек. – Очень живописный особнячок. Выглядит соответствующе.
Как раз никого на улице, кроме нас, не осталось. Самое то, чтобы секунд на десять воспользоваться этим.
– Это бордель. Но не спорю – очень живописный.
– Что?!
– Странные у тебя представления о романтике…
– Ну ты… – Я аж задохнулась от возмущения.
Но вторая половина круассана спасла Одара от новых знаний касаемо производимого им на прекрасных дам впечатления.
– Не злись, – примиряюще ответил он. – Пойдем… тут недалеко до площади фонтанов, о которой я говорил.
И действительно. Одна улочка, другая, и через небольшой сквер мы вышли на просторную площадь.
Фонтаны… действительно были прекрасны.
Нет, разумеется, я видела такие и у нас. Все же наше государство – цивилизованное, со своей историей и разными культурными и архитектурными объектами.
Но наши фонтаны были скорее основательными и тяжеловесными. Эти же… воздушные, состоящие из тонких мраморных чаш или причудливых скульптур. Некоторые настолько напоминали застывших в движении людей или животных, что лишь их алебастровая белоснежность выдавала искусственное происхождение.
– Сегодня последний день перед закрытием сезона. Зима в Исталии, конечно, гораздо более мягкая, чем у нас, но все же берет свое. Особенно в этой местности. Морской климат не всегда в плюс… особенно когда идут ветра.
Мы сели на лавочку и пару минут любовались прекрасным. Сначала водными композициями, а после мне предложили обратить внимание на восхитительный храм.
– Взгляни, какая архитектура. А уж эти мозаики на площадке перед входом! Невероятно искусно!
– Странное решение. – Склонив голову набок, я присмотрелась к ним. – Словно разводы.
– Ну да. Художник Винченсо Альери отразил этой мозаикой ручьи крови, что лились из отрубленной головы последней казненной в Исталии ведьмы! Все случилось на этом самом месте. Кстати, всего лет двадцать назад было…
В целом, права была Сарочка – гроб в хозяйстве вещь очень полезная. Даже если Ибисидский не является нечистью, то уже заслужил право в нем полежать!
– И снова было не романтично, Одар.
– Очень жаль.
И мне продолжили демонстрировать великолепие города студенческой молодости мэра.
Он проводил меня по узким улочкам, мимо красивых мостов и великолепных площадей. Рассказывал историю города, о его знаменитых каналах, маскарадах и карнавалах. Мы даже зашли в музей, который сделали в особняке одного из десяти лордов Энции. И я даже на какой-то миг забыла о том, для чего я здесь… Сила искусства вытеснила все остальные мысли из головы.
Заклинание меня тоже не беспокоило, так что спустя какое-то время я отпустила ситуацию и начала наслаждаться прогулкой. В конце концов, вряд ли я отсюда вот вообще нецелованная уйду, верно?
Потому мы гуляли. Даже покатались на гондоле, но не так долго, как хотелось бы. Климат тут иной, но чем ближе к вечеру, тем становилось холоднее.
– Где хочешь поужинать? – спросил мэр, подавая мне руку и помогая выбраться из лодки. Дно шаталось под ногами, и потому я как никогда ценила надежные руки Дара. Почему-то не было ни малейших сомнений в том, что он меня удержит.
– А какие имеются варианты?
– Дорогие и пафосные. Студенческие и атмосферные. И просто уютные.
– Как понимаю, атмосфера студенчества – это…
– Недорого, сытно, шумно и не всегда чисто, – со смешком признал Ибисидский. – Зато разговоры вокруг интересные.
– Тогда я за уютное.
– Почему-то и не сомневался.
– Так ты мне варианты выдал такие, чтобы не сомневаться, – выразительно указала я на то, что это был выбор без выбора.
– Да, я в этом хорош. Но еще больше мне нравится давать человеку ассортимент из равно устраивающих меня вариантов. Очень люблю это дело.
– Веди уже, – вздохнула я.
Спустя пять минут мы оказались в очень приятном заведении. Нам предложили воспользоваться верандой, заверив, что там нам будет тепло и комфортно.
И действительно. Три столика располагались на одном из «фундаменте», что вдавались в канал. Возле каждого стоял вертикальный артефактный обогреватель, что источал мягкое тепло.
Мини-дворик был с обеих сторон огорожен изгородью, по которому вилась невесть как уцелевшая в холодах лоза. Чернильно-черная в наступивших сумерках, лишь отблески обогревателей высекали из листьев багровые искры. Из декора тут были лишь украшения на столах да огромное зеркало в богатом обрамлении. Впрочем, сама гладь была затянута золотистой патиной, и в ней нельзя было четко разглядеть отражения. Лишь силуэты да источники света.
Кроме нас в патио никого не было. Официант попытался было за мной поухаживать, но был оттеснен Ибисидским в сторону с пожеланием принести меню, а не уделять внимание даме.
– Располагайся. – Дар выдвинул для меня стул. Когда я заняла предложенное место, то на мои плечи лег мягкий плед. И руки. Тяжелые и почему-то горячие. Пальцы касались ключиц поверх одежды, а спустя несколько томительно долгих мгновений один из них провел по моей шее.
От этого прикосновения по коже рассыпались искры мурашек. Таких отчетливых, каких я никогда в жизни не ощущала. Они спустились вниз по позвоночнику, сковали ребра… почему-то мне было сложно сделать новый вдох.
Почему-то наше отражение оказалось гипнотически привлекательным. Мой силуэт, который читался благодаря хрупкости и ярким волосам. И внушительный – мэра. Черный. возвышающийся надо мной, то ли в порыве защиты, то ли подавления.
Я замерла.
Хрупкий момент, полный непонятных ощущений, разрушил вернувшийся с меню официант.
– Ну вот. – Со вздохом Одар занял свое место.
Дыши, Адель! От того, что мужик просто над тобой постоял, не должно быть такой реакции! Даже если он стоял очень выразительно. Можно сказать, что так рядом со мной еще не вставали!
Вот демоны знают почему, но от своих мыслей я опять покраснела.
– Что? – как ни старалась, все равно несколько нервно спросила я в попытке поддержать диалог.
– Я уже практически решил, что момент был достаточно романтичным для того, чтобы чмокнуть тебя в макушку, – листая меню, проговорил мэр. – Но тут все испортили.
Какая макушка? Нельзя в макушку!
– Так, надеюсь, ты доверяешь моему вкусу? – осведомился Ибисидский.
– Несомненно, – мрачно отозвалась я.
Одар на исталийском обратился к официанту и, перечислив нужные блюда, отпустил его.
Несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, а после усмехнулся:
– Ты очень забавно злишься. Правда, не совсем понимаю почему.
Немного подумав, я решила бить мэра его же оружием. Откровенностью.
– Потому что ты не соответствуешь моим ожиданиям.
Прерывая разговор, нам принесли вино и пару бокалов.
– Что, ты уже распланировала, как со страдальческим видом подставишь мне щечку и будешь такова? – ехидно осведомился Дар,
