Стяжатель - Валерий Михайлович Гуминский
Делая ошибки в расчетах, всегда есть возможность исправить их, принося извинение людям, попавшим под подозрение. Но страшнее всего, когда сомнение не позволяет предотвратить надвигающееся зло. А надвигалось оно сразу с нескольких сторон. И Никита откинул в сторону все колебания.
Марту он отыскал неподалеку от танцевального подиума, танцующей с каким-то долговязым парнем под зажигательную музыку. Его движения выглядели какими-то вялыми, словно он находился под воздействием неизвестного препарата. Девушка то и дело крутила головой, в тщетной попытке обнаружить Никиту в толпе веселящихся людей. Он облегчил ей задачу, приблизившись как можно ближе. И Марта, улыбнувшись, прижалась к парню, положив голову на его плечо. Волхв кивнул, давая знать, что «срисовал» опасного гостя.
Памятуя о разрушительном воздействии рун, Никита решил попросить помощи Хованского, тем более что парочка его сотрудников точно находятся в помещении. Выбрав местечко потише в дальнем углу зала, он присел на один из стульев, расставленных вдоль стены, и набрал нужный номер.
— Анислав Радиславич? Вы еще не спите? Кажется, у нас удачная поклевка с первого раза. Да, есть подозрение на очередного татуированного клиента. Не уверен на сто процентов, но лучше перестраховаться.
— Нужны люди? — поинтересовался Хованский.
— Скорее, они ничем не помогут. Во-первых, здесь блокираторы. Во-вторых, против рунной атаки защита, завязанная на Стихию, не сработает. Но все равно пару-тройку своих волкодавов прихватите. И машину для перевозки особо ценного пассажира.
— Буду через полчаса, — твердо ответил старший следователь отдела «М». — Пока не принимайте никаких самостоятельных действий. Вот когда спеленаем, вместе расспросим с большим пристрастием.
Глава 18
Петербург, Зимний дворец
— Проходите, господин полковник, — скрывая за радушием усталость от многочасового совещания, император жестом предложил Одоевскому, застывшему на пороге кабинета, садится. — Просим прощения за долгое ожидание. Дебаты у нас развернулись жаркие, как видите. До сих пор не остыли.
— Не извольте беспокоиться, Ваше Величество, — принимая шутку, офицер невозмутимо прошел к свободному стулу и сел напротив начальника Генштаба Токарева. Генерал наливал себе минералку с таким сосредоточенным видом, словно пытался сосчитать количество пузырьков в стакане. — Мы неплохо отдохнули в предоставленной нам комнате, а профессор Вольный так и вовсе увлекся дегустацией местных вин. Я его так и не смог оторвать от увлекательного занятия.
В помещении прошелестел тихий смешок.
— Ну и славно, — Александр подал корпус вперед и облокотился на край стола. Проверив свою устойчивость, продолжил: — У нас винная коллекция большая, пусть и дальше оценивает. Присутствие Дмитрия Федотовича необязательно, да и разговор предстоит серьезный. Вернее, не разговор, а краткие тезисы нашего обсуждения.
Одоевский замер. Будучи честным перед собой, он еще в гостевой комнате, куда их отвела охрана несколько часов назад, проанализировал разговор с императором и его братом — Великим князем Константином — и пришел к выводу, что никто военную помощь с чистого листа не предоставит. Вероятно некое предварительное соглашение, а в качестве компенсации Меньшиковы предложат нечто такое, что ничего не значит в усложняющейся ситуации на родине.
В «княжьей грамоте», которую полковник вручил при первой встрече с императором России, была просьба Великого Князя Русского и Тверского о скорейшей военной помощи или, в случае невозможности таковой в ближайшее время, о присылке военных советников и сотрудничестве в сфере техномагических изысканий.
Теперь предстояло выслушать, что решил император со своими советниками.
— Мирон Иванович, — вместо государя к Одоевскому обратился Великий князь Константин, — пробивая портал в нашу Явь, вы должны были осознавать, что подобные просьбы хранят в себе очень большие риски.
— Да, мы обсуждали это с государем перед отправкой сюда, — кивнул полковник. — И более того, пришли к мнению, что помощи не получим. Сначала вообще было опасение, что посланников уничтожат сразу на выходе. Но попытаться стоило.
— Тут вы слегка переборщили, — усмехнулся брат императора. — У нас очень любознательные люди, будь то ученые или военные…, - и услышав покашливание Александра, кивнул. — Так вот, во время обсуждения «княжьей грамоты», как вы изволили назвать предоставленный меморандум, наше мнение разделилось из-за нескольких проблема. Самая первая — политическая. Как отразится на вашем обществе известие о параллельном мире, откуда пришла серьезная военная помощь? Не станет ли это прологом к еще более кровопролитной гражданской войне? Если сейчас между собой дерутся дворянские кланы, используя лишь боевые отряды и наемников, то что начнется, если к ним присоединятся горожане и крестьяне? Вторая проблема — финансовая. Без золота, как известно, любое дело обречено если не на провал, то на серьезную пробуксовку. А вам нужно в кратчайший срок привести к повиновению мятежников, ведь так?
— Да, это первоочередная задача, — кивнул Одоевский. — Угроза сепаратизма северо-восточной Руси остается весьма высокой. У боярских родов, проживающих на этих землях, слишком сильны древние вечевые традиции Новгородской республики и память о вольнице. Не стоит забывать об огромной территории под их контролем, почти до самого Каменного пояса.
— Видите, насколько сложна политическая конфигурация в вашей Руси, — Константин Михайлович чуть-чуть изменил положение, а стул сразу тревожно заскрипел под грузным телом Великого князя. — Теперь третья проблема: что нужно нам от вас? Некие технологии? Ну… что-то можно использовать, например, магические двигатели. Если у вас они предназначены лишь для летательных аппаратов и в меньше мере для индивидуальных средств передвижения, то бишь автомобилей, то мы сможем адаптировать их на любую технику. Умных голов у нас хватает. Но Великий Князь Владимир утверждает, что все патенты в руках влиятельного японского клана. Просто так их не получить, а воровать… Своровать можно все, но это удар по репутации самого государя. Насколько мы поняли, его двоюродный брат женат на японской княжне, чьи родственники и держат монополию на создание магических двигателей?
— Истинно так, Светлый князь, — наклонил голову Одоевский. — Но все озвученные проблемы решаемы, была бы политическая воля.
— А что потом? — средний Меньшиков тяжелым взглядом одарил посланника. — Как будут строиться наши отношения? Военное, технологическое или финансовое сотрудничество? Не получится ли так, что кому-то из нас не взбредет в голову использовать мощь двух русских государств в целях давления на приграничные государства? Мы находимся в ареале своих геополитических интересов, и большего не надо. А вот ваша Россия, ментально чувствуя право на расширение, задыхается в искусственно созданных тисках. Одна Сибирская Русь чего стоит. Значит, рано или поздно появится соблазн подчинить себе непокорные восточные
