Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева
— Значит, был не только Ролан, — тяжело уронил арх. — Собственно, ожидаемо, — кивнул он сам себе. — Ты слишком сильна, Ирина, как тут устоять. Адиль, значит? — спросил Бурхан, обводя мою метку пальцем. — Он — младший арх, Ирина, — сообщил то, что я и так знаю. — Никогда не станет Верховным. Да и Зартаг уступает Орхартену во многом, — добавил со значением.
— Как мне надоела эта метка! — нисколько не покривив душой, выпалила я, резко отнимая руку и отходя. — Я со многим смогла смириться, Бурхан. С вашим домостроем, с притеснением тех, кто в этом не виноват, с ужасающей монархией, в которой мало места каждому, кто не обличен властью… С присутствием Богов в жизни одаренных тоже. Признаюсь честно, я раньше не верила в то, что существует кто-то, кто способен влиять на жизни людей напрямую. Надеялась, но не верила. Теперь вижу, что да, Боги существуют. Но вот этот фатализм, эта слепая обреченность и готовность следовать знакам… нет, с этим смириться не могу! Мало я еще прожила в Ларосе, видимо.
— Я тебя не понимаю, — тяжело вздохнул Бурхан. — Чего ты хочешь, Ирина? Ты хоть понимаешь, чем именно одарили тебя Боги? — не дав мне ответить, задал еще один вопрос. — Ты осознаешь, что связать жизнь с Верховным архом Орхартена — лучшее, что может с тобой случиться? Ты станешь самой влиятельной гардарой на континенте. О чем еще можно мечтать?
— Ты серьезно? Бурхан, как ты можешь хотеть связать свою жизнь с моей, если ты ничего, вот вообще ничего обо мне не знаешь!
— Я знаю главное, ты — моя айсхи. Ты та, кого послали мне Боги, чтобы у Орхартена были сильные наследники. Я не стремился к власти, Ирина, скорее даже, бежал от нее, но у Богов на всех свой план, свой замысел. Скажи мне кто несколько оборотов назад, что я стану уговаривать пришлую сущность пойти со мной в святилище… даже не знаю, как бы отреагировал, но вот я делаю именно это.
— Уговаривать пришлую сущность? — переспросила, глядя арху прямо в глаза. — Не стоит, Бурхан, утруждать себя. Я не пойду с тобой в святилище и не вернусь в Орхартен!
— Пойдешь! — сжал зубы он, взбешенный моими словами. — Потому что я так решил!
— Ты решил? А я не должна этого решить? Ты не задумывался о том, чтобы спросить, чего хочу я?
— И чего же ты хочешь? — фыркнул Бурхан. — Станешь торговаться?
— Торговаться? Нет, торговаться я не буду. Знаешь, чего я хочу больше всего, Бурхан? — спросила почти спокойно, хотя в душе бушевала буря. — Избавиться от этой метки! Я хочу сама принимать решения, Бурхан! Сама! Не ты, не кто-то другой, пусть даже и Боги! Сама!
Арх потемнел лицом, сжал зубы так, что я услышала отчетливый зубовный скрежет. Мы мерялись взглядами. Одинаково взбешенными, одинаково упрямыми, равно непримиримыми.
— В моем замке есть личный айван, — услышала вдруг голос Мансура.
Резко обернулась в ту сторону. Мансур стоял в дверном проеме. Один, без охраны. Да что ж такое? Проходной двор, ей Богу! Интересно, как долго Верховный арх Зартага был здесь?
Бурхан тоже обернулся на дверь. Я видела, как сильно он сжал зубы, видела, что он борется с собой, чтобы не наговорить Мансуру резкостей.
— Благодарю, — наконец выдавил Бурхан. — Это лишнее. Мы с моей айсхи сейчас же вернемся в Орхартен.
— Мне кажется, гардара этого не хочет, — заметил Мансур, входя в собственный кабинет.
— При всем уважении, Мансур, это не ваше дело! — все же не сдержался Бурхан. — Ирина, мне нужно, чтобы ты поделилась Силой! — обернулся ко мне, уверенный, что поступлю, как он говорит.
Как бы не так!
— Арх Мансур, могу я воспользоваться вашим гостеприимством еще на некоторое время? — проигнорировала выпад Бурхана.
— Несомненно, гардара, — согласно кивнул он.
— Ирина! — рыкнул Бурхан, хватая за руку.
— Ты не заставишь меня поступить так, как я не хочу! — вырвала руку и отскочила. — Ты начинал мне нравиться, Бурхан. Начинал. Что это было, тоска по мужскому плечу или химия, или притяжение метки, я не знаю. Не буду лгать, я раздумывала, что мы и правда могли бы попробовать. Останавливало отношение орхартенцев, ненависть твоего отца и брата. Теперь же я больше не сомневаюсь. Ни за что я не свяжу свою жизнь с твоей, арх Бурхан. Если ты не хочешь, я сама буду молить Богов забрать свою метку, освободить меня от тебя!
— Ты вернешься со мной в Орхартен! — в бешенстве схватил меня за руку Бурхан, притягивая ближе. — Ты — подданная Орхартена, а значит, обязана подчиняться Верховному арху. Подчиняться мне!
— Именно такие аргументы, уверена, приводил и твой отец тем гардарам, которых насильно забирал у их айсхи! — выдохнула ему прямо в лицо.
И удар достиг цели — Бурхан задохнулся от моих слов. Побледнел. Отпустил. А сам отшатнулся. Шаг назад. И еще один.
Кажется, сравнение с Кахраманом Бурхану не понравилось. Жестокие слова? Может быть. Мне уже все равно. Все, чего я хочу — чтобы меня оставили в покое, позволили жить так, как хочу сама. Мне не нужны ни власть, ни богатство, ни огромная Сила. Только спокойствие и уверенность в завтрашнем дне.
— Мансур, — сиплым голосом, словно каждый звук давался ему с трудом, обратился Бурхан к арху. — Мансур, я бы все же хотел воспользоваться твоим святилищем, — выдавил он, избегая смотреть на меня.
— Конечно, арх Бурхан, — кивнул тот в ответ. — Я сам вас провожу.
— Арх Мансур, — остановила готового выйти Верховного. — Могу я просить вас присутствовать при ритуале, чтобы подсказать мне, если вдруг что-то пойдет не так, — попросила, избегая смотреть на Бурхана, отчетливо понимая, что значат мои слова и какой эффект на него произведут. — Я недостаточно хорошо разбираюсь во многих вещах, особенно в тех, что касаются божественного участия. Мне было бы спокойнее, если бы вы были рядом, — добавила ровным тоном.
Хоть я и не смотрела на Бурхана, но вот его бешенство почувствовала так, словно оно было физически осязаемо. Вокруг Бурхана всколыхнулась Сила. Черная! Непроницаемая. Он пристально уставился на меня, сверля яростным взглядом, в котором, кажется, мелькнуло что-то темное.
—
