"Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев
— Почему хаос? — спросил президент.
— Природа энергии источников чужда нашему миру. Источник получает извне энергию, перерабатывает её, и на выходе мы получаем совершенно другую структуру энергии. Она чужда миру, и когда выплёскивается наружу в достаточном количестве, то результат невозможно спрогнозировать.
— Я так понимаю, вы мне сейчас не просто так всё это рассказываете?
— Вы абсолютно правы, господин президент. Дело в том, что сейчас носитель такого источника находится на территории вашей страны. И у него очень сильный источник.
— Кто он? — прохрипел президент.
Неожиданно вся его спина покрылась потом. Он вспомнил древние предания, когда целые страны канули в лету, и от них остались только совершенно безумные предания.
— Патрик Шарп, — она достала папочку и положила на стол. — Можете ознакомиться с его биографией.
— Патрик Шарп, — президент Kgosi повторил имя, словно оно было чем-то очень зловещим. Он открыл папку и начал просматривать биографию, на мгновение задерживаясь на фотографии человека, о котором говорилось в документах.
Пока президент рассматривал досье, Эмма изучала свой идеальный маникюр. Изначально их план был — избавиться от Патрика по-тихому, но, видя, как ловко парень убрал с шахматной доски русских, главы вызвали её к себе и попросили внести коррективы. Открыто конфликтовать с русскими они не хотели, но те не справились, и они готовы предложить свою поддержку в обмен на алмазы; шанс влезть на алмазный рынок буквально свалился им на голову.
— Это, конечно, очень интересно, — президент отложил папку в сторону. — Но хотелось бы знать, что готов предложить клан Шмитт?
— Нашу поддержку, русские не справились, мы готовы послужить гарантом вашего правления, — пожала плечами Эмма.
— Ерунда, — махнул он рукой, — русские вернутся через несколько дней.
Эмма вздохнула, ей было тяжело работать с тугодумами.
— Игорь Демидов был дипломатом, и он не справился. Кого пришлют русские? Силовиков! И что они сделают? Устранят парня? Именно этого и добивается император Карл. Как вы думаете, по своей воле ли парень оказался в вашей, богом забытой, стране?
— Вы уверены, что император Карл решится в открытую идти на конфликт с русскими? — президент недоверчиво посмотрел на Эмму.
— Парень здесь официально, власти к нему никаких претензий не имеют. Закон на его стороне, но если третья сила устранит парня, то император Карл предъявит вам претензии, и вы должны будете среагировать. Вы выгоните русских? Не думаю, а любой другой вариант уже не устроит Карла. Он объявит Боствану зоной "Свободных земель" и будет в своём праве, так как вы уже будете не "независимый правитель". Не знаю, кто победит в этой заварушке, но на своём месте вы точно не усидите.
И тут Kgosi понял, в какой переплёт он попал. Каждое слово Эммы Толсен попадало в цель. Русские сейчас рассержены, договориваться с ними уже поздно, и если устранят парня, то он должен будет реагировать. И если парень ставленник императора, то того устроит лишь полный разрыв отношений.
— Что вы предлагаете? — хрипло спросил он.
— Вы сами устраните парня, до приезда русских, а мы станем гарантом того, что всё прошло по закону. Это убережёт вас от Карла, а русские не посмеют вам ничего предъявить, так как обещали защиту и не справились.
— И что же вы хотите за это? — усмехнулся он.
— Мы заменим русских на тех же условиях, — пожала плечами Эмма.
Он задумался; в принципе, ему было всё равно, под кого ложиться, главное — усидеть в кресле. Клан Шмитт — очень сильный клан с мировым именем, и мало кто осмелится бросить им вызов. Всё бы хорошо, но маленький червячок точил его сердце. Обычная человеческая жадность: ему хотелось урвать чего-нибудь ещё сверху.
— И лечение в ваших клиниках для меня и моей семьи, — решился он наконец.
— За отдельную плату, — отрезала Эмма. Она уже понимала, что президент заглотил наживку и не собиралась более перед ним расшаркиваться.
— Хорошо, — согласился Kgosi.
— Тогда обговорим детали нашего плана.
****
Мы сидели в нашем импровизированном штабе и мониторили новости. Уже третий день, как наша брошюра ходит по просторам Боствана, и градус кипения постепенно накаляется. Больше всего вызвало возмущение дополнительный налог на любой вид сахара, будь то обычный сахар или сахарный тростник. Я очень удивился и даже спросил Табо: а с чего такое возмущение? Пенсионная реформа гораздо хуже какого-то налога.
— Самогон, — пояснил Табо. — У нас каждый второй варит дома самогон.
Вот оно, как, — я почесал свой затылок. — Знать бы это заранее, можно было организовать дефицит сахара, и народ вышел бы на улицы сам. Всё оказывается гораздо проще, чем думаешь. Так что настроения в Бостване кипят, а вот правительство отмалчивается. Нет, они, конечно, выпустили какое-то опровержение, но кто в наше время верит опровержениям? Манифест-то вот он, напечатанный. А слова… ну, сказал кто-то что-то, и через неделю уже все позабыли об этом.
Лично меня молчание правительства немного напрягало; копчиком чувствую, готовят какую-то пакость. И на пятый день эта пакость случилась. Нам наконец-то принесли официальное письмо: чтобы представители нашего штаба явились на процедуру «Право сильного». Оказывается, дуэль тут — торжественно-официальное мероприятие и носит совершенно пафосный характер.
На заседание комиссии мы явились вчетвером: я, Отсиле, Йорген и мой адвокат Лиза. Большой овальный зал, где на вершине заседали двенадцать старейшин, оставлял ощущение торжественности и пафоса. Стены были украшены гербами и символами различных кланов, а за спиной старейшин висела карта Бостваны и различные государственные атрибуты, напоминая всем о том, что именно здесь решаются судьбы страны.
— Добро пожаловать, — начал председатель, самый старый из присутствующих. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить вызов на поединок. У кого есть какие-то уточнения?
— Да, господин судья, — Лиза подняла руку. — Хотелось бы понять, персональный ли вызов на дуэль?
Судьи переглянулись. Ага, хотели опустить этот пункт, а зря. Моя Лиза уже вдоль и поперёк изучила
