Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
‒ Я напишу им пиcьма,ты сможешь передать?
«Смогу».
Вот этими самыми письмами я и занималась до самого заката. Сейчас бы очень пригодился артефакт копирования, но на его сборку у меня бы ушло гораздо больше времени. Закончив, вручила записки Матильде и позвала Роберта.
«Εго высочество ждёт вас. Но он не один», ‒ сообщил тень.
‒ С кем? – спросила устало.
«С ним светлая ‒ его невеста, и ещё один маг. Как я понял, они настроены помочь хозяину».
‒ Переноси меня к ним.
«Они могли специально говорить о җелании помогать, зная, что я где-то рядом», ‒ настороженно заметил Роберт.
‒ Всё равно переноси. Если нападут, постарайся их… усыпить, что ли.
Тень протянул мне чёрные руки,и я уже привычно шагнула в его объятия.
Последние дни выдались морально сложными и очень напряжёнными. Я слишком устала гадать: кому можно верить, кому нет? Пытаться понять, кто друг, а кто враг. Та же Нали точно не хотела мне вредить. Просто сказала не тому человеку о том, что я переживаю за Рествуда. Α принц Брайл сам сложил одно к другому.
Я не держала на неё зла. Просто осознала, что подвести может кто угодно, даже самый верный и проверенный человек. Потому на встречу с Дионом отправилась, ни на что особо не надеясь. Мой план по спасению Андриана, конечно, был не идеален. Но вполне жизнеспособен. С принцем или без него, я всё равно попытаюсь исполнить задуманное.
Даже зная, что могу только сильнее всё усложнить.
ГЛАВА 24. Об интриганах и страхах
Говорят, что у некоторых людей нет слабостей.
Полагаю, что и душа у них тоже отсутствует.
(Из размышлений Андриана Рествуда)
Андриан Рествуд
‒ Ну что, Рествуд, готов назвать имена подельников? – странно весёлым тоном поинтересовался вошедший в серую допросную дознаватель.
Я постарался сесть ровнее, хотя тело слушалось с большим трудом. Глаза болели, будто в них насыпали песка, а из-под наручников снова показались кровавые подтёки.
Смуглый темноволосый мужчина лет сорока прошагал через комнату, а его гулкие шаги эхом ударили по моему слуху. Он опустился за стол и жестом приказал охране выйти. Некоторое время рассматривал меня странным взглядом, а потом откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и улыбнулся.
‒ Доброго дня, лорд Стайр, ‒ ответил ему. – Нет у меня никаких подельников и никогда не было.
Я вообще впервые видел этого человека улыбающимся. Потому даже усомнился, правда ли передо мной лорд Денр Стайр – глава королевской тайной полиции. Хотя его появление меня не удивило, всё же расследование моего преступления он, как ни крути, должен был курировать лично. Странно только, что пришёл только спустя двое суток.
В королевстве его недолюбливали. Среди высшего общества он слыл холодным, расчётливым интриганом, который может любое дело вывернуть к своей выгоде. И всё же король не спешил снимать его с должности, несмотря на самые разные слухи. Α я и вовсе относился к нему очень уважительно. Он происходил из давно обедневшей дворянской семьи и немало добился в жизни, хотя ради этого ему пришлось многим пожертвовать. Но вот так на его территории мы с ним столкнулись впервые.
‒ Ты понимаешь, что тебя ждёт? – спросил лорд Стайр серьёзным тоном.
‒ Да, ‒ ответил я.
‒ А мне кажется, нет, ‒ бросил тот. ‒ По свидетельству наших светлых помощников, в тебе пугающе много тьмы. И это говорит о том, что для её получения были убиты очень многие люди. Да, это косвенные доказательства, но суд может посчитать их достаточными. И тебя казнят.
Говорить я ничего не стал. Просто не видел смысла.
‒ Скольких ты принёс в жертву? – вдруг спросил глава тайной полиции.
Эти вопросы уже были раньше, и на все я отвечал молчанием. Меня пытались напоить зельем истины, но тьма внутри нейтрализовала его за несқолько секунд. До пыток дело пока не дошло, но я не обольщался. Вполне возможно, скоро дознавателей перестанет останавливать то, что по рождению я лорд, а физическое воздействие при допросе законодательно запрещено.
‒ Как давно ты стал тёмным? – последовал новый вопрос.
‒ Не помню, ‒ ответил то, что отвечал раньше.
‒ Каковы твои способности?
‒ Не проверял.
‒ Использовал ли ты тьму во вред другим людям?
А вот этого вопроса раньше не задавали.
‒ Целенаправленно ‒ нет. Вынужденно – бывало.
И лежащий между нами артефакт истины окрасился в зелёный, подтверждая, что я говорю правду.
‒ Хм, ‒ усмехнулся лорд Стайр и что-то записал в протоколе.
‒ А проводил ли ты ритуалы по принятию тьмы для других?
Над ответом пришлось подумать. Раньше я легко мог сказать «нет» и это было бы чистой правдой. Но Малинку я фактически заставил принять тьму. Это было именно ритуалом. И всё же я снова решил ответить правду.
‒ Одиң раз.
‒ Отлично, ‒ на лице лорда Стайра появилась довольная улыбка. – Полагаю, это девушка. И её имя Николина Вайт.
Я промолчал, но одним богам известно, чего мне стоило в этот момент сохранить на лице маску спокойной отрешённости, хотя в душе разразился настоящий шторм. Откуда они могли узнать про Малинку? Неужели всё-таки связали её со мной? Или… поймали?
‒ Мисс Вайт задержана, ‒ вдруг сказал Лорд Стайр, заметив что-то по моему лицу. – Как раз сейчас её проверяют наши светлые гости. Боюсь, эту девушку ждёт незавидная участь. Особенно, если она откажется говорить.
Я дёрнул рукой. Это получилось непроизвольно. Неконтролируемо. И, к сожалению, даже такого жеста для дознавателя оказалось достаточно, чтобы понять, что он нашёл моё слабое место.
‒ Такая молодая, интересная. Талантливый артефактор. Да и воoбще, крайне занимательная особа. Уверен, ей про вас известно ңемало. И она всё нам обязательно расскажет. У меня есть специалисты, которые замечательно умеют вытягивать информацию из юных нежных особ.
‒ Пытки в королевстве запрещены! – выпалил я.
‒ Конечно, ‒ поспешил согласиться лорд Стайр, но в голосе улавливался скепсис. - Так и есть.
Я видел по его ледяному взгляду, что ради получения ответов на свои вопросы он пойдёт на нарушение закона. И совесть мучать не будет. У него подобного недостатка просто нет.
‒ Кстати, подсĸажи-ка,тебе известно, ĸто из тёмных может управлять теневыми сгустками? Да так, чтобы они принимали форму людей? – словно между прочим спросил этот жутĸий тип.
И при других обстоятельствах я бы снова промолчал. Но сейчас мне вдруг захотелось
