"Фантастика 2025-28". Компиляция. Книги 1-19 - Дмитрий Шатров

* * *

Власа Григорий увидел в холле. Сказать по правде, узнал не сразу, скорее догадался. Помнил шляпу и ветхое пальтецо, которое притащила с собой к Стелле гримерша Зиночка. Вот сейчас и шляпа, и пальтецо обнаружилось на древнем старике, который, прихрамывая, трусил вслед за тощим немцем. Да уж, Зиночка знала свое дело! Григорий даже испугался, что мог подмигнуть совершенно постороннему деду, но дед так многозначительно зыркнул на него поверх очков, что сомнений не осталось. Это был Влас. Теперь их в Гремучем ручье уже двое. Судя по всему, Власа вели в сторону музыкальной гостиной. Только там, насколько помнил Григорий, было фортепиано.

Ему самому в провожатые достался полицай, вся рожа которого была побита оспинами. Полицай шагал позади него и то и дело тыкал в спину дулом автомата. Нравилось ему, видать, пугать простого работягу. От каждого такого тычка Григорий испуганно ахал и ускорял шаг, хотя хотелось ему совсем другого, хотелось нырнуть в поток и разобраться с этим выродком по-своему. Оставалось успокаивать себя тем, что все еще впереди, что этой ночью никто не уйдет от возмездия.

Полицай загнал его в крошечную комнатушку без окон. Из мебели в ней имелся только стол и стул.

– Вываливай! – велел полицай, указывая сначала на деревянный ящик с инструментами, который Григорий держал в руках, а потом на стол.

– Т-таак м-меня уже обыскали. – Григорий подобострастно улыбнулся. – С-солдатня на воротах.

– Я тебе дам – солдатня! – Полицай замахнулся на него прикладом, но не ударил, хотя по глазам было видно, что очень хочется.

Григорий отшатнулся, прикрыл лицо руками. Пришлось приложить изрядные усилия, чтобы отшатнуться по-человечески медленно и неуклюже. Кажется, получилось.

– Вываливай, я тебе сказал! – Полицай осклабился, встал в проходе, ствол направил прямо Григорию в живот. – И чтобы без глупостей!

– К-как с-скажете…

Быстрыми, суетливыми движениями Григорий начал выкладывать на стол инструмент. В деревянном ящике не было ничего такого, чем можно было бы воспользоваться в качестве оружия. Но Григорию и не нужно было оружие, с некоторых пор он научился убивать голыми руками. Зачесалась десна, которую пытались пробить упыриные клыки. Григорий сжал челюсть покрепче. Рановато, братцы…

Инструменты полицай перебрал с ленивым равнодушием. Было видно, что в слесарном деле он ничего не соображает. Григорий стоял в сторонке, испуганно мял в руках дурацкую косматую шапку, которую его заставили надеть Стелла с Зиночкой. Сделалось скучно, подумалось, что этак вообще ничего не случится, не доверят ему ту деликатную работу, которая по силам далеко не каждому. И придется им с Власом искать свои пути, возможно, с боем пробиваться в это упыриное логово, к Танюшке пробиваться. В этот самый момент тихо скрипнула половица под осторожными, крадущимися шагами. Скрип этот Григорий услышал раньше полицая, но даже ухом не повел. Стоял, бездумно мял шапку.

В комнатушку вошел никто иной, как Штольц. Это был хороший знак. По словам Митяя, именно Штольц руководил всем в тайной лаборатории фон Клейста. И раз он соизволил явиться, значит, все идет по плану.

– Это он? – Спросил Штольц у полицая на ломаном русском и указал подбородком на Григория.

– Так точно, герр Штольц! – Полицай вытянулся по струнке, едва не уронив от усердия автомат. – Доставили, как было велено, со всем инструментарием…

– Вон пошел. – Штольц сделал выметающее движение рукой, и полицай бочком, вдоль стеночки проскользнул к выходу.

Григорий уже хотел было удивиться беспечности Штольца, решившего зайти в комнатушку без охраны, но тут же увидел маячащих за его спиной двух фрицев.

– Ты понимаешь по-немецки? – спросил Штольц, глядя куда-то мимо Григория.

Понимать-то он понимал, но вот фрицам об этом знать совсем не обязательно, поэтому Григорий виновато пожал плечами.

– Собирай это. – Штольц кивнул сначала на стол с инструментами, потом на деревянный ящик.

– П-понял! – Быстрыми движениями Григорий сгреб инструменты в ящик.

– За мной! – Велел Штольц и повернулся к нему спиной. Ох, опрометчиво повернулся. Григорий бы справился и с ним, и с его охраной, но кто тогда проведет его к Танюшке? Десна снова зачесалась, и он провел по ней языком.

Из дома выходили не через парадный, а через черный ход. Дом уже был полон гостей и разнообразных звуков. Григорий прислушался, в надежде расслышать голос Стеллы. Пока ничего, хотя, по его прикидкам, Стелла уже должна была прибыть. Из двери, ведущей на кухню, где когда-то любила пить кофе Ирма фон Клейст, доносился звон посуды, командные крики какого-то визгливого мужичка и запахи еды. Вкусные или нет, Григорий теперь не понимал.

А снаружи уже воцарилась ночь. Из ее недр наблюдать за домом было интересно. Он был похож на гигантский круизный лайнер, выплывающий из тумана. Настоящих лайнеров Григорий, ясное дело, никогда не видел, но зато читал про них и имел богатое воображение, чтобы представить. Небольшой заминки хватило, чтобы получить ощутимый тычок прикладом между лопаток. Солдаты Штольца не развлекались от скуки, как полицай, они просто спешили выполнить приказ. Больше того, Григорий чувствовал исходящий от них страх. Они боялись того, что происходило под разрушенной часовней. Знать ничего доподлинно не знали, но все равно боялись. А Штольц решительным шагом шел вперед. Он тоже спешил, вот только не выполнить работу, а вернуться обратно к гостям. Возможно, к Стелле.

Сгоревшие в ту памятную ночь внутренности часовни расчистили, не пришлось пробираться к потайной двери через завалы мусора и щебня. Вот она – немецкая организованность. Оказавшись внутри, Штольц зажег карманный фонарик, посветил Григорию прямо в лицо, наверное, с намерением ослепить перед тем, как придется открыть потайную дверь. Григорий не ослеп, но на всякий случай прикрыл лицо рукой. Пока прикрывал, Штольц уже разобрался с дверью.

– Вперед! – велел, обходя Григория со спины. Солдаты так и остались стоять на вхоже в часовню.

– К-куда – вперед? – испуганно и растерянно проворчал Григорий и шагнул на тускло подсвеченную каменную лестницу. В нос шибануло гремучей смесью запахов: гарью, кровью, лекарствами, металлом, свежеструганной древесиной. На стене вдоль лестницы висели уже не факелы, а электрические лампы – доказательства торжества прогресса, который так любил Отто фон Клейст. И подземелье, кажется, расширили. Григорий оказался в небольшом «предбаннике» с двумя металлическими дверьми. Одна дверь вела в старую камеру, в которой когда-то держали Митяя, а сейчас, наверное, держат Танюшку. А что пряталось за второй, Григорий был намерен выяснить в самое ближайшее время. У стены «предбанника» были свалены какие-то железки, а у каждой из дверей стоял часовой. При виде