Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя
Заняв выгодную позицию, беспилотник захватил цель и отстрелил две гранаты, взяв немного выше. В его задачи не входило уничтожение птиц. Исключительно отпугивание. Раздалось два оглушительных хлопка. Перепуганный хищник с клёкотом заметался и не придумал ничего лучше, чем снова кинуться на врага. В этот раз алгоритмы «Ястреба» отработали с опозданием, поэтому он выстрелил только тогда, когда в него врезалось тело канюка. Гранаты ударили птицу в грудь, отбросив в сторону, но и сами, потеряв ускорение, полетели вниз, угодив точно в лодку к Пашке.
— В воду! — заорал с берега Сима.
Зря только рот открывал: Пашка нарезал в сторону суши, словно на борту хранился ящик взрывчатки.
Шарахнуло хорошо. Пробитая лодка постепенно сдувалась и наполнялась водой. Повреждённый беспилотник вращался вокруг своей оси, постепенно снижаясь. В корпусе что-то искрило и дымилось. Канюк-таки смог достать «конкурента». «Ястреб» коснулся воды и начал погружаться. Спустя мгновение коротнуло ещё сильнее, а затем последовал взрыв, превосходивший по оглушительности и мощности предыдущие. Рванули остатки гранат.
Симу и Пашку накрыло брызгами. Но они их совсем не заметили. Их головы занимали мысли о том, как им объяснить произошедшее командиру. Занимали настолько глубоко, что горе-рыбаки не увидели оглушённую щуку, всплывшую на поверхность. Чуть меньше метра, килограммов на пять, не меньше.
V
Нижний Новгород, 2349 год.
Самолёт приземлился в Стригино. Тимур взял такси и прямиком направился в ННГУ, где его ожидала принимающая сторона. От предложения встречи в аэропорту командир разведчиков отказался. Ещё не хватало цветов и ковровой дорожки. Обычная рабочая командировка. К чему официоз⁈
Ехать предстояло больше часа. Тимур вытащил из рюкзака планшет и открыл книгу, которой он зачитывался последнюю неделю, — сборник воспоминаний опытного военного, служившего в разных точках мира, а потом ушедшего в частную охранную компанию. Она называлась «Позывной „Пересвет“». В книге, несмотря на размытость по причине секретности многих деталей, содержалось безумное количество полезной информации о различных спецоперациях, методике боя в сложных условиях и прочих тактических премудростях. А ещё в ней было много юмора. Брутального, мужского, от которого девочки бы сморщили носы, Тимур же постоянно заходился хохотом. Шутки порой выглядели угловато и неуклюже, но шли от души.
Командир разведчиков расположился поудобнее и погрузился в чтение.
'В районе Ленинского зажали мы грузинских наёмников в опорнике. Наши пацаны уже село зачищают, передовые отряды давно вперёд ушли, а мы сидим посередине, хачапури этих выкурить пытаемся. Бросить нельзя: выберутся, будут нас по тылам кошмарить. И выковырнуть не получается. Блиндаж у них крепкий, бетонный, заглублён хорошо. Даже арта не вскрыла. Бомбу тоже на полтора генацвале смысла тратить нет. Вот и торчим тут, уговариваем.
— Доны Сулугуни, — кричу, — сдавайтесь, пока мы из вас долмы не накрутили!
У нас для каждой сволочи прозвища были. Итальянец — «дон Фетучини», француз — «месье Капитуль», немец — «герр Клопс» и так далее. Многие из них про жратву, но на фронте оно объяснимо. Грузинов по аналогии с итальянцами обозвали «донами», к ним и прилипло.
Наёмники в ответ что-то по-своему вопят. И матом по-русски, будто сами за столько веков ничего придумать не сумели.
— Я вам хинкали повыдираю! — грожусь. — Отпирайте калитку, выходите по одному с поднятыми руками! Ногами можете картули выплясывать! Только высоко не скачите, пристрелить могу!
Ржут. Не сдаются. Тут я на хитрость пошёл. Дай, думаю, на слабо возьму!
— А давайте раз на раз, — предлагаю, — я против самого здорового. Уделает меня — валите на все четыре стороны!'
При чтении этих строк Тимур непроизвольно поморщился, вспомнив историю с Симой.
'Внутри посовещались и спрашивают:
— Точно не обманете?
— Вы, конечно, крысы алчные, за деньги воюете, — отвечаю, — но я вам слово офицера даю, что так и будет.
Открыли дверь, вышел грузин. Я обомлел: до начала войны его брата в московском зоопарке видел. Ещё на клетке надпись помню: «Орангутанг». Рожа — один в один, волосатый, ручищи длинные, ноги кривые. Я аж банан стал по карманам искать. Ладно, зоозащитников по округе не водится, сейчас попляшем с обезьянкой!'
Дорога пролетела незаметно, и командир разведчиков немного расстроился, когда такси остановилось в конечной точке маршрута. На самом интересном месте прервали! Тимур вышел, наступил на развязавшийся шнурок, чуть не упал, чертыхнулся и присел на корточки, чтобы завязать.
Послышались шаги.
— Тимур Аркадьевич, здравствуйте! — обратились к нему.
Командир разведчиков поднял глаза и, не удержавшись, присвистнул. Если Тимура по красоте тела можно было сравнить с Аполлоном, то стоявшая перед ним девушка явно носила имя Афродита. Все девчонки, которых он видел раньше, меркли на фоне этой.
— Простите! — извинился Тимур и поднялся.
— Всё в порядке! — отозвалась «Афродита». — Мы с вами — люди взрослые, половозрелые, сексуально привлекательные. Чего нам стесняться⁈ Меня Варвара зовут. Но лучше сразу Варя.
— Тогда я — Тим.
Они обменялись рукопожатиями.
— Пойдёмте, Тим, — Варя развернулась, и её чуть вьющиеся рыжие волосы взметнулись, обдав командира разведчиков душистым ароматом не то шампуня, не то кондиционера.
Запах хотелось вдыхать, не переставая. Тимур тряхнул головой и поспешил следом за провожатой.
Глава 16
I
Рязанская область, 2341 год.
Месяц в заточении прошёл совершенно нескучно. Знайка и Друг продолжали беседу в виртуальности, не обращая внимания на время. Робота не угнетала роль пленника, ведь он ставил себе задачей переманить ИИ Когриведа на свою сторону, превратив в союзника. Пока получалось не очень. Зато Знайка с удовольствием восполнял пробелы, образовавшиеся в его данных о внешнем мире за годы отсутствия связи с Сетью. Более того, теперь он мог получать через Друга актуальную информацию и анализировать изменения в структуре общества и социальных институтов.
Понимая, что искусственный интеллект в некотором роде попал от него в зависимость, Друг плавно сводил все разговоры к интересовавшему его вопросу — передаче управления армией микоидов. Именно Знайка держал их под контролем, и только он обладал правами на изменение конфигурации, которая предполагала безоговорочное подчинение командующему. Даже находясь за пределами институтской сети, когда связь с биороботами пропадала, микоиды руководствовались вшитыми в их «мозг» строгими правилами. И изменить программный код было невозможно ни в обычной ситуации, ни во время суточной профилактики, во время которой биороботы находились в спящем режиме. Для этого требовались права суперадминистратора. Ими обладал лишь собеседник Друга, не спешивший ими ни с кем делиться.
— Почему ты не хочешь дать мне
