Авторитето бизнесмено - Андрей Горин

Охрану территории завода осуществляли служащие военизированных подразделений вневедомственной охраны при органах милиции, и наличие вооружённых бойцов на охраняемом объекте как-то не вязалось с присутствием на заводе бандитов.

Кроме того, возникал резонный вопрос, а что вообще бандитам делать на режимном объекте, производящим продукцию военного назначения. Какого беса они там забыли?

Но тут хитроумный Аркаша напряг свои мозги, и у него появились кое-какие соображения на этот счёт. Во времена перестройки начался бум на торговлю ломом цветных металлов, который гнали за рубеж, вначале через Польшу.

Например, алюминий стоил доллар за килограмм. Вроде и немного. Однако, если учесть, что уже сейчас на чёрном рынке доллар стоил больше десяти рублей, а вскоре резко подорожает до тридцатника, то тонна алюминия давала больше десяти тысяч рублей.

Не сказать чтобы огромные деньги, но тут ещё дело в масштабах. На изготовление одного пассажирского самолёта шло около 25 тонн алюминия. А были ещё военные самолёты и вертолёты.

Вот вам и кормушка для криминального бизнеса. А ещё на авиазаводе выпускались в большом количестве товары народного потребления: посуда алюминиевая, детские игрушки, санки детские, кресла раскладные, ложки, вилки, коляски детские прогулочные, велосипеды «Космос», сумки переносные с тележкой, лестницы алюминиевые. Для производства которых требовался всё тот же цветной металл.

Более того, производство товаров народного потребления контролировалось менее строго, чем основные производства по производству авиатехники и военной продукции. Значит, была возможность производить неучтённую левую продукцию и иметь на этом весьма нехилые бабки.

И это уже был совсем другой уровень преступной иерархии. Такими делами заправляли не обычные уголовники, а так называемые «цеховики». Которые, разумеется, имели для защиты своих интересов дружины боевиков. Вот эти подпольные дельцы вполне себе могли иметь тесные контакты с администрацией завода, без которой проворачивать такие делишки было невозможно.

Дело было серьёзное, и действовать нужно было аккуратно. Поэтому действовал Пётр не торопясь. Первым делом, естественно, попросил Кудряша разведать обстановку среди воров, кто из уголовников имеет на заводе свои интересы. Одновременно начал наводить справки среди конкретных пацанов, вдруг, плодящиеся в последнее время как грибы после дождя молодёжные банды, в курсах происходящего на заводе.

Как и ожидалось, ничего путного из этого не вышло. Ни воры, ни бандиты никакого интереса на заводе не имели. Режимный объект, охрана. Пора беспредела лихих 90-х ещё не наступила, и на столь серьёзные объекты ещё никто соваться не рисковал.

Однако, перспективы, связанные с авиазаводом и семейством Бонье, были столь грандиозны, что одними расспросами в уголовной среде дело не ограничилось.

Серьёзным препятствием было то, что позиции наших героев среди силовиков и местных властей в Заводском районе, на земле которого располагался авиазавод, были откровенно слабы. Поэтому майор Савельев задействовал свои связи в ГУВД, для чего подключил даже знакомства отца и старшего брата, и организовал перевод в РОВД Заводского района, не так давно получившего звание майора Максима Шаповалова.

Пришлось кое-кого потеснить, кое-кому заплатить, но результат того стоил, особенно на перспективу, поскольку борьба за авиазавод предстояла долгая и серьёзная. Шаповалова перевели на внезапно освободившуюся полковничью должность заместителя начальника заводского РОВД, в ведении которого был и Уголовный розыск. А его предшественника перевели с повышением в Пензенскую область, что было весьма непросто.

Но зато теперь свой человек мог на вполне законных основаниях подробно разобраться в криминогенной обстановке на авиазаводе и в его окрестностях, чем Шаповалов усердно и занялся.

Человек он был опытный и укрыться от его внимательного глаза мало что могло. Однако даже по прошествии нескольких недель, явных следов присутствия на авиазаводе бандитов, на которых ссылалось руководство завода, так и не обнаружилось.

И тогда ушлый Аркаша всё же настоял на своей версии с цеховиками. Всё же это был весьма специфический вид преступной деятельности, который с наступлением перестройки приобретал всё больший размах. Он отличался высокой организованностью, прочными связями с чиновниками и не менее тесными связями с работниками правоохранительных органов, причём занимающими высокие посты.

То есть это были не простые уголовники, и привычные методы работы уголовного розыска здесь не всегда работали. Куда более сведущими в этих делах были работники подразделений ОБХСС, которые, к сожалению, частенько работали рука об руку с этими самыми цеховиками. Поскольку деньги там крутились громадные, совершенно не сравнимые с теми, что можно было поиметь с обычных уголовников.

Майор Шаповалов был опытным агентурщиком и напролом не лез. Под видом налаживания отношений с новыми коллегами организовал несколько дружеских пьянок, которые, как водится, сопровождались задушевными разговорами с нужными сотрудниками, и кое-что стало проясняться.

Подробностей, конечно, выяснить пока не удалось, поскольку слишком уж настойчиво расспрашивать новых приятелей майор не мог, но в целом существование на заводе преступной группы цеховиков подтверждалось.

И одной из центральных фигур во всех мутных схемах был Коммерческий директор Автандил Иммануилович Бедный. Который, несмотря на пролетарскую фамилию, оказался при ближайшем рассмотрении человеком весьма состоятельным.

Должность Коммерческого директора была довольно новой, появившейся с началом перестройки, а до этого назначения Автандил занимал должность заместителя Заместителя директора по хозяйственной части.

Картина вырисовывалась весьма тухлая. Цеховики крепко окопались на авиазаводе, и выжить их оттуда будет весьма непросто. Но прежде всего нужно было иметь своих людей на заводе, чтобы получать достоверную информацию о творящихся там тёмных делишках. Внедрить информаторов будет сложно, долго, да и реально внедрить человека можно будет только в низовое звено организации преступников.

Это был не выход. Поэтому нужно было вербовать кого-то из верхушки организации цеховиков, имеющего доступ к важной информации. По мнению майора, товарищ Бедный подходил на роль такого засланного казачка наилучшим образом. Надо только было понять его слабые места, после чего деликатно, но настойчиво, крепкой рукой прихватить его за яйца.

Дело предстояло непростое.

* * *

Тем временем майор Савельев занимался решением проблемы на данный момент гораздо более важной, чем будущая приватизация авиазавода. И его сейчас волновали даже не бандиты и несговорчивая дирекция завода, а поставки титана, главным камнем преткновения для которых являлся Первый отдел авиазавода.

Да и вопрос с поставками станков с числовым программным управлением и обрабатывающих центров для совместного проекта, тоже буксовал из-за Первого отдела. Средства в валюте, для закупки импортных станков с ЧПУ и обрабатывающих центров, государством были выделены в размере нескольких десятков миллионов долларов и даже были начаты первые поставки на завод оборудования. Но платежи поставщикам зависли, поскольку Первый отдел авиазавода тормозил одобрение оплаты со стороны КГБ.

Предприятие было важным, стратегическим, и Первый отдел авиазавода состоял аж из пяти человек.