Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский
Ладно. Не буду девушку смущать. Пусть отойдёт немного. Тем более, что у меня уже вот-вот завершится надстройка очка действий. Надо пойти сейчас поесть.
— Насть. У меня там кое-какое дело. Если буду нужен, зови.
Девушка тут же мне кивнула:
— Хорошо! И… ещё раз большое спасибо…
Я кивнул ей в ответ, улыбнулся напоследок, и вышел с кухни.
Сев за стол в новой комнате, открыл таймер.
00:10:49
Ну, как раз, есть время, чтобы поесть.
Открыл сразу обе банки шпрот и приступил к трапезе.
Рыбку на крекер, затем в рот. Таким образом, прикончил всю рыбу. А затем, накрошил оставшиеся крекеры в банки и доел всё масло.
* * *
Завершение надстройки прошло, так сказать, штатно. Всё, как всегда. И, так же, как и всегда, насыщение обернулось голодом. Прислушавшись к бурчанию живота, решил, что пару банок шпрот с крекерами можно повторить.
А, вообще, можно и Настю попросить сварганить чего-нибудь по-быстренькому… Думаю, она не откажется меня покормить. Ну, а я посижу, понаблюдаю, как она смущённо что-то для мня делает. От этих мыслей на лице непроизвольно выползла улыбка.
Определённо, так и сделаю. Немножко отойти я ей уже дал.
Вдруг с кухни раздался какой-то грохот. Похоже, она что-то уронила.
Заодно, помогу.
Но, как только я зашёл на кухню, сияющую улыбку с моего лица как стёрло…
Инвалидное кресло было пусто, а Настя лежала на полу — в луже своей крови. Рядом валялся огромный нож… шефский, вроде…
Твою мать! Что тут происходит!?
Взгляд упал на стол, на котором посередине лежала пустая бутылка водки.
Та самая, которую я открыл в первый день Аддона, да так и не убрал с края стола.
Хммм…
Хаотичные мысли стали кружиться в голове. Получается, Настя за десять — двенадцать минут выпила всё, что там было. Видимо, для обезболивания, ну или, чтобы набраться храбрости. А скорее всего, и для того, и для другого.
Я бросился на пол и, чуть приподняв девушку, заглянул в её мёртвые глаза.
По загривку пробежала стая мурашек, а ладони тут же вспотели…
Ну же! Действуй, долбаное зелье!
Я непроизвольно отшвырнул в сторону нож, полностью перепачканный в крови.
И ведь не пискнула даже!
А на счёт её стеснения — это я губу раскатал. Она рукам место не находила не из-за этого. Не потому, что я рядом стоял, а потому, что нервничала перед тем, как в себя нож воткнуть…
Конечно, понятно, что в данной ситуации — это не самоубийство, а, скорее… излечение. Но смог бы я сам для излечения вот так поступить? Убить, хоть и временно, себя самого?
Не знаю…
Всё-таки, это у них семейное. Что пацан страха не ведает, что сестра — в себя нож смогла воткнуть.
Я смотрел на потухший взгляд девушки и начинал нервничать всё сильнее.
Ну, и где эффект!?
Только я об этом подумал, как тело девушки в моих руках вздрогнуло… Она резко вдохнула воздух, а глаза приняли осмысленное выражение.
Фух! Я облегчённо выдохнул.
Смотря в моё лицо, девушка улыбнулась. Но тут же улыбка с её лица пропала, и наползло какое-то напряжение. Она отвела взгляд в сторону, к чему-то прислушиваясь и чуть повернувшись, затем, уставилась на свои ноги.
Секунда, и она шевельнула правой ступнёй. Затем, и левой.
Уперевшись ладонями в пол, прямо в свою кровь, девушка попыталась подняться на ноги, но не получалось. Хоть и стало понятно, что она стала чувствовать свои ноги, но мышцы были всё ещё атрофированы.
Ну, что ж. Раз она в моих руках, то стоит ей помочь.
Я переместил руки ей подмышки и потянул вверх.
И вот теперь, получилось.
Настя стояла. Правда, на дрожащих ногах… но, стояла! Чуть покачнулась, и я прижал её к себе, чтобы не упала.
Она посмотрела мне в глаза снизу-вверх, и на её лицо вернулась улыбка.
— Ты алкогольное опьянение чувствуешь?
Ну да, не самый своевременный вопрос с точки зрения… эм… скажем так, романтики. Но очень даже своевременный с точки зрения здравого смысла. Она почти бутылку водки можно сказать залпом усосала! Если после своего возрождения, водка всё ещё в её организме, нужно срочно делать промывание желудка.
Но девушка, по-прежнему улыбаясь, молча и не отрывая от меня взгляда, покачала головой.
Тут из коридора донеслось:
— Аааааа… А что вы тут делаете?!
Мы с Настей синхронно повернули головы в коридор.
Там стоял в край охреневший Артём. Он переводил взгляд то на кровавую лужу на полу, то на стоящих в обнимку нас, то на пустую бутылку водки на столе.
Девушка смутилась и немного от меня отодвинулась — впрочем, всё ещё оставаясь в моих объятиях.
— Просто учусь заново ходить…
Вдруг, Настя нахмурилась. Как будто, прислушалась к себе и, повернув ко мне голову, сказала:
— Я голодная. — Задумалась на секунду. — Нет, я очень, прям, очень голодная!
Ага, видимо, нужна пища для восстановления мышечной массы на ногах.
— Так, садись.
Я отпихнул ногой инвалидную коляску подальше к батарее и, аккуратно подвинув девушку к столу, усадил на обычный стул.
Тут же метнулся к ящику со шпротами, взял одну баночку и, предварительно оторвав крышку, положил вместе с вилкой на стол перед Настей.
Не буду повторять свои ошибки по поеданию холодной тушёнки. Разогрею одну… нет, лучше, сразу две банки, пока девушка ест шпроты.
Ага… я успел только вскрыть две банки тушняка, а девушка уже съела всю рыбу, выпила масло через край банки и начала рыскать по кухне очень голодным взглядом.
Тааак… Я достал ещё две банки шпрот и положил на стол. Теперь, надеюсь, успею.
Быстро вывалил весь тушняк в сотейник, поставил на газ и метнулся из кухни за крекерами, по пути чуть подвинув Артёма. Он всё ещё стоял в кухонном проёме и удивлённо рассматривал кухню. Когда его взгляд наткнулся на окровавленный огромный нож под столом… его брови взметнулись вверх — почти слилившись с причёской
Взяв мешок в новой комнате, я просто вывалил из него всё на пол, чтобы не терять время на поиски.
Ага, вот и пачка крекеров!
Жаль только, что она осталась одна. Очень удобная штука. В нынешней ситуации отлично заменяет хлеб, и, при этом, может очень долго храниться. Надо бы раздобыть где-нибудь ещё. Да и хлеб, если где встречу, тоже надо тащить домой. Из него можно насушить сухарей. В тяжёлые времена так и делали…
Вернувшись на кухню, увидел, как Артём вытащил из
