Кредо сиротинушки - Квинтус Номен
И забота его проявилась очень интересно: Саша «вспоминал» вообще все, что в его прежней жизни хоть как-то «детства и материнства» касалось, и старался «все лучшее из будущего» воплотить в реальность. Например, он «придумал» конструкцию детской коляски-трансформера начала века двадцать первого и буквально заставил нескольких инженеров компании выстроить для изготовления таких колясок новый завод. В Серпухове появился еще один небольшой завод, на котором стали делать детские кроватки деревянные и специальные «пеленальные столики». Конечно, дома такой столик далеко не каждому мог пригодиться, все же пока еще народ избытками жилых площадей не страдал — но вот в какой-нибудь детской поликлинике такой столик оказался бы очень полезным. Правда, и детских поликлиник в стране пока еще не было — но Саша развил в этой области такую бурную деятельность, что же летом несколько подобных поликлиник в России наверняка уже появятся. По крайней мере, в Богородицке, Туле и в Москве — так точно появятся, а уже с Нового года в двух московских медицинских институтах были организованы специализированные кафедры педиатрии. И преподавателей на эти кафедры Саша (точнее, его агенты, специально проинструктированные) собирали буквально по всей Европе и даже из США парочку им сманить удалось.
Андрей, глядя на Сашину суету (а он минимум дважды в месяц все же к старому другу наведывался) снисходительно заметил:
— А я, между прочим, давно тебе говорил, что тебе жениться надо. Вот женился — и смотри, сколько всего полезного ты сразу придумал и учредил! А вот женился бы ты раньше — все это у нас уже давно бы имелось… хотя, спорить не стану, тут все от супруги зависит, а Зоя для тебя в любом случае жена лучшая, другой такой ты бы не нашел. А я вот теперь о чем думаю: если тебя жареный петух так в задницу клюнул, что ты за месяц напридумывал больше, чем за предыдущие лет пять, то что бы тебе еще такого же остренького в задницу воткнуть, чтобы пыл твой творческий не угас. А то уже у меня в делах какой-то застой начинается, я просто не знаю, в каком направлении дальше химию развивать…
— Ну, если тебе совсем заняться нечем, вот о чем подумай: сейчас у нас в стране суть больше двухсот миллионов человек живет, и на каждого в год у нас производится аршин по двенадцать всего разных тканей. Хотелось бы больше — но даже при том, что мы уже из Восточного Туркестана очень много хлопка завозим и шерсти из Монголии, у нас для тканей все равно сырья недостаточно. А французы уже научились изготавливать волокна текстильные из вискозы…
— Так полная дрянь это волокно!
— Дрянь — не дрянь, но его можно в хлопок процентов по десять добавлять и ткем самым буквально из деревяшек на десять процентов количество довольно неплохих тканей произвести. А еще есть такой полимер, называется полиэтилентерефталат…
— Ты мне уже про него говорил, и его уже даже мы синтезировать смогли. Откровенно говоря, ничего интересного…
— Это ты пока просто не догадался, куда его применить можно. А вот если из него текстильное волокно выделать, то оно окажется — при определенных условиях — лучше и шерсти, и шелка.
— Это каких условиях?
— А вот то забота уже не твоя, но хорошо, что ты меня вообще об этом спросил. Я тогда задания инженерам подготовлю, а ты подумай о том, как этот полимер изготавливать десятками, а может и сотнями тонн в сутки. Он ведь не только для изготовления тканей хорош будет, его и в промышленности много где с удовольствием использовать будут.
— Я подумаю… но как ни крути, у нас просто свободных химиков все, что ты придумать просишь, нет. И взять их, сам знаешь, негде. То есть ученых нам уже вроде как хватает, а вот технологов… и особенно рабочих-химиков и техников-химиков считай, что просто нет. У нас и нынешние заводы часто из-за нехватки персонала вполсилы работают, а на запуск новых людей и не найти. Ну не хотят люди работать на химических заводах, боятся!
— Я понял, а мы тут как раз с Вячеславом Константиновичем кое-что новенькое затеяли… к лету рабочие у тебя появятся. То есть появятся те, кто бояться уже не будет, а уж обучать ты их сам станешь. И, насколько я тебя знаю, обучишь. Я в тебя верю — но, что важнее, ты и сам в себя веришь. На обед остаешься?
Глава 21
Так как самолет «СВ» делался в основном из дерева и тряпок, то и первый завод для производства этих машин был выстроен в городе, где ни с тем, ни с другим дефицита не наблюдалось: в Кологриве. Но выбор места все же не наличием приличного дерева и «своего» льняного холста был обусловлен, а тем, что в этом крошечном (менее трех тысяч жителей) городе дела с образованием были поставлены на недосягаемую высоту. Хотя бы формально так дела были поставлены: в городе, где и детей-то школьного возраста насчитывалось меньше пяти сотен человек, работали мужская и женская гимназии, реальное училище, еще приходское (четырехлетнее) училище, а при каждой из четырех городских церквей еще и церковно-приходские школы были организованы. И именно в городе детей училось даже больше, чем в нем жило (из всего уезда довольно много детей в гимназии и в реальное училище записывались, и для них даже какие-то прообразы общежитий имелись), а в селе в паре километрах от города еще работало сельскохозяйственное училище, в котором в последнее время стали и механизаторов готовить. Но главное заключалось не в количестве учебных заведений, а в том, что во всем уезде отношение людей к обучению своих детей было совершенно иным, чем в большинстве мест России, да и быстро увеличить количество школьников особого труда не представляло: место для них точно уже было, то есть школьные
