Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев
На место ЧП подтянулось начальство и бывшие пленные из лагеря. Разбирательство было недолгим. Хотя среди красноармейцев обошлось без жертв, были лишь синяки, выбитые зубы и несколько фингалов как с той, так и с другой стороны, Афанасьев настаивал на расстреле всех напавших на конвой, а Шибалин оказался не готов к столь радикальным мерам. Сошлись на компромиссе – восьмерых немецких бойцов, особо отличивших в драке в присутствии всех немцев выпустили обратно в 1941 год. Туда же выкинули трупы застреленных унтеров. Спустя некоторое время еще раз показали эту кучку, продемонстрировав, что никто оживать не собирается. Остальным немецким драчунам урезали паек на неделю и заставили срочно возвести БУР – барак усиленного режима, нечто вроде карцера, на 15-20 посадочных мест.
– Отметь у себя. – сказал Шибалин сопровождавшему его вестовому. – Из 62 новых немцев, десяток долой, плюс наши немцы – итого 72 едока, из них десять на половинной порции.
Пользуясь случаем, Мария Михайловна напомнила отцам командирам, что скоро всем придется урезать паек, ибо народу прибавилось, а заготовкой продуктов пока никто не озаботился.
Выслушав Марию Михайловну, Шибалин тут же поручил Сане с Димоном срочно найти ближайший продуктовый склад, где немцы имеют неосторожность складировать запасы еды.
– А как же выходной? – удивился Саня.
Но его демарш был моментально пресечен заведующей кухней.
– Вот так, Дима. – жаловался Саня приятелю, направляясь к окну 41 года. – Мы к ним со всей душой, от смерти спасли, а они готовы на шею залезть и ножки свесить: в выходной работать заставляют.
– Наплюй, то работа не пыльная, а вот кому-то придется на себе мешки таскать, и, думаю, не нам.
– На счет "кому-то" – решается просто, если мы склад в 41 году надыбаем, то таскать будут наши крестники из 93, во главе с Шибалиным…
– Ага, пошлешь его. Где сядешь – там и слезешь.
– Погоди, а если в 93, то можно красноармейцев задействовать.
– Не, Сань, не годится. Сказано было – в 41 искать. Для 93-го получится – мы вроде как у своих воруем. Предки могут не понять. А у немцев – святое дело.
– Димон, скажу честно, мне по барабану. В сорок первом, так в сорок первом. Тем более, я примерно знаю – где сие добро может находиться.
– Ну и где?
– Да около железнодорожной станции. Где ж еще? Что "оттуда" привезти, что дальше отправить, по любому некая площадка для перераспределения продуктов по разным направлениям должна быть у железки.
– Там же часовые, охрана и вообще…
– Ну и чего? Димон, охрана, где б такой склад не находился, будет всюду. Ибо – стратегический объект!
И действительно, "проскакав" вдоль железной дороги, приятели довольно быстро обнаружили товарную станцию со складскими пакгаузами. Небольшое стадо мычавших коров, видимо, реквизированных у окрестных крестьян, выдало нужную точку. И хотя в данный момент на складе шли активные погрузочно-разгрузочные работы, приятели умудрились расковырять несколько мешков и ящиков, после чего был составлен подробнейший план – в какой зоне находятся мука, сахар и крупы, где расположены консервы и сигареты, куда немцы складируют масло и прочие жиры. Нашли даже несколько мешков с зернами настоящего бразильского кофе и жестяные коробки с натуральным чаем. Бутылки рома, французского коньяка и шоколада.
– Это явно для начальства! – прокомментировал Санек.
– Полагаю, наше начальство жрет не хуже ихнего. Тем более, мы, вроде как входим в их число. Так что, вечерком нужно будет забрать все! согласился Димон.
– Все? – усомнился Саня. – Да тут на дивизию!
– Тогда – сколько сможем. – не стал спорить Димон.
Подробнейшая схема была передана Шибалину. Тот наметил повторное обследование после полуночи.
– Скорее всего, ночью внутри никого не будет, а снаружи – пусть охраняют. – усмехнулся Валерий Петрович. – Вот и поработаем грузчиками. Кстати, сегодня в 21 час у нас совещание в Москве, Так что, будьте готовы. Склад – после совещания. А пока – отдыхайте.
Москва, 5 июля 1941 года
Совещание проходило практически в том же составе, лишь со стороны НКГБ добавились двое непонятных штатских, но явно не научники, да отсутствовал Роберт Бартини, а у попаданцев добавились майор Афанасьев и сержант пограничник Максим Викторов.
Как и в первый раз, сидящий рядом с Судоплатовым лейтенант НКГБ, опять быстро проговорил участников совещания, невнятно произнес имена и замолчал, посчитав свою миссию выполненной.
Профессора опять принялись разглядывать силурийские пейзажи, да и представители органов на сей раз не отставали, ведь в кадре появились постройки, которых не было неделю назад.
– Обустраиваетесь? – поинтересовался Судоплатов.
– Растет колония. – ответил Шибалин.
– Да, я в курсе. Сколько вас на сегодня?
– 482 человека, включая 72 немца. – ответил подполковник.
Профессора оказались очень недовольны, они ожидали новых образцов флоры и фауны, а также пробы грунтов из разных удаленных мест.
– Как Вы не понимаете? Это же уникальный шанс для науки! Когда еще к нам в руки может попасть тот первогрунт, из которого потом сформируется знакомая земная кора!
– Вообще-то, мы немножко воюем. – парировал Шибалин.
– Полагаю, в ближайшее время вам следует прекратить боевые действия. Но об этом поговорим позже. – внезапно встрял Судоплатов, и обратившись к профессорам. – Будут у вас и грунты,
