Летние каникулы - Виталий Свадьбин
– Одевай любые и проходи, я временно дома один. Отец в командировке, а мама отдыхает в Крыму, – произнёс Сергей и прошёл в свою комнату.
Я снял кроссовки, одел тапочки и двинулся за Сергеем. Когда вошёл в его комнату, он стоял возле шкафа, где на полках ровными рядами выстроились пластинки. С прошлого моего посещения количество пластинок не убавилось. Сергей взял один конверт с «винилом» в руки, посмотрел на меня.
– Никогда не угадаешь, что я держу в руках, – произнёс Сергей, при этом он широко улыбнулся.
Я подошёл ближе, в руках у меня был бумажный пакет, в который завёрнута моя книга, а кассета МК лежала в кармане.
– Как, собственно, и ты не угадаешь, что я привёз, – попробовал парировать я.
– Ну это не сложно. Я просил тебя привезти твою книгу, что-то из фантастики и записи сочинений твоей сестры, – ухмыльнулся Лисин.
– Один ноль в твою пользу, я гадать не стану, говори уже, не тяни, – наша беседа началась с дружеской пикировки, что навевало на то, что мы всё же подружимся.
– Ты слышал, что гитарист Ричи Блэкмор ушёл из группы «Deep Purple»?
– До твоего уровня меломана, я не дотягиваю, так что с удовольствие послушаю продолжение.
– Блэкмор создал новую группу с музыкантами из «Elf». Теперь новая группа называется «Rainbow», что переводится, как «Радуга». В июле они записали свой первый альбом «Ritchie Blackmore *s Rainbow». И вот я держу в своих руках пластинку этого альбома. Мне достали три штуки. Мамина подруга была за границей, знает, что я увлекаюсь роком и привезла, – Сергей сообщил мне это с таким видом, будто исполнилась его давняя мечта.
Не увидев моей восторженной реакции, Сергей даже удивился.
– Вижу ты не понимаешь. О новой группе уже кричат на всех перекрёстках Британии и США.
– Я тебе говорил, что музыкант моя сестра, а я просто рядом стою, – засмеялся я.
– Чтобы ты понимал, такой пластинки нет в нашей стране ни у кого. Да что там, она даже в Америке дефицит. Мне пришлось заплатить сто двадцать рублей, столько же с тебя. Хоть и жалко расставаться с таким сокровищем, но у меня ещё два экземпляра.
Видя, что я вяло реагирую на восторженные восклицания, Сергей махнул на меня рукой, выложил шесть конвертов с пластинками.
– То, что ты просил. Джузеппе Верди, оперы «Риголетто», «Травиата» и «Аида». Джакомо Пуччини, оперы «Богема», «Тоска» и «Мадам Баттерфляй». Поверь достались нелегко. Хорошо, что у меня одна знакомая увлекается операми, через неё достали эти «пласты». Подарок твоей сестре.
– Ну вот и обменялись подарками, от нашего стола вашему, – произнёс я, разворачивая первую серию «Воин в темноте» и подавая кассету с первыми Катиными композициями.
Сергей убрал книгу на полку, заявив, что потом обязательно почитает, а кассету положил рядом с музыкальным центром.
– Чем ещё порадуешь? – спросил я, намекая, что мне нужен «винил».
Сергей хмыкнул и начал выкладывать конверты с «винилом». Кантри-рок, автор-исполнитель Линда Мария Ронстадт, альбом 75-го года «Prisoner in Disquise» и альбом 75-го «Hasten Down the Wind». Элтон Джон, альбом 73-года «Goodbye Yellow Brick Road», альбом 74-го года «Caribou» и альбом 75-го года «Captain Fantastic and the Brown Dirt Cowboy». Брюс Спрингстин, альбом 75-го года «Born to Run». Группа «Queen», альбом 74-й год «Sheer Heart Attack» и альбом 75-й год «A Night at the Opera».
– Линду Ронстадт в Штатах признают, как королеву кантри-рока. Кто такой Элтон Джон, надеюсь тебе пояснять не надо, – Сергей посмотрел на меня.
– Нет не надо, – коротко ответил я.
– Двигаем дальше. Брюс Спрингстин – это новый рок-н-ролл. «Квины» обычно играют в жанрах хард-рок, поп-рок и глэм-рок. Это всё, чем могу тебя порадовать. «Пласты» по семь червонцев, как для своего приятеля, – улыбнулся Сергей.
Получилось восемь пластинок, да шесть оперных концертов, которые мне достались, как подарок. А я с собой брал две тысячи рублей. Стоит взять «винила» для Карпенко, ведь он просил. Сказал об этом Сергею.
– Сейчас позвоню знакомым, принесут, но за ценник я не отвечаю, сам договаривайся. Товар не мой, так что включай харизму, – предложил Сергей, а я согласился.
Пришлось подождать почти час. Пришёл парень, принёс десяток пластинок, такие у меня уже есть, но я взял по восемьдесят рублей. Расстались с Сергеем в самом хорошем настроении.
Вечером, у Кочетковых, случились посиделки с ветеранами. Пришли трое фронтовиков. Засиделись до полуночи. Диктофона с собой не было, так что я вооружился карандашом и блокнотом. Фронтовики рассказывали о трудной доле пехотинца на войне. Ну и без смешных случаев не обошлось, которые я обязательно вставлю в свою следующую книгу. Следующие два дня торчал в архиве, а по вечерам в квартире Кочетковых вновь собирались ветераны. Для книги я материала набрал достаточно, что-то сам додумаю. Прикинул, что книгу закончу в начале сентября. На третий день, я съездил в издательство. Утвердил корректировку и рисунки для книги «Воин в темноте 2». Попрощался с Кочетковыми, а вечерним рейсом вылетел в Свердловск. Нагорная документы, в региональный отдел Союза писателей нашего города, отправлять не стала. Сказала, что будет быстрее, если я сам завезу, когда вернусь домой. Дома застал бабушку, маму и Екатерину. Отец и дед в Санаторном. Сразу отдал оперные пластинки Кате, чем вызвал необычайный восторг сестры. В прошлой жизни даже не подозревал, что Катерина такая ценительница итальянской оперы.
– Малой, я тебя люблю. А там, что у тебя, что за пластинки? – сразу узрела сестра другие «пласты», но конверты с оперными исполнениями уже прижимала к груди.
– Там «винил» для записей, но со временем станут твоими, – ответил я.
– Дай послушать, не будь жлобом, – сразу пристала сестра.
Пришлось дать, а то ведь не отстанет, так и будет ходить за мной и строить жалобные рожицы. Меня кормили бабушка и мама, поздний ужин на кухне. Я правда перекусил в самолёте, но отказываться не стал. Мама и бабушка присели за стол, наблюдают за моим аппетитом.
– Как слетал в Москву, сынуля? – заинтересованно спросила мама.
– Нормально слетал. В сентябре книга выйдет к читателям. Тебе перечислят мой гонорар полностью, на следующей неделе, счёт в сберкассе есть. Материал подсобрал, для следующей серии о войне, – делился я тем, чем занимался в Москве.
– Тебе звонил какой-то Рашид, сказал, что твой мотоцикл готов. Сломалась японская
