Киллер – Падший над миром - Сергей Шишкин
— Не скажете любезный, что происходит, ограбили банк или контору «Рога и Копыта»? — спросила пробегающего полицейского Лана.
Я думала он не ответит, побежит дальше, но жандарм решил передохнуть, поэтому остановился. Снял фуражку, огромным цветастым платком вытер запотевшую лысину, высморкался и отдышавшись ответил.
— У достопочтенного Кегельбехера, злодеи среди бела дня украли выпотрошенного петуха, а ведь к нему собирался сам господин Мозель! — полицейский для значимости поднял свой толстый указательный палец,
Затем снова высморкался в цветастый платок, больше похожий на тряпку, вытер им лысину, которая на солнце сразу заблестела, видимо от соплей. Нахлобучив выцветшую фуражку, больше похожую на аэродром, он побежал дальше по улице. Метров через пять снова бабахнул из револьвера, чтобы показать своё служебное рвение, хотя парней уже и след простыл, как и гнавшихся за ними кулинаров.
— Оль, похоже здесь и правда туго с едой, если из-за одной ощипанной курицы, в городе устраивают целую погоню, с настоящей стрельбой из револьвера, — покачала головой Лана.
На площадь мы всё таки попали, спасибо Монро, которая проецировала на очки схему района, иначе бы точно заблудились. Улицы здесь узкие и кривые, многие из них тупиковые, так и хотелось сказать словами «Гостя с юга», всем известного фильма «Чародеи» — «Кто так строит!»
Торговый ряд шел по всем домам вокруг площади, посреди которой стоял памятник какой-то здоровой бабе, как было написано внизу — «Мать основательница». Глядя на неё, сразу поверишь в гарем из мужиков, было а ней что-то такое, сильное, наглое и распутное. Первым делом зашли в оружейный магазин, посмотрели на всякую фигню, в итоге ничего не купили. Ланка правда порывалась приобрести пулемет, наподобие нашего «Максима», но я её отговорила. Хрень здоровая, тяжелая, уродливая, куда мы её будем ставить, для неё в «Тигрице» нет места. Следующим этапом нашей культурной программы, стал ювелирный магазин, с круглыми решетками на окнах. Судя по толщине прутьев, здесь должно продаваться что-то грандиозное, типа алмаза «Хоуп», колье «Несравненное» или «Блуждающей жемчужины». К сожалению ничего подобного на витрине не было, выбрали только кольцо с большим изумрудом, за него отдали все бандитские украшения.
— Вижу вы девушки обеспеченные, что скажите на это, — хозяин лавки откуда-то достал брошь в форме скарабея, вырезанную из целого куска рубина.
За это чудо пришлось здорово поторговаться, в итоге ударили по рукам, у нас появился жук, а у ювелира все наши наличные деньги, плюс шесть банок тушенки. Деньги он небрежно смахнул в железный ящик, а вот банки с говядиной принял как большое сокровище. На этом наша вылазка закончилась, ни денег, ни тушенки у нас больше нет, можно возвращаться обратно.
— Оль, такое ощущение, что мы идем по полупустому городу, а окнах не горит свет, да и детей почти не видно, — поделилась наблюдениями Ланка.
— Ты права, людей здесь действительно мало, может из-за голода уехали куда, а может просто умерли от недоедания, — пожала плечами.
Если честно, то мне до лампочки проблемы местного населения, мы здесь проездом, как туристы в Африке или Индии. Да и вообще, нас здесь хлебом и солью не встретили, а наоборот, хотели ограбить и убить, вволю поиздевавшись перед смертью.
— Смотри, настоящий публичный дом, в котором все работники дипломированные жиголо, так во всяком случае написано в объявлении, — Лана показала на красочную вывеску у двухэтажного здания.
— Самое странное, что все бордели почему-то без баб, кто кого трахает, мне до сих пор непонятно, — немного удивилась я.
Ну сами посудите, имея трех законных мужей, вряд ли какая бабенка захочет любви на стороне, если только она не озабоченная или незамужняя. Хотя черт его знает, может здесь всё совсем по другому, не как в деревенской глубинке, где все поставлено на доход и выживание.
Вернулись к «Тигрице», вокруг никого, если не считая приклеенную гербовую бумагу на двери нашего автомобиля.
— Ничего себе, нам оказывается впаяли штраф, мы припарковались в неположенном месте. Сие злодейство оценили в две тысяча триста имперских кеннингов, которые мы все спустили в лавке ювелира, — осторожно отрывая документ с двери, недовольно хмыкнула Лана.
Интересно, эти идиоты и правда думают, что мы побежим платить штраф, чтобы нам не выписали второй, уже за неуплату. Ну да, конечно, только трусы поменяем, пусть мечтают придурки, нам их хотелки до лампочки.
Бумагу с штрафом, да ещё на гербовом бланке с печатью, решили оставить на память, повесим у себя в кабинете, пусть кич, но всё равно приятно. В автомобиле перекусили, подруга приготовила макароны по флотски, я открыла банки с абрикосами и шпротами. Быстро, вкусно и сытно, что еще надо, ресторанов здесь нет, во всяком случае мы ни одного не видели. Да и какой может быть ресторан, когда в стране туго с продуктами, которые распределяют по карточкам. Это нам Монро сказала, она дроном подслушала разговор каких-то мужиков, стоящих в очереди у лабаза. По её словам, там выдают муку, лук и картошку, в крайне малых количествах, лишь бы не протянуть ноги. Теперь стало понятно, почему ювелир принял банки с тушёнкой, как самое настоящее сокровище, а деньги небрежно смахнул в ящик стола.
— Блин, скажи кому, что мы поменяли шесть банок тушняка на рубин в тридцать каратов, так ведь никто не поверит, назовут врушами, — рассматривая в лупу красного скарабея, рассмеялась Ланка.
— Тогда считай, все наши вложения уже окупились, да еще с большим профицитом, — я выложила на стол кольцо с изумрудом.
Его тут же начала рассматривать подруга, в конце не удержалась, достала камень из оправы.
— Изумруд превосходный, не менее двенадцати-пятнадцати каратов, а остальное дрянь, пойдет на переплавку.
Камни убрали в специальный бархатный футляр, который приготовила запасливая подруга, она своего нигде не упустит, как впрочем и я, мы же на самоокупаемости. Государственного финансирования у нас нет, как и спонсорской помощи, так что приходится возмещать потраченные расходы, ну и зарабатывать копеечку. Надеюсь Феменина тоже не забудет про благодарности, подкинет что-нибудь нужное и хорошее, не только мне, но и Ланке.
Из города выехали ближе к вечеру, нас никто не остановил, так для чего было цеплять на наш автомобиль штрафную бумагу? Мэрилин предположила, что народ здесь дюже законопослушный, но мы не согласились, банда
