Добрым словом и кулаками - Николай Петрович Марчук
В этот момент я шел к калитке и зацепился за что-то торчащее из земли, чуть было не звезданулся и землю носом не пропахал, но в последний миг смог удержаться на ногах. Глянул на землю, а там торчит какая-то фиговина. Пнул несколько раз ногой — что-то металлическое, похожее на обломок трубы, но края больно ровные. Присел, рассмотрел. Ба, да это же подсвечник⁈
Ухватился пальцами, расшатал и вытащил из земли небольшой подсвечник на одну свечу весьма ажурной и тонкой работы. Мало того, судя по зеленоватому налету и характерно потемневшим стенкам, кажись он был серебряный. Опа-па!!!
И тут я задумался. Если у Колясика был художественный вкус и любовь к прекрасному, то возможно в этом хламе, которым завалена большая часть участка найдутся ценные вещи. Красновка всегда была богатым и зажиточным селом, одних церквей здесь было три штуки: одну развалили еще до войны, а две другие переделали под сельский клуб и колхозную администрацию уже после войны, снеся у них колокольни и перестроив внутренние помещения.
А может мне сделать ход конем и намекнуть Захарычу, что трудовая дружина 8-А может не только дымоходы чистить, но за небольшую плату еще и дом Колясика с участком привести в божеский вид? Почему бы и нет? Явную рухлядь и мусор выкинем, а что-то ценное можно ведь и антикварам в Москве сдать. Это для селянина из Красновки — старинная икона всего лишь крепкая, дубовая доска с какой-то мазней, на которой можно осенью рубить капусту, а для профессионального антиквара-перекупщика — бесценное сокровище, за которое он, не сомневаясь отвалит дюжину червонцев.
Старые вещи перестают быть ценными и обесцениваются благодаря тому, что они утрачивают возможность утилитарного использования, использования по назначению: они больше не модны, не удобны, не комфортны, не красивы. За счет того, что они выходят из сферы повседневного быта, создается мощное предложение на антикварном рынке.
Я во всю эту тему с антиквариатом «влез» только к концу 80-ых, когда фарцевал в Москве, до этого как-то было некогда — срок мотал на малолетке. Так вот я еще тогда наслушался историй как в конце 70-ых умные люди по мусорками и деревням собирали всякий хлам, который спустя пару лет можно было втридорога загнать среднему классу зажиточных москвичей, которые желали обставлять свои квартиры с заявкой на роскошь, мещанство и дворянство. А в 90-ых хлам из 70-ых уже втюхивался за сотни и тысячи «баксов» приезжим из-за бугра ценителям старины.
Так что кто-то увидит за забором груду мусора и бесполезного хлама, я же увидел несметные сокровища, которые надо лишь отыскать в этих залежах. Да и сам дом Колясика вполне сгодится в качестве временной базы для трудовой дружины 8-А. Тут можно складировать инструмент, вялить рыбу, горланить песни под гитару, распивать самогон и тискать одноклассниц за вторичные половые признаки…сиськи и ягодицы — это ведь вторичные половые признаки? Или первичные? Надо будет подтянуть свои знания по биологии и анатомии. А то как-то негоже будущему отличнику не знать какие у женщин первичные, а какие вторичные половые признаки…
Глава 14
Ларису Ивановну заселили в дом к бабе Дусе, сперва я думал поселить училку у Светловых, тем более что Наташка, которую я встретил на улице, узнав, где живет наша классуху тут же вызвалась мне активно помогать с её переселением. Но потом я сообразил, что у Светловых хоть намного комфортней и лучше жилищные условия, но там слишком многолюдно и Наташка первой будет крутиться под ногами и мешать моим планам. В общем сослался на то, что Наташкиному бате первому будет не комфортно по дому в семейных трусах ходить, когда у них училка поселится. Вот и решили сообща, что Ларису Ивановну лучше у бабы Дуси поселить, тем более что под это дело у председателя колхоза выбили стройматериал на косметический ремонт дома школьной вахтерши. Опять же баба Дуся — это идеальный агент влияния в учительской среде, она станет нашим Троянским конем, который поможет Ларисе Ивановне стать своей среди красновских училок. Ну и мне так проще, потому что баба Дуся по воскресеньям имела привычку ездить в село Тереньтево, где посещала утреннюю воскресную службу в церкви, а еще она как штык с 7:30 до 16:00 торчала в школе на вахте, то есть выкроить минутку, а то и пару часиков чтобы побыть наедине с Ларисой — у меня был вполне ощутимый и реальный шанс.
И это уже не просто влажные мечты озабоченного подростка, нет у меня есть весомое доказательство подтверждающее, что я двигаюсь в правильном направлении:
— Вовка! Большое спасибо, ты меня буквально спас!
Восторженно произнесла Лариса, когда мы на пару минут остались наедине в её новой комнате в доме бабы Дуси. Девушка, произнося эти слова подскочила ко мне и от избытка благодарных чувств бросилась мне на грудь, обняла меня и…в этот момент я изловчился и впился ей в губы с жарким поцелуем…и она мне ответила! Да не просто ответила, наши языки переплелись и как бы это пошло не звучало, но сосались мы несколько минут, я даже успел облапать Ларису за попку.
— Вова, больше так не делай, — спустя долгие пару минут страстного, обоюдного поцелуя прошептала Лариса, — хорошо?
— Хорошо, — ответил я, но и она и я понимали, что это всего лишь условности, а на самом деле мы оба хотим, чтобы это повторилось вновь. — тебе помочь с вещами?
— Нет, я справлюсь.
— Тогда я побежал к председателю, надо решить с ним еще пару вопросов.
С председателем решили все полюбовно расставшись довольные друг другом — глава колхоза чуть мне руку не оторвал так активно её тряс на прощание, благодаря за то, что я так ловко все распетлял. Захарычу мамка Наташки уже устроила прочухон за нашу классуху, подключив к этому делу не только своего мужа,
