Авторитето бизнесмено - Андрей Горин

Сотрудничая с Овражскими, Кудряш сильно поднялся и теперь ворочал большими деньгами, а так как времена переменились, то большинство воров считало, что не обязательно придерживаться старых скромных правил, когда настоящий вор не имел ни семьи, ни кола, ни двора.

Поэтому Кудряш перебрался из Глебучева оврага во вполне себе приличный большой частный дом. Новое жильё, впрочем, находилось не так далеко от Глебучева оврага, чуть подальше в сторону Соколовой горы, на улице Радищева.

Судя по тому, что встреча проходила в узком кругу, только сам Кудряш, Сашок и Пётр, вопрос был действительно важный. Причём, поскольку Кудряш не позвал остальных авторитетов, которые ходили под ним, вопрос был ещё и деликатный, предполагающий, что придётся поступиться воровскими законами.

Разговор вели за столом, в большой, просторной кухне. Опять же подчёркивая важность беседы, водки на столе не было. Но в то же время как бы демонстрируя доверительность общения, пили чай с плюшками, кренделями и пирожками. Чай был крепкий, почти чёрный, но не чифирь, поскольку сердце у пожилого зека уже пошаливало.

Петру это всё не нравилось. Кудряш вызвал их срочно, но к делу переходить не спешил. Значит, тема и взаправду была тухлой.

— Ладно, дядя Стёпа, хорош нас чаем накачивать, потом в сортир не набегаешься. Говори уже, что там за херня случилась, — не выдержал Пётр.

— Да тут такое дело, мил человек, что без поллитры не разберёшь, — вздохнул Кудряш. — На днях в Москве прошла большая сходка. Не всесоюзная, но было с десяток воров в законе и ещё два десятка авторитетов. Законники были все пиковые. И, как говорится, без меня, меня женили. Решили поставить нам на область смотрящего. Некого Валета, из кавказских воров.

— Это что, прикол такой? — не понял Пётр. — У нас в области отродясь единого смотрящего не было. Анархия ещё со времён Стеньки Разина.

— Всё ты верно говоришь, — вздохнул Кудряш. — Были раньше попытки к нам смотрящих направлять, да только не признали их, и как приехали, так и уехали. Много причин было. И пиковые тогда не настолько в силе были, и местные наши воры больший авторитет имели. А главным образом сказывалось, что Желтогорск был закрытым городом, слишком много военных заводов, секретных институтов, сплошные как их называют «почтовые ящики». Менты и гэбешники сильно лютовали. Так что у воровской братии денег было мало, а проблем много. А теперь сам видишь, рынок, деньги пошли большие. Вот пиковые и возбудились, для них бабки всегда были важнее воровских понятий.

— Ну допустим, интерес их понятен. Только как-то чересчур борзо они действуют. Даже не спросили мнения наших местных авторитетов, да и славянские воры в той же Москве против не выступили. Не пойму по какой причине пиковые так внаглую прут.

— Да тут, видишь ли, Пётр, причину они обозначили, хотя она и липовая. На сходке предъявили, что мы деньги во всесоюзный общак зажимаем.

— А это так? — насторожился Пётр.

— А это Петя, как посмотреть. У нас город не беспредельный, и даже авторитеты из новой волны, спортсмены там ваши и молодняк, предпочитают в общак отстёгивать. Но тут вот какая штука. Держатели всесоюзного общака сейчас тоже из пиковых, кавказских воров всегда по численности больше было. У них там, например, в Грузии, воры в законе, вроде как чуть ли не официальная должность, с ними даже местные менты и партийные начальники считаются. Что-то вроде местных князьков.

Но между славянскими ворами и пиковыми, всегда напряги были. Поэтому, возьми, к примеру, меня и тех, кто подо мной ходит. Я из общаковых денег, казначею пиковых только часть отправляю, при этом меньшую. А большую часть засылаю на Москву вору в законе Шалтай-Болтаю. Он и часть других славянских воров пиковым не доверяют и сами из Московского общака зоны греют. И другие наши местные крупные авторитеты так же поступают, только шлют свою долю своими знакомым авторитетным ворам. Так что деньги на общее воровское благо мы честно посылаем, но пиковым, естественно, не нравится, что часть денег идёт мимо контролируемой ими казны. Вот и нашли повод, чтобы прицепиться.

И хотя вроде их решение, это не решение всесоюзной сходки и наши славянские законники его не поддерживают, но и положить на них с пробором, тоже нельзя.

— А что наши местные про это говорят?

— Да понимаешь, Петя, метлой мести, все горазды. Пока бахвалятся, мол возьмём приезжих в ножи. Но тут дело такое. Пристяжь Валета валить бесполезно, они из Куйбышева и Москвы новых пацанов пришлют. А самого Валета трогать нельзя. Он хоть и гнилой, но законник. За него спросят, могут и гадами объявить. И если наши бродяги это понимают, хотя и хорохорятся, то молодняк, все эти спортсмены и прочие безбашенные бакланы, которые и зоны то не нюхали, могут сгоряча такую глупость сотворить. Тогда нас никто не поддержит, даже наши славянские воры. Но даже если сам Валет уцелеет, то война начнётся. И не факт, что мы в этой войне выстоим.

— А ты не преувеличиваешь, дядя Стёпа? Всё же Валету в чужом городе непросто будет. А если война случится, так мы его просто массой задавим. Сколько он сюда сможет людей подтянуть, а наши могут сотни бойцов выставить. Да и не любят у нас в городе кавказцев. Может, как и раньше, покрутится очередной варяг в городе, поймёт, что ничего ему здесь не светит, да и уберётся восвояси.

— Да ничего я не преувеличиваю, сдаётся мне, что смотрящий этот, не сам по себе. Тут такое дело, смотрящего они к нам направляют из соседней Куйбышевской области. Некто Валет, или как ещё его называют Реваз Пиковый Валет или просто Пика. Он у них в области был вторым человеком после смотрящего. Вор в целом авторитетный, несколько ходок за плечами, но характер — говно. Несдержанный и мстительный.

И вот ещё что. Так как времена теперь изменились, и многие блатные не чураются с ментами дело иметь, то и про Пику слухи ходят разные, будто он с ментовскими начальниками вась-вась. А как ты знаешь, нам недавно главмента назначили на область и тоже из Куйбышевской области. И мнится мне, что есть здесь определённая связь, почему пиковые так борзеют. Скорее всего, этот новый