Добрым словом и кулаками - Николай Петрович Марчук
А что мешало Жарову сграбастать сумку с деньгами, погрузить труп блондина в «Ниву» отогнать машину в укромное местечко, где спрятать её вместе с трупом. А сумку с деньгами оставить себе. Сто тысяч рублей — это такие деньжища которые самым верным и честным милиционерам, путь они хоть трижды ветераны ВОВ и прославленные орденоносцы голову моментально вскружат и собьют с пути истинного. Деньги — самый мощный и сильный в этом мире соблазн, противостоять которому редко кто сможет. Вон даже один из апостолов Христа, тот, что Иуда и тот не смог удержаться и продался за копеечку малую.
Если принять в расчет тот факт, что Жаров действительно нашел сумку с деньгами, то его помощь мне видится уже в совершенно другом свете — он просто сбивает следствие с верного пути, заставляя их искать того, чего нет, а я получается ему активно в этом помогаю.
Стало ли мне легче от этой простой мысли? Нет, наоборот, я понял, что если всплывет хоть малейший намек на то, что я был на берегу озера и видел сумку с деньгами — грош цена моей жизни.
Ворочая в голове новые мысли, я так и не смог до самого утра сомкнуть глаз. Даже возникла шальная мысль дать деру из больнички, но я усилием воли загнал панику под коврик и решил не пороть горячку, пока буду играть по правилам участкового, а дальше видно будет…
Глава 11
Сегодня 8 сентября и я вновь иду в школу. Со второго по пятое сентября — я провалялся в больнице и надо сказать, что вопреки своих опасениям — отлично провел время. Два обстоятельства скрасили мое пребывание в сельской больнице. Первое — это ежедневные визиты классухи с кем-то из одноклассников и интимная близость с одной из молоденьких санитарок, которая личиком особо не блистала, зато имела крепкий округлый зад, упругие сиськи и полное отсутствие комплексов и стыда. Причем оба эти обстоятельства были тесным образом связаны и переплетены между собой.
Третьего сентября, после окончания уроков ко мне заглянула Лариса Ивановна и Лиза Пенькова, причем их пропустили в палату. Они принесли мне сушки и коробку конфет «Птичье молоко» к чаю, книгу Майн Рида «Белый вождь» и пару школьных учебников, чтобы я не скучал и занимался самообразованием. От общения с классной руководительницей и её трогательной заботе, когда она ощупывала порезы на моей щеке у меня случился стояк, а когда классуха и Лизка ушли, то в палату ворча зашла молодая санитарка, которая принялась мыть пол выставив на показ свой округлый зад, дескать ходють тут по помытому, натоптали Ироды проклятые. Санитарка меня с кровати согнала, чтобы под ней помыть, а у меня член стоит колом, она это дело заметила, покраснела лицом, явно подумав, что это на её задницу у меня такая бурная реакция молодого организма. Ну я не растерялся и в как бы в шутку предложил ей мне помочь в решение интимной проблемы взамен на коробку конфет и признание моей самой страстной любви к ней, а она возьми и неожиданно согласись. Деваха видать думала, что еще больше загонит меня в краску, но не на того напала. Я вновь не растерялся, подпер дверь палаты изнутри шваброй, чтобы никто не мог зайти, облокотил санитарку сиськами на тумбочку, задрал ей халат на спину, стащил с неё трусы и два раза полюбил её самым страстным образом, глубоко засадив по самые помидоры. Причем если первый раз был скоротечный и она особо ничего не получила, то, когда второй раз её оприходовал, то от избытка чувств санитарка принялась чуть ли не на всю больницу ахать и охать, пришлось её в подушку лицом уткнуть, чтобы приглушить сладострастные крики. Потом она ко мне в плату еще разок ночью заглянула и вновь все прошло как по маслу к обоюдному удовольствию, потому что я сразу её лицом в подушку упер и отодрал до полного изнеможения.
Санитарку зовут — Машка, ей 18 лет, она не смогла поступить в медицинское училище и решила пойти долгим путем к своей мечте стать медсестрой — сперва отработать санитаркой пару лет, а потом по направлению от больницы поступить без экзаменов в медуху. Лицом Машка не особо красавишна: плоское как блин рябое лицо, маленький носик, узкие глазки, но телом вполне ничего, особенно на любителей помягче и побольше, а мне так вообще хорошо — накрыл ей голову подушкой под предлогом сохранения тишины и наяривай во всю Ивановскую. Машка заводная деваха, вообще без комплексов, куда угодно дает. Уж не знаю кто там придумал бред про то, что в СССР секса не было. Еще как был, ответственно вам заявляю!
Так у меня три дня в больнице и прошли по одному и тому сценарию: после обеда приходит классуха с Лизой Пеньковой — приносят какую-нибудь вкусняшку, мы с училкой мило беседуем, я прошу её осмотреть мне синяки на спине или голове, дескать самому никак не углядеть, а врачей просить неохота, Лариса Ивановна соглашается, я от её прикосновений завожусь как чумной, а как только молоденькая учительница выходит из больничной палаты, я тут же зову к себе санитарку Машку и обмениваю принесенные вкусняшки на порцию плотской любви.
В общем и санитарке хорошо и мне заметное облегчение, но с подобными встречами нельзя злоупотреблять, а то ведь санитарка, судя по всему, особо умишкой в отличие от телесных форм не блещет, может и залететь ненароком или с учетом её легкодоступности не трудно и на болт лишнего намотать, а мне потом разгребай.
Может оно и не совсем этично с точки зрения романтичной морали душой любить одну, а телом другую, но что поделать, если по-другому унять юношеские гормоны никак нельзя. Для себя решил, что как только получу доступ к телу Ларисы Ивановны, так сразу же для меня все остальные женщины на Земле перестанут существовать, а пока этого не произошло, то выкручиваюсь как могу.
В свободное от лечебных процедур, визитов классухи и соитий с санитаркой время я читал книги, валялся на койке и уплетал домашнюю снедь которой меня по утрам регулярно снабжал дед.
В итоге я отлично провел время, в общем, если захотеть, то и в советской сельской больничке можно найти чем заняться. Температура и все
