Последний конвой. Часть 3 - Виктор Романович Саморский
— Ранен? — уточнил Эмиссар.
— А-а, так, мелкая царапина, — отмахнулся, — зачем звал, командир?
— Обоз пустил красную ракету.
— Черт! — Пауль поиграл желваками, хрипло уточнил:
— Засада? Резервная группа наемников?
Родион пожал плечами:
— Скорее всего. Рация молчит. Возможно, ведут бой, некогда ответить.
— Родион Сергеевич, да не стоит переживать. Гейман грамотно организует оборону, не первый день замужем. Пару часов точно продержатся, а мы за это время здесь подчистим и придем на выручку.
— У него всего пять человек.
— Рекрутирует гражданских. Господин полковник, это же хитрожопый Гейман, выкрутится как-нибудь. Вот посмотришь, он еще на своем УАЗике к нам на подмогу прискачет, размахивая боевым наганом.
— Ясно, — Родион недовольно покачал головой.
Нарочитая патетика и бравада Пауля его раздражали.
— Потери?
— Среди моих — трое двухсотых и шестеро трехсотых. Ранения средней тяжести. Полностью потеряли два экипажа из гражданских. По технике — два грузовика восстановлению не подлежат. Ну и минус два пулемета из шести.
— Федор Михайлович?
— Морячка шальной зацепило. Перевязали. Двухсотых, слава Богу, нет.
— И чем они эту прорву наемников кормят? — риторически хмыкнул Пауль.
— Понятия не имею, — пожал плечами Родион, — нужно обдумать дальнейшую тактику.
— Предлагаю придерживаться первоначального плана. Если сейчас дать слабину и отступить, бандиты сядут нам на хвост и будут доставать, как малярийные комары. Честное слово, проще разок вломить люлей, чем всю дорогу сносить оплеухи и пощечины. Это же дикари, Родион Сергеевич. Им словами ничего объяснить не получится. Только вчера с пальм слезли…
— Хватит, — отмахнулся Родион, — твоя позиция мне вполне понятна. Федор Михайлович, а ты что думаешь?
Шибарин нахмурился, потер оцарапанный лоб и задумчиво сказал:
— В чем-то согласен с Паулем. Если попытаемся сдать назад, сядут на хвост, дождутся тактического преимущества и раздавят, как клопов.
— Предлагаешь в лоб штурмовать окопы? У нас нет значительного перевеса в численности. Ребят положим, и далеко не факт, что победим.
— Пока предлагаю уйти в глухую. Часть штурмовиков отправить на помощь Гейману. Нам важнее обезопасить людей и груз.
— И долго продержимся? Воды нет. Через пару часов припекать начнет. Африканцы к жаре привычные, а у нас половина личного состава попадает в обморок после полудня.
— Для начала выручим обоз, а уже потом будем посмотреть по ситуации.
— Понятно, — нахмурился Родион, — а что если мы с Паулем останемся, а ты, Федор Михайлович, возьмешь Тигр, шестерых бойцов посообразительнее и поскачешь галопом выручать Геймана?
— Родион Сергеевич, — чуть не завопил Пауль, — у нас и так людей мало. Штурмовать надо! Федор сейчас первый взвод ополовинит и Тигру заберет. И с чем мы останемся? Тыл прикрыть надо? Надо! Ну, допустим, Уралом перекроем, значит, минус еще один пулемет…
Он задумчиво пожевал губами и надолго замолчал.
— Что придумал? — не выдержал длительной паузы Родион.
— Надо глянуть, сколько мин в запасе осталось. Можно попробовать пробить проход. Разрезать оборону надвое и выйти в тыл.
— А если у них есть вторая линия обороны? Аккурат в петельку и залезем, останется только потянуть за кончик.
— Как говорит наш политрук, это очень сомнительно.
— Полчаса назад ты был убежден, что нам противостоят тупые дикари.
— Да дикари они и есть, — закипел от негодования Пауль, — просто главарь у них толковый. И не более того.
— Ладно, будущее покажет, кто из нас прав. Предлагаю послушать Федора Михайловича и уйти в оборону.
— Я категорически против!
— Ладно, — нахмурился Родион, — давай еще раз посмотрим.
Он расстелил карту прямо на приборной панели.
— Вот, смотрите.
Он быстро набросал поверх карты отметки карандашом.
— Пулеметные гнезда противника. Здесь и здесь проходят окопы. Тут подбитый трак. Где-то здесь прячут Хаммер. Вот отсюда выбрались шахиды.
Несколько секунд Пауль молча рассматривал карту, потом протянул руку и взял карандаш.
— А если рискнуть?
Родион озадачено поднял бровь.
— Господин полковник, давай по чесноку? Противник тоже прекрасно видел ракету, — Пауль раздраженно махнул рукой в сторону окна, — наемники ждут, когда мы на всех парах помчимся на выручку обозу. Вот и не будем им мешать так думать…
— Попытаются атаковать?
— Именно!
— Та-а-ак, — задумчиво протянул Родион, — и что ты предлагаешь?
— Воспользоваться моментом. Загружаем оба броневика под завязку штурмовиками и отгоняем подальше в пустыню. В обороне оставляем в основном морячков и «крысобоев». Перестраиваем технику вот так, так и так. Пулеметчики перекрывают вот эти три сектора, не дают бандюкам поднять головы. Уралом загораживаем тыл. Беспокоящий огонь из миномета вдоль всей линии окопов. Полчаса ребята продержатся. Но если честно, я думаю, что наемники попрут в атаку гораздо раньше. Как только броневики скроются за холмом, так сразу и полезут. Ждем, пока большая часть бандюков покинет окопы, возвращаемся, заходим вот отсюда, сбоку, высаживаем десант. Нападающие окажутся зажаты в клещи с двух сторон.
Родион задумчиво потер подбородок.
— В принципе интересный план, хотя есть и слабые места. Местность ровная, как стол. Средь бела дня техника будет видна за километр-полтора. Фактор внезапности окажется утерян. Быстро вернуться у нас тоже не получится. Придется отмахать немалый крюк по пустыне. По бездорожью! За это время наемники сомнут и раздавят наш форпост, перегруппируются и окажутся готовы к встрече с ударной группой. Тем самым мы разделим и без того невеликие собственные силы, ослабив их вдвое.
— Фактор внезапности в том, — ухмыльнулся Пауль, — что наемники подумают, будто все наши силы в обороне. Ну не поверят они, что мы отправили на выручку больше половины личного состава.
— А если они вообще атаковать не станут?
— Родион Сергеевич, а на кой ляд тогда вообще было засаду устраивать?
Родион озадаченно хмыкнул и перевел взгляд на лейтенанта.
— Что скажешь, Федор Михайлович?
Шибарин поджал губы и неопределенно качнул подбородком, отказываясь обсуждать предложенный сценарий.
Интересно, какая кошка пробежала между подчиненными? И главное — когда? Вроде же не ссорились?
— Ладно, — со скрипом согласился Родион, — кто не рискует, то не пьет шампанское. Твой план, Пауль, тебе и реализовывать. Федор Михайлович, возьми на себя оборону.
