Криминалист 4 - Алим Онербекович Тыналин
Встал, взял бинокль висящий здесь же на крючке перегородки. Навел на мишень.
Пять дырок. Все в черном круге. Три в центральном белом круге диаметром два дюйма. Хорошая кучность.
Убрал бинокль. Снова зарядил винтовку, оперся о стол.
Еще пять выстрелов.
Потом еще пять.
Потом еще.
Коробка с патронами опустела. Я сделал двадцать выстрелов. Плечо ныло от отдачи, в ушах звенело.
Открыл вторую коробку.
Методично заряжал, прицеливался, стрелял. Дыхание старался держать ровное, чтобы сердце не билось слишком быстро. Перекрестие держал на центре мишени. Плавно нажимал на спусковой крючок.
Делал выстрел за выстрелом.
Мысли замедлились. Исчезли.
Не было погони. Не было Новака в наручниках. Не было Дженнифер которая уехала к родителям. Не было выбора между работой и семьей.
Только винтовка. Мишень. Ровное дыхание. Выстрелы.
Вторая коробка тоже опустела.
Я выпрямился и размял плечи. Посмотрел на часы, уже пять вечера. Сам не заметил как отстрелял полтора часа.
Солнце садилось за деревья, небо потемнело. Температура упала градусов на десять, стало прохладно.
На других линиях стрелки уже разошлись. Остался только я и женщина на восьмой линии. Она уже тоже собирала свои вещи, укладывала винтовку в чехол.
Я разрядил винтовку, проверил патронник, он пуст. Собрал пустые гильзы со стола, сложил в карман. Латунь еще теплая.
Взял бинокль и посмотрел на мишень в последний раз.
Сорок дырок в бумаге. Тридцать пять в центральном круге. Пять в черных кольцах вокруг. Ни одного промаха.
Хорошая стрельба. Рука не подвела.
Я закатал рукава обратно и надел пиджак. Взял винтовку, третью нераспечатанную коробку патронов и пошел обратно в здание клуба.
Фрэнк сидел за стойкой, все также читал газету. Поднял глаза, увидел меня и кивнул.
— Как стрельба?
— Хорошая. Винтовка отлично пристреляна.
— Говорил же. — Фрэнк взял винтовку, осмотрел и вытер тряпкой. Убрал в шкаф. — А это что за коробка? Не понадобилось? Что с ней сделать? Вернешь мне или заберешь с собой?
— Верну конечно. Она мне не нужна.
Фрэнк отдал мне пятьдесят центов. Я сунул деньги в карман.
— Извини дружище, но сейчас ты выглядишь лучше, чем когда пришел, — сказал Фрэнк. — Приехал с таким видом будто неделю не спал. Сейчас гораздо лучше.
— Стрельба помогает. Разгружает голову.
— Знаю. Сам так делаю когда жизнь давит. — Фрэнк опять налил себе кофе из термоса. — Проблемы дома?
— Можно и так сказать.
— Женщина?
— Да.
Фрэнк усмехнулся и потер бороду.
— Они всегда хотят чтобы мы были рядом. Не понимают что работа иногда требует жертв. — Отпил кофе. — Моя жена ушла в пятьдесят пятом году. Сказала что устала ждать, пока я выброшу Корею из головы. Я тогда уже вернулся как два года после войны, но мысленно оставался там еще лет пять. Она так и не простила мне этого.
— Жалеете об этом?
Фрэнк помолчал и посмотрел в окно. За стеклом быстро темнело, только фонарь у входа горел желтым светом.
— Жалею что не смог выкинуть все это дерьмо из головы раньше. Может быть сохранил бы брак. — Повернулся ко мне. — Но не жалею, что служил стране. Я делал, что должен. Спасал жизни товарищей. Защищал Америку. Это было важно.
— Но семья тоже важна.
— Да. — Фрэнк кивнул. — Вопрос в том как это все совместить. Некоторые могут. Другие должны выбирать что-то одно. Вопрос в том, получится ли это у тебя?
Я молчал. Не знал ответа.
Фрэнк хлопнул меня по плечу.
— Иди домой, парень. Позвони ей. Поговори. Найдете решение или нет, но хотя бы попробуй. Это лучше чем потерять ее не попытавшись все исправить.
— Спасибо, Фрэнк.
— Всегда пожалуйста. Приезжай еще. Стрельба полезна для души.
Я вышел из здания и сел в машину. Завел двигатель и включил фары.
Поехал обратно в город. Вернулся домой в шесть вечера. Поднялся в квартиру.
Пустая. Тихая. Холодильник гудел на кухне. Часы тикали на стене.
Снял пиджак и бросил на диван. Прошел на кухню, открыл холодильник. Остатки запеканки, молоко, масло и яйца.
Есть не хотелось.
Достал бутылку сока, открыл и отпил. Холодный и сладкий. Прошел в спальню, лег на кровать не раздеваясь.
Закрыл глаза и провалился в темноту.
Глава 12
Связи
Я вошел в конференц-зал в десять ноль две утра в четверг. Опоздал на две минуты, застрял на лестнице, пропуская курьера с тележкой документов.
Все уже собрались. Томпсон стоял у доски, затягивался сигарой. Роберт Холмс сидел во главе стола, перед ним толстая папка с документами. Паркер и еще трое агентов разместились по обе стороны стола. Чашки с кофе, пепельницы и блокноты.
Томпсон кивнул мне.
— Митчелл. Садись.
Я сел на свободный стул между Паркером и агентом которого видел пару раз, но имени не помнил. Молодой, лет двадцати восьми, темные волосы с пробором, узкий галстук.
Томпсон затушил сигару в пепельнице на краю стола.
— Начинаем. Дело Новака, итоги. Боб, докладывай.
Холмс открыл папку, достал список, положил на стол перед собой.
— Виктор Новак дал полные показания вчера вечером. Его адвокат согласился на сделку с прокурором. — Посмотрел на нас через стол. — Смертная казнь снята. Вместо нее пожизненное заключение без права на условно-досрочное. Федеральная тюрьма строгого режима, Левенворт, Канзас.
Паркер присвистнул тихо.
— Левенворт. Жесткое место.
— Он еще должен сказать спасибо, — сказал Холмс. — Три убийства федеральных свидетелей, покушение на четвертого. Будет сидеть до смерти. — Взял список поближе к глазам. — Взамен Новак дал восемь имен. Посредники мафии, заказчики убийств, схема передачи заказов.
Томпсон наклонился вперед.
— Перечисли имена.
Холмс начал читать:
— Энтони Марино, прозвище «Толстяк». Консильери семьи Гамбино, Нью-Йорк. Главный посредник между семьей и киллером. Передавал заказы, деньги, координаты жертв. Затем Джузеппе Ротелла, прозвище «Джоуи Красный». Капореджиме семьи Коломбо, Бруклин. Заказывал убийство Уильяма Коулмана в Филадельфии. Далее Сальваторе Бруно, бухгалтер семьи Лучезе. Заказывал убийство Дэвида Хенсона в Балтиморе. Также Винченцо ДиНардо, капореджиме семьи Дженовезе. Заказывал убийство Томаса Делани в Нью-Йорке. Теперь Фрэнк Аморе, солдат семьи Бонанно. Заказывал убийство Роберта Кларка в Трентоне.
Холмс назвал имена еще трех, прозвища, должности в семьях. Я записывал в блокнот.
Когда закончил, Холмс отложил список.
— Всего восемь человек. Прокурор уже готовит ордера на аресты. Планируем одновременную операцию в следующий
