Дорога к миру - Герман Иванович Романов
К седьмому ноября по всей стране будет отменена карточная система — пока в мире нигде и никто на этот шаг не решился. Но Кубань с Доном не разорены войной, черноземная полоса освобождена на год раньше, урожай зерновых этим летом собрали хороший. К тому же немцы давно вернули пленных, не угнали столько населения, как могли, хотя бед натворили немало. Злости в людях накопилась много, но убийство Гитлера с последующей ликвидацией отпетых нацистов, вкупе с «социалистической революцией», серьезно смягчило отношение к вчерашним врагам. Как и с японцами, которые признали свое поражение, вернули южную половину Сахалина с Квантунской областью, добавили Курильские острова в качестве «отступного». К тому же в сферу влияния попала Маньчжурия, «Внутренняя» Монголия, объединившаяся с «Внешней», и Туркестанская народная республика, отколовшаяся в очередной раз от охваченного междоусобицей Китая. Победа всегда вызывает великодушие, если не оплачена большой кровью и страданиями, а тут все происходившее на Дальнем Востоке не идет ни в какое сравнение с летом сорок первого года. Тем более реванш за русско-японскую войну четвертого-пятого годов взят убедительный. Да и «компенсации» от западных соседей стали приходить регулярно, ведь бывшие враги практически не пострадали от войны. Теперь пусть выплачивают своими ресурсами нанесенный ущерб, раз попали в «сферу влияния». К тому же им теперь не нужно содержать вооруженные силы как таковые — все эти немалые средства и стали уходить на «погашение задолженности», так сказать.
— Ничего, лет двадцать платить будут, спуску тут давать нельзя. Прощать долги нельзя, мы не филантропы. Хотели воевать — так расплачивайтесь потихоньку, нам все нужно, приберем.
Кулик хмыкнул — угрозы новой европейской войны теперь не будет. Просто некому воевать — все страны лишены даже карикатурного подобия вооруженных сил. И ведь никто не пикнул, прекрасно понимают, что связываться с Германией и Россией себе дороже выйдет. В свою очередь Берлин дал Москве такие гарантии на будущее, что любая война просто исключена, к тому же не осталось «болевых точек», кроме Польши, с которой пока не определились. Но это не его забота — то политика, и панство пусть само решает, как и с кем, ему дальше жить.
— Теперь вы нас не удавите в будущем, не будет вашей «анаконды» военных баз. Ни одной не потерпим, ни вблизи, ни на отдалении. И безобразий больше не учините по всему миру — это война последняя.
Говоря сам с собою, маршал подошел к карте — красные булавки означали дивизии, расквартированные на занятых территориях. Сухопутных войск больше не требовалось, хватало с избытком тех, что имелись. Именно чудовищные военные расходы, содержание двухмиллионной сухопутной армии были серьезным бременем, от которого можно избавиться в самом скором времени, по крайней мере, не меньше, чем наполовину. Авиация и флот тоже немало вытянут, но то дело нужное, к тому же главные расходы тут у японцев и немцев. Вот пусть и воюют с американцами, те долго не смогут — перспектив теперь видимых нет, если только в Африку не влезть. В Вашингтоне понимают этот расклад, как и то, что в Восточном полушарии им делать больше нечего — не дадут, по рукам бьют. Вот и урезонят собственный аппетит — осознают со временем, что не светит им мировой гегемонии…
Антиимпериалистические плакаты против «дядюшки Сэма» появились в мире давно. Просто пришло осознание, что самая «демократическая страна» в мире ведет себя со своими соседями по Западному полушарию как разбойник на большой дороге к одиноким путникам, у которых в кошельке есть монетки. Всем памятна фраза одного президента — «Самоса сукин сын, но он наш сукин сын». А в политическом лексиконе навсегда укоренился термин «банановые республики»…
Глава 23
— Мы не французы, и тем более не англосаксы — у нас состояние и капиталы не играют той всеобъемлющей роли в жизни, которая за океаном отводится. Наоборот — в аристократических и армейских кругах стремление к стяжательству вызывает неодобрение и порицание, такими знакомствами стыдятся. Уважением пользуется военный мундир, государственная служба и наука, последняя вообще в приоритете. Да-да, не удивляйся, дело обстоит именно так. В армии есть прописанное правило, что если есть ученая степень доктора, то она приводится вслед за званием — это престижно, и все уважают ученых, что в годы войны встали в строй вермахта. Да и социализм у нас самый настоящий, у народа он в крови, так сказать. Немцы всегда имел склонность к данному учению со времен Маркса и Энгельса — и позиции сторонников этого учения всегда были очень сильны, а сейчас тем более.
Григорий Иванович слушал Гудериана внимательно — он специально прилетел в Берлин, чтобы обговорить взаимодействие с «немецкими товарищами». Какие шутки — то, что сейчас ему говорил рейхсмаршал, нисколько не выламывалось из реальности, позиции социалистов были действительно прочными. Вопрос только в том, что направлений было несколько, все «левые», и в каждом свое видение построения «светлого будущего». Дальше всех пошли национал-социалисты из «рабочей партии» — Гитлер действительно серьезно сгладил классовые противоречия и крепко «прижал» крупную и среднюю буржуазию. Про социальные программы и говорить не приходится — тут был сделан такой шаг вперед, о котором много позже помыслить в странах СЭВ не могли. Это и «народный автомобиль» по вполне доступной цене, и круизные лайнеры для отдыха пролетариев на море, и бананы, которые доставлялись быстроходными пароходами, и доступное жилье для рабочих семей. Рост населения пошел стремительный, на улицах, куда не глянуть, множество подростков — пособий на материнство и детство не жалели, даже в условиях войны находили возможности для поддержки многодетных семей. Немки и сейчас рожали, война их не пугала, наоборот, вроде как выполняли свой долг перед рейхом. И через несколько лет масса юношей и девушек станет надежной опорой экономики — эти многие миллионы рабочих рук полностью компенсируют потери на фронтах.
Но что больше всего удивило — с «отстранением» Гитлера и верхушки НСДАП от власти ни хрена не изменилось, поменялись только «вывески» и «выпрямили перегибы», да еще изменили цвет галстуков у «пионеров». Теперь в стране также одна партия — только «социалистическая и единая», где собрали всех «левых», выпустив всех бывших социал-демократов и коммунистов из тюрем и концлагерей, и назначив многих
