Фантастика 2026-7 - Алекс Келин
Вопль, ругань, испуганное ржанье…
Минус два? Пока неясно.
Эрик осторожно глянул из окна. Всадники спешились, прячась за лошадьми. Один лежал на поляне с кровавым месивом вместо лица — охотник не промазал, а вот куда ушла его пуля?
— Эй?! — Крикнул Эрик, быстро перезаряжая пистолет, — может, поторгуемся?
— А то что?
— Понятия не имею! — жизнерадостно завопил он. — Но жить хочется — спасу нет!
Ответом был выстрел в крошечное окошко, у которого он стоял. Ружейная пуля с противным звуком вошла в бревно противоположной стены домика.
Следом прозвучал еще один выстрел — охотник не дергался, спокойно дожидался, пока кто-нибудь подставится. Эрик высунулся и пальнул почти не целясь. Судя по двойному воплю — и он, и охотник кого-то зацепили.
Потянуло гарью. Эрик оглянулся — нет, печку давно не топили, откуда бы? Но запах становился все сильнее, он уже слышал потрескивание огня на соломенной крыше заимки. Похоже, кто-то из преследователей обошел домик и кинул на кровлю факел. Сухая трава занялась мгновенно, скоро запылает весь сруб. Самое обидное — принц выживет, хоть под святыней, хоть нет. Даже не задохнется, мерзавец. Колдовать не сможет, но огонь — его суть, родная стихия не навредит магу.
Нападающим совершенно не нужно больше подставляться. Они дождутся, пока прогорит домик, и заберут невредимого принца. Погреба тут нет, спрятаться негде, выходить под пули — быстрое самоубийство. Хорошо хоть, в приятной компании.
Эрик обернулся к связанному принцу и с удовольствием пронаблюдал, как торжество во взгляде мага сменяется паническим ужасом.
Глава 21. Госпожа Лунного замка
До империи Элиза с Настей добрались довольно быстро. Подморозило, вместо чавкающей снежной слякоти под копытами коней звонко похрустывал тонкий ледок.
Новый возница светского обращения не понимал, благородную даму вблизи видел впервые и поначалу слегка робел. Настя быстро объяснила крестьянскому парню Мишке, что бояться нечего, барыня добрая, не съест, если не обижать ее котейку.
— Дык я это… Я котеек завсегда! Токма ты это, обскажи обстоятельно, как-чего. Что при госпоже сморкаться пальцами не надо, то мне отец Георгий, благодетель, втолковал. А ышшо какие выкрутасы?
Элиза, невольно подслушав разговор, хотела было вмешаться и разъяснить, но в последний момент остановилась. Парень и так работает на совесть, лошадки лоснятся, едем быстро — что еще нужно? Не дворецким служит, вознице-конюху этикет ни к чему.
Она не слишком вникала в детали, но поняла, что родителю Михаила отец Георгий когда-то очень помог. И теперь все семейство считало себя обязанными охранителю по гроб жизни. Потому и отрядили с ней Мишку — пусть неотесан, зато ему можно полностью доверять. И в лоб дать кому, если что, сможет качественно.
Парень, и впрямь напоминавший вставшего на задние лапы медведя, старался изо всех сил. Даже попытался отказаться от жалования, но Элиза настояла: Какие там у тебя дела с епископом, меня не касается, но раз служишь мне — платить тебе буду я.
Мишка шмыгнул носом, испугался собственной невежливости, пробормотал «спасибочки», поклонился и исчез. Вернулся через несколько минут с кольцом печеночной колбасы — улестить кошку Герду. Герда благосклонно приняла подношение и даже позволила себя погладить.
На въезде в столицу провинции Гарц Элиза велела править к гостинице и сняла там комнаты себе и охране. Мишка удивился — мол, нам же к самоглавному охранителю, чего не сразу на подворье?
— Нет, — сказала Элиза. — Мы не поедем к церковникам. У меня другие планы.
Возница округлил глаза, открыл было рот — возразить — но получил от Насти тычок под ребра.
«Простите, отец Георгий, — мысленно сказала Элиза охранителю. — Но я сама буду о себе заботиться. Вы хотите меня спрятать, как ценный приз, а я хочу просто жить. Самое время начать. Ваши… заговорщики не скоро меня найдут, уж месяц-то точно продержусь».
* * *
Перед Элизой стояла очень сложная проблема.
Единственный способ избавиться от «заботы» и обрести независимость — обеспечить себе пристойный доход без участия семейства Румянцевых. Ее приданое, увы, теперь неотделимо от имения, и просто забрать деньги она сможет только через год. И еще большой вопрос, что там за год от ее капиталов останется стараниями дяди Густава, он ведь совладелец фарфорового завода Румянцевых, и может натворить дел.
Спасибо, Пьер, позаботился, — с сарказмом фыркнула она. — Лучше б о кавалерист-девице своей заботился! Лошадь бы ей подарил! Сивого мерина! Хорошо хоть в завещании ее не упомянул, не стал позорить вдову.
Все это было очень похоже на задачки по домоводству в монастырской школе: «Гости прибудут через три часа, у вас есть пятнадцать серебряных марок, на леднике два килограмма телячьей вырезки и литровый горшок облепихи…» И думай, как все успеть, чтобы не ударить в грязь лицом. Сбегать на рынок, приготовить жаркое, сервировать стол и не забыть переодеться.
Кухарка в условия задачи не входила.
Элиза неплохо справлялась в монастыре, может быть, и сейчас все получится?
Хитрая монахиня — учительница любила подкидывать лучшим ученицам дополнительные сложности. Например, засорившийся дымоход или неожиданный приезд дальней родственницы. Элиза была уверена, что всех условий в настоящей, жизненной задаче она пока не знает. Но решать — надо. Иначе она так и будет болтаться обузой, приложением к приданому.
Думать о судьбе Казимира — Ульриха Элиза не хотела, и потому старалась даже не вспоминать об огромном счете и имперском банке.
Она потом решит, что с ним делать.
Элиза пришла в местное отделение Имперского земельного управления, ведающее продажей коронных земель в округе. Она сидела за невысоким столиком для посетителей, ждала секретаря и читала описания развалин, лесов в глуши и заросших бурьяном полей, выставленных на продажу.
Многие землевладельцы погибли во время Войны принцев, не оставив наследников, или разорились позже, на волне преобразований. Угодья отошли в казну. Самые прибыльные получили государственных управляющих и остались во владении короны, а балласт, содержать который было невыгодно, мог купить любой подданный Империи.
Конечно, в газетах все описывали не так. Статьи откровенно-рекламными, явной попыткой найти рачительных хозяев, готовых вкладывать деньги и обустраивать владения.
Элиза хотела купить землю предков и попробовать сделать ее доходной. Как? Там придумаем. Она подозревала, что любой разумный человек счел бы план «купить развалины и организовать там что-нибудь» дорогой к разорению.
Пусть.
Секретарь управления, больше похожая на разбитную приказчицу торговой лавки, чем на служащую солидной конторы, принесла еще насколько папок.
— Вот, барышня. Эти малость подороже выйдут, но и посолидней будут. Вы, я вижу, серьезно настроены, не то что всякие, кто
