"Фантастика 2026-104. Книги 1-26 - Игорь Николаевич Конычев

— Готов, Ирван. — Губы воина тронула растерянная, робкая улыбка, потом лицо его вновь стало серьезным. — Император, ты только что получил самую мощную защиту, какую только мог иметь.

— Ты неисправим. Ладно, с этим потом разберемся, а сейчас хватаем мой гонорар и валим отсюда, пока менты не нагрянули!

— Чего? — не понял Варгул.

— Трупов ты навалял здесь до хрена, вот чего. Если повяжут, то руки ласточкой и в тюрьму, а то и сразу по этапу.

Иван отпустил руку окончательно вошедшего в ступор Варгула и, высоко задирая ноги, начал перешагивать через окровавленные трупы бандитов и воинов в черных масках, пробираясь к папику, из горла которого торчал кинжал. Студент сдернул с его пояса тугой, увесистый кошель.

— Все. Гоним отсюда!

— Куда?

— В тюрьму!

Однако это было проще сказать, чем сделать. Драка в портовом кабаке не осталась не замеченной властями. Со стороны улицы послышался топот множества ног, бряцание оружия и переливистые свистки городской стражи.

— Окружить здание со всех сторон! Не дать никому уйти!

Увидев, что Варгул тут же ощетинился метательными ножами, Иван жестом приказал ему их убрать, подхватил с пола непочатую бутылку, ударом ладони по днищу выбил из нее пробку, прополоскал водкой рот, а остальное вылил на себя и на одежду Варгула.

— За мной! — Парень рванул в подсобку.

Ошеломленный воин последовал за ним. Расчет Ивана был прост: не могло такого быть, чтобы бандиты не предусмотрели на своей малине запасные выходы. Черный ход вывел их во двор. Проскочив его, они с ходу перепрыгнули через забор и оказались на параллельной улице раньше, чем туда подоспела городская стража.

— Подыгрывай. Мы с тобой в лом, — шепнул юноша и, услышав за спиной топот ног появившихся в проулке блюстителей порядка, завопил во всю глотку: — Быва-а-али дни весе-о-олыя! — Иван пошатнулся, схватился за Варгула и, не удержавшись на ногах, рухнул вместе с ним в придорожную пыль, попутно грохнувшись об забор так, что тот затрясся. — Нет, ты чего меня все время роняешь? — возмутился он, копошась в пыли.

— Быстро убирайтесь отсюда, алкаши! — рявкнул на них кто-то из стражников, пробегая мимо.

— Еще чего! — в пьяном кураже начал возбухать Иван. — Мы идем в кабак! Я сегодня гуляю и желаю там культурно нажраться!

— Идиоты! — буркнул сержант отряда, скрываясь за поворотом.

Как только улица опустела, друзья тут же оказались на ногах и, старательно изображая пьяных, двинулись в обратную сторону.

— Ну ты даешь! — восхитился Варгул. — А почему все-таки было не прорваться с боем?

— Ага, оставляя за собой гору трупов и кучу старушек, чьи глаза торчат из каждого окна соседних домов. А потом они подробно описывают нас городской страже, и начинается великая охота. Нет уж, уволь.

— Ты истинный сын своего отца! — удовлетворенно кивнул воин. — Хотя и полукровка. Наследник темной Империи — эльф… Какой бред, Всевышний!

7

— А почему ты не захотел, чтобы я просто служил тебе, как положено нормальному герою, импера… извини, Ирван?

— В каком смысле — герою? — не понял студент. Иван высунул голову в окно кареты. — Ты можешь ехать побыстрее? — прикрикнул он на кучера.

Свистнул кнут, и карета запрыгала по булыжной мостовой еще энергичней.

— Ну мне покойный император, твой отец, присвоил звание героя Империи. Те, кого удостаивают этим званием, выполняют его самые сложные, самые ответственные задания.

— И много у моего отца было героев?

— Один, — лаконично ответил Варгул.

— Однако…

— Так почему ты… — попытался вернуться к первому вопросу герой.

— Понимаешь, какое дело, Варгул, я во все эти клятвы верности, присяги не очень-то верю. Одно дело служить начальству, а другое — дружить. Начальство, оно ведь всякое бывает. Порой попадается такое откровенное дерьмо, что ему не служить, а морду бить хочется, а вот настоящий друг за своего друга жизни не пожалеет… если он, конечно, настоящий друг. Так что, может, это и наивно, но я больше верю в дружбу.

Губы Варгула тронула улыбка.

— Позволь задать вопрос, импе… Ирван.

— Задавай.

— Зачем мы едем в тюрьму?

— Кое-кого вытащить оттуда надо. Повязали, понимаешь, волки позорные, — усмехнулся юноша.

— Император, ты рискуешь своей жизнью ради…

— Ты слышал, что я только что тебе говорил о дружбе?

— Значит, ты едешь спасать друга?

— Почти угадал.

— Почти?

— Мой друг штанам предпочитает юбку.

— Понял. Все сделаем, импе…

— Ирван!

— Ирван. Все сделаем, Ирван. Обязательно спасем твою подругу.

Карета начала сбавлять ход и скоро затормозила в квартале от тюрьмы. На этом Варгул зачем-то особо настоял, из каких-то только ему ведомых соображений.

— Тпррру-у-у!!! Прибыли, господа!

Друзья вылезли из кареты. Солнце уже скрылось за домами, и на улицах появились фонарщики со стремянками. Они неспешно взбирались по ним и зажигали масляные фонари. Варгул расплатился с кучером и, как только тот отъехал, жестом предложил Ивану следовать за ним. Но двинулся герой не к тюрьме, а к входным дверям одноэтажного углового дома, у которого их высадила карета.

— Ты что, здесь живешь?

— Нет, комнату снимаю.

Они прошли по темному коридору, Варгул выудил из кармана ключ, отпер дверь и провел Ивана в скромное, спартанское помещение с одним окном, в котором, кроме кровати и стенного шкафа, больше ничего не было.

— У меня в Шатовегере таких комнат пятнадцать.

— Чтобы было где залечь на матрасы? — поинтересовался Иван, подходя к окну.

— Не знаю, что ты имеешь в виду под матрасами, но в случае чего я с любой точки города за пять минут до ближайшего укрытия могу добраться, если возникнет нужда.

— Именно это я и имел в виду. Однако зачем мы здесь?

— Вот за этим, — пояснил Варгул, вытаскивая из-под кровати довольно солидный, тяжелый баул.

Герой темной Империи открыл его и продемонстрировал содержимое юноше. Баул был до отказа набит оружием. В основном это были метательные ножи, к которым Варгул явно питал особое пристрастие. Герой нагнулся над баулом и принялся пополнять свой арсенал, пристраивая ножи на специально отведенных для этого местах на своем поясе.

— Там, в шкафу, если пожелаешь, есть луки, мечи, арбалеты…

— Я не понял. Ты что, собираешься тюрьму штурмом брать? — выпучил глаза Иван.

— Ну да. Чего там брать-то?

Варгул засунул за пояс последний нож, поднялся и подошел к окну, около которого стоял юноша.

— Вот смотри, — указал он на каменную громаду тюрьмы, которую, несмотря на сгущающуюся темноту, было еще видно из окна даже на этом расстоянии. Около ворот тюрьмы, как и положено, топталась стража. — Самое время для штурма. Скоро совсем стемнеет, и город заснет. Все