Мальчик из будущего: Мальчик из будущего. Отрок. Новик - Владимир Геннадьевич Поселягин
То, что бумаги в России дошли до кого надо, я узнал спустя две недели, пять дней назад в порт Киля вошла русская канонерка. Для всех других она простояла ночь, в день прибытия было несколько высадок экипажа на берег, а следующим утром ушла. Никто не знал, что ночью с борта канонерки к нам перешло тридцать четыре добровольца. Все моряки, солдат не было, но шесть кондукторов, морских унтеров, ясно давали понять, что теперь с управлением судов проблем не будет, мы закрыли много свободных должностей. Теперь и коки были, Ен вернулся к своим обязанностям, да и проблема с радистами была снята. Жаль, что офицеров так и не было. Ну а мне передали письмо с благодарностью за доставленные документы. Больше в письме ничего не было. Это Гаранин через наше консульство выразил своим просьбу набрать добровольцев, вот через попутный корабль и закинули их к нам. Всех, кого успели набрать.
Вот так постепенно мы и готовились. На второй день после нашего прибытия из вояжа в Англию парни Трофима достали с пакгауза все шесть «Мадсенов» под русский патрон, по два в арсеналы каждого судна, и активно испытывали их. За три недели, вполне серьезно обучив всех наличных солдат использованию этого оружия и даже ремонту, сломали-таки один пулемет. Сам чинил, знаю. Да и матросы проходили первичное обучение, но не такое ожесточенное, как у бывших солдат. Все были заняты, все готовились и готовили суда к выходу.
Проверив термометром температуру в одной из колб, я заметил мигание сигнальной красной лампочки над входной дверью. Я с самого начала запретил ломиться ко мне в лабораторию. Не стучать и не кричать. Если хотят, чтобы я срочно вышел из помещения, сделал сигналку. Нажимаешь кнопку у входа, и загорается сигнальная лампа. Недоумевая о причинах вызова, прикидывая, не снова ли это на берегу панику подняли, подошел к двери, стягивая резиновые перчатки. В первую мою варку тротила на берегу, заметив странный дым из вытяжки, решили, что на судне пожар. Еле успокоили, а то к нам чуть пожарные баркасы не рванули.
Выйдя к вахтенному матросу, это он сигналил, я сразу закрыл дверь, заперев ее, с облегчением стянул противогаз и с наслаждением вдохнув свежего воздуха, спросил:
– Что там?
– Максим Евгеньевич, вам лучше самому это увидеть. Прошу подняться на палубу. Из рубки открывается самый лучший вид.
– Да? – заинтересовался я. – Сейчас подойду.
Зайдя в соседнюю каюту, у меня тут раздевалка была, я стянул армейский немецкий костюм химической защиты, на борту три запасных комплекта было, но пользовался я только этим и, поправив форму капитана гражданского флота, в которой ходил по судну, заторопился наверх. Поднявшись по внутреннему трапу в рубку, я быстро осмотрелся, но что озадачило вахтенного, понял сразу. Недалеко, буквально в кабельтове от нас вставал на якорную стоянку английский броненосный крейсер типа «Кресси». Судя по золотистым буквам на его борту, это был «Башанти». Английские моряки, свободные от вахты, да и часть офицеров изучали соседей, причем все их внимание было сосредоточено на «Оке». Это меня тоже насторожило, как и вахтенного. Причем мы стояли в этом месте достаточно кучно, и англичанин запирал свободный выход с места стоянки, а соответственно, и из порта. Однако мест в порту для стоянки хватало, можно дальше уйти, выбор был, так нет, этот наглец вставал рядом с нами, причем явно демонстрируя, что интересны ему именно мы. Только мы.
– Слили-таки, – опустив бинокль, зло сказал я. Почему тут появились англичане, было ясно как день. За свои вклады в Японии беспокоятся.
Вахтенный, что нес службу тут же, в рубке, удивленно посмотрел на меня. Ранее особо в проявлении эмоций я замечен не был. Посмотрев на вахтенного, я сказал ему:
– Вызови напарника. Пусть на шлюпке метнется на «Днепр» за Тимофеем. Если что, я у себя, как прибудет, вызовите меня.
Вернувшись в лабораторию, я закончил с варкой этой партии тротила и разлил по небольшим металлическим коробкам, мне их в количестве двадцати штук наделали в технических мастерских доков. Сверху на почти остывший тротил я посыпал шарики, свинцовые пули и другой поражающий элемент. Когда над дверью замигала красная лампа, я уже почти закончил делать самодельные МОНки. Все огни потушены, основная работа была почти сделана, так что можно заняться и англичанами. Покинув лабораторию, я поднялся в рубку, указав Тимофею на британцев, сообщил:
– За нами пришли. Ночью могут какую пакость устроить, вплоть до десанта. Вряд ли, конечно, но подстрахуемся. Всех солдат распредели по «Оке» и «Днепру». К нам на судно можно возвращать команду, я закончил. Усиль посты на ночь.
– Думаете, могут навредить? – заинтересовался тот.
– Еще как могут, но не явно… Ты вот что, отправь несколько бойцов в доки, пусть присмотрят за «Щукой». Там, конечно, Саламатин, но подстрахуемся.
– Оружие?
– Не явно, пусть будет скрыто одеждой, чтобы местных не нервировать, а винтовки пусть будут под рукой.
– Я еще и пулеметы подготовлю. Мало ли.
– Угу, пусть будут. Если они что предпримут, попробуй взять одного-двух в плен. Скандал нам нужен, раздуем историю – абордаж мирного судна в иностранном порту, беспредел Великобритании во всей красе. Там много что можно напридумывать. Ладно, занимайся делами. Я, если что, в лаборатории.
– Понял, – кивнул Тимофей и заспешил наружу, нужно вернуть на «Оку» часть команды и бойцов.
Я же вернулся в лабораторию и, закончив с минами, лично отнес их в арсенал, складировав в небольшие ящики, что сделал мне наш судовой плотник. Были некоторые проблемы с запалами для МОНок, но я ими уже занимался и думаю, решу вопрос за несколько дней, все необходимое было на борту. После этого, подготовив лабораторию, я занялся другой варкой, в этот раз дыма не было, так что на соседних судах было непонятно, чем я занимаюсь. А изготавливал я ту чудодейственную кислоту, что так любила металл. Наглость англичан бесила, значит, будем наказывать. О том, что нас провоцируют на возможные действия, я подумал. Вечером, когда закончил, решил проверить. Игнатов под моим присмотром перегнал «Днепр» в сторону, ну и я переместился на «Оке» следом за ним. Хм, крейсер почти сразу сменил место стоянки и снова встал на якорь недалеко от моего американца. Точно за нами. Суки.
Эти уроды еще и руками нам махали с палубы. Правда, других действий не предпринимали, конечно, лодки между боевым кораблем и берегом так и сновали, но и только. Я
