Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская
— Ты глупый, да? — участливо спросила она. — Говорю же — я Фрося, живу здесь давным–давно. А прозрачная… Эка невидаль, обыкновенный призрак.
Об этом я и сам догадался. Вообще, если посмотреть со стороны — сижу на печи в избушке на курьих ножках, беседую с привидением… Пипец. Какие еще сюрпризы припасет мне Мелизора?
Получено достижение — Говорящий с призраками. Вероятность счастливого события: +0.1%.
— Ясно, — вздохнул я и полез вниз по приставной лестнице. — Пойдем завтракать, что ли.
Пока я умывался, Фрося проплыла сквозь беленый дымоход и уселась на лавку.
— Ты что, не знаешь, что призракам еда не нужна?
— Видишь ли, — усмехнулся я, — у меня не очень много знакомых призраков. Так что не обессудь, буду иногда говорить глупости. А если тебе это не нравится, то катись, откуда пришла.
— Я не приходила! — взорвалась вдруг она и сразу стала куда менее прозрачной. Мне даже удалось разглядеть румянец на ее щеках. — Это ты пришел, так что сам и катись!
Н-да, ничего себе утро начинается. Мало того, что мы полночи через орды нежити прорывались в Треглав, а потом мне приснился этот жуткий сон, так еще и истеричное привидение на мою голову свалилось.
— Слушай, ты мне надоела. Сделай так, чтоб я тебя долго искал.
— Ах ты нахал! — завопила Фрося, и в этот момент избу тряхнуло.
— Хватит орать! — рявкнула Василиса. — Чай, не дома. Сказал тебе хозяин уходить, значит, выметайся! А ты, милок, забирай кашу–то, готова.
Я невозмутимо достал из печи чугунок и сел за стол. Девчонка, растерянно похлопав глазами, наклонилась ко мне и шепотом спросила:
— У тебя изба, что ль, говорящая?
— Угу, — буркнул я с полным ртом.
— Здо–орово, — по–детски восторженно протянула она. — Мне б такую.
— Значит, ты все–таки согласна, что это мой дом?
— Да твой, твой, — глаза ее сердито блеснули. — Но ты поставил его на тот кустик, в котором я живу. А на нем, между прочим, цветочки растут!
Ах вот оно что! Принято считать, что призраки обычно живут в старых замках, но Фрося, видимо, проигнорировала традицию. А Василиса, получается, водрузилась прямо на ее жилище. М-да, нехорошо получилось.
Тем не менее, я вздохнул с облегчением: теперь хотя бы понятно, почему здесь появилась эта пигалица. Надо просто сообразить, как ее отсюда выпереть.
— Что ж, не проблема, — бросив недоеденную кашу, я встал и направился к двери. — Сейчас все осмотрю, Василиса немного отойдет, и твое место освободится.
Но Фрося вдруг взмыла ввысь и зависла над столом.
— Ну уж нет! — надрывно вскрикнула она. — Мне здесь нравится, так что я остаюсь.
— Ты совсем обалдела с голодухи? — возмутилась изба. — Ну–ка убирайся отсюда!
В тот же миг пол пошел ходуном, стены заскрипели: Василиса, не на шутку рассердившись, затопала ногами. Я ухватился за столешницу, краем глаза пытаясь углядеть, не свалился ли филин. Где он, кстати?
Девчонка, вися в воздухе, звонко рассмеялась.
— Ха–ха, забавная избушка! Ты меня не выгонишь, и не мечтай.
— Василиса, и правда, завязывай, — заорал я. — Призраку от твоего топанья никакого ущерба, а вот потолок может рухнуть.
Она неохотно остановилась и долго еще недовольно бормотала себе под нос. Впрочем, о чем это я, откуда у избы нос?
Я повернулся к Фросе, намереваясь продолжить выяснение отношений, но в этот момент в окно влетел Диоген.
— Где тебя носило?
— На рынок слетал, ознакомился с местными предложениями, — важно ответил он. — Шмот у нас, скажу я тебе, никакой по сравнению с тем, что продают здесь. Кладенец, кольчуга и плащ, конечно, хороши, но остальное надо менять.
Нормально так? «У нас»! Давно подозревал, что он все мое своим считает. Как, впрочем, и Василиса.
Тут филин заметил призрака и испуганно попятился, едва не свалившись с подоконника. Пришлось в двух словах объяснить, что к чему. Он пару раз хлопнул глазами–блюдцами и, нахохлившись, спросил:
— Это что ж, она теперь с нами жить будет?
Я развел руками — подозреваю, от Фроси без ее на то желания нам не избавиться. И снова направился к двери. Но тут она открылась, и в избу ввалился запыхавшийся Серега.
— Димыч, что случилось?! — рявкнул он с порога.
— Да вроде ничего. Здорово, Серый.
— Блин, напугал. Прива. Чего молчишь, раз все путем? Я тебе на бипер пять сообщений скинул.
Покрутив браслет, я и правда нашел с полдюжины взволнованных месседжей.
— Сорян, спал, не видел.
— Еле тебя нашел, — усмехнулся Серега. — Нехило ты забрался. Хорошо, Диогешу встретил, он показал дорогу. Пожрать есть чего? А то на постоялом дворе дали какую–то бурду.
Пока я вываливал остатки каши из чугунка в плошку, к нам подплыла Фрося.
— А со мной почему не здороваешься? — едко спросила она у Серого.
Тот застыл, похлопал глазами, как недавно филин, и с усилием откашлялся.
— Димон, ты нового питомца завел? — покосился он на меня.
— Сам завелся.
— Ага, как таракан, — буркнул Диоген.
Фрося не на шутку обиделась и заверещала так, что у нас заложило уши. Серега попытался приложить ее дубиной, но та прошла сквозь бесплотную негодяйку, не причинив ни малейшего вреда.
— Не ори! — рявкнул он и повернулся ко мне. — Я че хотел–то, Димыч… Тут, оказывается, данж есть, где–то на востоке города. Все наши туда нацелились. Пойдешь?
— Лады, но сначала мне надо сбегать в ратушу, позвонить другану на Большую землю. А ты пока займись кашей.
— О, каша это тема! Маякни на бипер, как освободишься.
Взяв суму и Кладенец, я открыл дверь и, игнорируя лестницу, спрыгнул вниз. Отошел на несколько шагов и огляделся. Ага, вот и куст с яркими цветами, про который говорила Фрося. Огромная куриная лапа наполовину придавила его к земле.
— Василис, сделай пару шагов вправо, только осторожнее. Во, норм, теперь Фрося может вернуться в свой любимый куст.
Вокруг расстилался заросший бурьяном пустырь. Рядом ни одного самого захудалого домика, даже будки. Он располагался на возвышении, с которого прекрасно просматривался город. Теснившиеся друг к другу красные и синие черепичные крыши в лучах утреннего солнца сливались в единое лоскутное одеяло, простроченное серыми узорами
