Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская
Раздался резкий свист, и в грудь младенца вонзилось копье. Оно не причинило бы ему вреда, но за миг до этого Гирхам стал меняться: кожу покинул фарфоровый блеск, в синих провалах появились глаза, клыки исчезли, губы почернели. Во взгляде его полыхнула боль, ноги подкосились, и он рухнул на снег. Кархум со стоном дернулся к мальчику, из последних сил обнял его, словно хотел защитить свое дитя от всего мира, и замер, превратившись в скрюченную ледяную статую.
Получено достижение — Потеря 2 ур. Вероятность счастливого события: — 0.2%.
Снежить билась о мои латы, пытаясь их прокусить, а я все смотрел на мертвого шамана. Отдать жизнь за единственное близкое существо… Может, это и есть самая лучшая смерть?
Глава 18. Дыхание Дагданы
Луна скрылась за горизонтом, и снежить мгновенно исчезла. А у меня из головы все никак не выходил вопрос: кто и зачем кинул в Гирхама совершенно бесполезное копье?
Крик Маруси вывел меня из оцепенения:
— Лекс! Лекс!
Я резко обернулся: она сидела на снегу, а на коленях у нее лежал покрытый ледяной коркой Лешка. Твою мать, как?! У него же осталось еще несколько Меток!
— Что?! Что нужно делать?! — кинулся я к Ормину.
Тот, тяжело дыша, только покачал головой. Стоявшие рядом зенолы скорбно понурились.
— Ваш друг достойно защищал деревню, — сказал старейшина. — Он с честью выполнил то, что обещал ледяной богине. Наши женщины оплачут мертвых, и мы торжественно похороним его, как и других павших воинов — бросим в ущелье Смерти, чтобы Владыка Гор вечно витал над ним и защищал его душу.
Я опешил — да Ормин просто сошел с ума! Кинуть Леху в ущелье? Хрен вам! Злобно рыкнув, я бросился к Марусе, упал на колени и поспешно оглядел заледеневшего друга. Не может он просто умереть, должно быть хоть что–то, что подскажет, как его спасти. И где эти проклятые Метки?
Диоген пристроился на моем плече и по откату кидал в Лекса живительные сгустки — бесполезняк. Я пробовал пальцами проковырять покрывшую Леху корку, стучал по ней кулаком — ничего не помогало.
И вдруг по полю боя пробежала волна холода, небольшой вихрь воронкой закружился над неподвижным телом. Лед, сковывавший его, покрылся трещинами, и послышался растерянный шепот зенолов:
— Дыхание Дагданы!
— Богиня благословляет твоего друга, — тихо сказал мне Ормин и повернулся к воинам: — Собираем тела, несем к ледяной Деве.
Два широкоплечих зенола подняли Лешку и понесли к площади. Я помог встать всхлипывающей Марусе и, поддерживая ее под локоть, пошел следом. За нами потянулись другие туземцы с трупами замороженных собратьев на руках.
Из домов высыпали женщины, и под их горестные вопли воины разложили тела перед статуей Дагданы. Легкий перезвон серебряных украшений перемешался с тихим плачем зенолок.
Я подошел к Лехе, лежавшему на снегу прямо у коленей богини. И вдруг мне показалось, что складки на ее одежды шевельнулись на ветру. Мгновением позже рука девы дрогнула и медленно опустилась на Лешкину голову. Прикосновение, ладонь поднялась, а лед, сковывающий тело моего друга, окончательно растрескался и осыпался. Лекс шумно втянул ртом воздух, приподнялся на локте и с удивлением огляделся. В свете факелов его кожа отливала белизной.
Испуганно вскрикнув, зенолы отшатнулись. Я же, наоборот, шагнул вперед, протянул ему руку и помог подняться. Из–за моей спины тут же выскочила Маруся и бросилась Лехе на шею.
— Живой!
— Ну чего ты, чего, — смутился он, мягко отстраняясь. — Димон, че стряслось–то?
Подошедший Ормин, путаясь и спотыкаясь на каждом слове, поспешно рассказал ему о случившемся.
— Ты избран богиней, странник! Она воскресила тебя!
— Не понял, — нахмурился Лекс и посмотрел на меня. — Как это умер? А Метка?
— А вот хрен ее знает, — я развел руками.
Несколько секунд Леха непонимающе смотрел на меня, но вдруг лицо его прояснилось, и он звонко шлепнул себя ладонью по лбу.
— Бли–ин! Во я балбес! Когти же…
И протянул мне оружие Хвата. Я повертел его и увидел светящуюся надпись:
Когти Возмездия.
Тип: кинжалы.
Физатака: +35.
Магатака ядовитыми брызгами: +5.
Бонус: удвоенная скорость атаки.
Штраф: деактивация Метки.
Неповреждаемый.
— Нахрена ты их надел? — взорвался я.
— Не ори, Димыч. Что было делать, магия на эту снежную дрянь не действует, а помочь хотелось. Ну реально не айс стоять и курить бамбук, когда другие гибнут. Да еще такой бонус к атаке. А штраф… не до него было, если честно.
Я устало покачал головой — совсем парень безбашенный — и, обняв Марусю, направился к дому Ормина. Леха поплелся следом, а за ним, перешептываясь, двинулись зенолы.
Солнечные лучи проникли через хрустальное окно потолка и разбудили меня. Я встал, осторожно и тихо, чтобы не потревожить Марусю, и вышел на улицу.
Внимание привлек галдеж, доносившийся с места ночного боя. Там топтались три Горных Великана, окруженные толпой зенолов. Они отчаянно спорили, и я, заинтересовавшись, подошел ближе.
Впереди всех стоял Ормин. Задрав голову, он что–то втолковывал исполинам.
— Пойми, ничего не изменилось.
— Шаман умер, — возразил один из гигантов.
— Верно, но вы не можете нас бросить.
— Дерево погибнет. Великаны уходят.
— Постой, Луррис, — горячился Ормин. — Вы обещали защищать нас от снежити!
— Нет шамана — нет договора. Прощайте.
Покачивая грушевидными головами, великаны развернулись и тяжелым шагом направились прочь. Старейшина с обреченностью посмотрел им вслед, потом повернулся и, увидев меня, схватил за руку.
— Странник, помоги! Я знаю, ты можешь. Защити нас от Детей Бездны!
— Шутишь? — обалдел я. — Как, по–твоему, мне это сделать?
— Уговори великанов вернуться, умоляю! Ты же не зенол, человека с низинных земель они послушают.
Получено задание: Защитить селение зенолов от снежити.
Нормально так? Кто сказал, что я согласен? Но отказать язык не повернулся.
— Хорошо, Ормин, попробую.
Старейшина облегченно выдохнул.
— Благодарю тебя, странник.
— Кто–то из ваших сможет провести ритуал излечения от оборотничества?
Он уныло покачал головой.
— Прости, нет. Это под силу лишь пещерному шаману. Кархум был последним из них. Есть еще его ученик, но он пропал.
Я с неприязнью вспомнил торговца, который так просил не называть Гарраха по имени. Ладно, придется его найти. Или искать другой способ.
Среди стоящих вокруг зенолов тихим шелестом
