Новый старый 1978-й. Книга семнадцатая - Андрей Храмцов
– Ещё что умеешь делать полезного, кроме секса?
– Всего понемногу. Левитация, телепортация, прохождение сквозь стены и невидимость. Материализовывать предметы из воздуха не умею, как ты. Но очень хотела бы научиться.
– Этим займёмся потом. А сейчас мне пора.
– Ты вернёшься?
– Очень на это надеюсь.
– Я буду тебя ждать.
И она меня поцеловала. В первый раз за время нашего знакомства. Даже в постели она старалась избегать этого. Видимо, для неё это было очень серьёзно. За тысячу лет секс превратился для неё в нечто обыденное, а вот поцелуй стал олицетворять очень многое. У обычных женщин было всё наоборот. Многие готовы были целоваться с парнями сколько угодно, но вот дальше – ни-ни. Табу и всё тут. Так еще и издеваться начнут при этом. Что секс, видите ли, будет лишь после свадьбы. Этим только распалят нашего брата, а потом хоть дрова коли, как Челентано. А здесь всё совершенно по-другому. Сначала секс и только потом поцелуй. Этот вариант меня больше устраивал.
Как попасть на «планету-вспышку» мне Эл подробно объяснил, в смысле передал всю информацию о ней при нашей первой и единственной встрече. Это приблизительный перевод её названия. Ведь сразу после Большого взрыва (или, как говорят астрономы, космологической сингулярности), который произошёл почти четырнадцать миллиардов лет назад, первичный материал, из которого потом образовались планеты, представлял из себя кварк-глюоновую плазму. Потом это всё начало быстро остывать. Вот поэтому агрегатному состоянию вещества, оставшаяся без меня, диада и решила назвать эту первую, в этой Вселенной, планету. Для меня, как человека, было проще называть её «планетой-вспышкой».
Именно тогда образовалась материя и антиматерия. Современные учёные считают, что они аннигилировали, превратившись в электромагнитное излучение. Но это не совсем так. Только всё это было в прошлом, а меня волновало моё ближайшее будущее. Я собирался нырять в омут с головой и каковы будут последствия этого непростого шага, я не знал. Даже боги этого не знали.
Поэтому я вдохнул в лёгкие побольше воздуха и телепортировался по координатам, переданным мне Элом. Воздуха я набрал по привычке, думая, что там его нет. Это произошло чисто рефлекторно, так как в этот момент во мне возобладала человеческая природа, а не божественная. Ведь человеком я был намного дольше, чем богом.
Это была моя последняя мысль, которая пришла мне в голову. А затем меня не стало. Я превратился в энергетический сгусток и влился в вечность.
– Кто здесь? – спросило Я.
– Я, – ответило оно.
– Кто я?
– Ты.
– С кем это я разговариваю?
– С самим собой.
Темно. Значит, я ослеп. А что такое «ослеп»? Это что-то из прошлой жизни. Которой? Получается, что у меня их было несколько. Я, кажется, собирался с кем-то встретиться. Но раз я с кем-то разговариваю и мне кто-то отвечает, значит я встретился.
Свет. Яркий, режет глаза. У меня есть глаза? И где я? Везде.
И тут я вспомнил всё. Да, как в том американском фильме с коротким одноименным названием. Я вспомнил все свои жизни. А у меня их оказалось много. Я, действительно, был везде. И это было не только географическим понятием вселенского масшаба. Это также имело непосредственное отношение к физической величине времени. Я одновременно был в настоящем, прошлом и будущем.
Человек такого выдержать просто не смог бы. Но я им был. Я хотел им быть, поэтому так и было. Я мог захотеть быть кем и чем угодно и я им бы стал, но я хотел быть именно человеком. Так мне было проще и привычней. Моё тело висело в космосе. И я сам был этим космосом. Во мне звучала божественная музыка сфер, которую я раньше не слышал.
Получилось так, как я и хотел. Моё Я стало доминантным и поглотило диаду. Я её даже не ощущал. Я ощущал себя Творцом, Создателем этой Вселенной. Во мне теперь находилась первичная энергия, которая без моего контроля знатно накосячила. И теперь придётся мне исправлять все эти, теперь мои, косяки. Я, кстати, уже начал это делать, будучи Андром.
При воспоминании об этом, моих губ коснулась грустная улыбка. Как я был наивен и прямолинеен. Но это был тоже я. Я тогда не знал, что случилось на Пране триста лет назад. Теперь я знал и об этом. Да, именно там один из предтеч-архонтов был убит и его кровь попала в местный водный источник. Собираясь в сгустки, она застыла и превратилась в красноватую руду, из которой потом стали выплавлять металл для колец. А также из него был сделан мой «убийца богов».
Предтечи сейчас находились в одиннадцатом пространственно-временном измерении, где попали в ловушку. Эту ловушку создала первичная энергия, которая теперь является моей составной частью. Я мог их вызволить оттуда хоть сейчас, но пусть они остаются пока там. С ними я разберусь чуть позже. Слишком непростыми созданиями они оказались.
Я теперь мог видеть, что сейчас делают мои жёны. Они ещё спали и я даже подсмотрел, что им снилось в этот момент. Они видели во сне меня и наших будущих детей. Я теперь мог навеять им любые сны, но эти были самые лучшие. Поэтому я не стал им мешать. Пусть смотрят то, что придумало их собственное подсознание, а не я.
Мне теперь стоило только подумать и я уже был там, где я хотел. Я посмотрел, как образуются чёрные дыры и взрываются сверхновые. Как вращаются спиралевидные Галактики. На это у меня ушла целая вечность, которая уместилась в секунду. Я даже успел побывать в точке Большого взрыва и вернуться назад. Что теперь для меня четырнадцать миллиардов лет? Всего лишь мгновение.
Мне легко удалось искривить пространство и создать ещё одну параллельную ветку миров. Я заселил их людьми, созданными по моему образу и подобию, и воплотил им богов. Мне для этого даже не надо было никуда перемещаться. Я просто мыслил и всё вокруг создавалось, подчиняясь этой моей мысли.
Затем мне пришла мысль посмотреть на колонию арахнидов. Увидев две сотни планет, захваченных ими, я понял, что нам было бы довольно сложно быстро уничтожить эту заразу даже с учетом того, что я тогда был богом. Я узнал, что после стольких поражений, понесённых от меня и моих космодесантников, они решили оставить нас в покое и направить свою экспансию в соседнюю Галактику. Я мог их уничтожить прямо сейчас, но тогда что останется делать моим головорезам? Нет, пусть они воюют обычным способом и проявляют мужество вместе с героизмом. Ведь не у всех
