Дома смерти. Книга I - Алексей Ракитин
Там они слушали музыку, трепались и славно провели время аж до 15 часов. И это согласно показаниям самого Джона Бэйза! Согласитесь, ничего общего с тем, что рассказывала об этом же интервале времени Шейла Шарп! Кстати, есть очень хорошее подтверждение тому, что описанное посещение имело место именно 11 апреля 1981 г., а не в какой-либо другой день. Дело в том, что именно 11 апреля по многим американским ТВ-каналам велась прямая трансляция подготовки к первому запуску «Спейс шаттла» — «Колумбии». «Колумбия» взлетела в 07:03 минуты 12 апреля по местному времени с мыса Канаверал, т. е. в 4 часа утра 12 апреля по Тихоокеанскому времени, по которому жила Калифорния. Именно за сутки до старта и началась прямая трансляция, не прекращавшаяся все 24 часа. Джон Бэйз припомнил, что Дэйн Уингейт, лёжа на диване в его комнате, с интересом наблюдал за репортажем с мыса Канаверал, и это могло быть только 11 апреля и ни в какой другой день!
Это очень интересная деталь, которая сразу добавляет достоверности всем показаниям Бэйза. Во время валяния на диванах и обсуждения планов на вечер Джон и Дэйн решили не ходить на вечернюю дискотеку, а двинуть прямиком домой — в «Кедди резёт». Предполагалось, что Дэйн Уингейт заночует у Шарпов.
Приняв это решение, парочка попрощалась с Джоном Бэйзом и отвалила прочь. И не куда-нибудь, а на автозаправочную станцию «Exxon», где Джон Шарп и Дэйн Уингейт «светились» потом весь вечер. Дружки, по словам Джона Бэйза, ушли от него около 15 часов.
И полиции даже удалось отыскать человека, доставившего Шарпа и Уингейта на автозаправку. Этим человеком оказалась некая Донна В., знавшая в лицо обоих юношей и согласившаяся их подвезти в своей автомашине. Правда, по её словам, случилось это несколько раньше — около 13 часов, но разночтение с показаниями Джона Бэйза в данном случае не выглядит принципиальным — дамочка на самом деле могла и не фиксироваться на времени, для неё это была всего лишь рядовая любезность, о которой она бы и не вспомнила, если бы не узнала, что через несколько часов юноши будут убиты.
Итак, в районе 15 часов, скорее позже, чем раньше, Джонни Шарп и Дэйн Уингейт появляются на автостоянке «Exxon» и начинают якобы «ловить попутку» в «Кедди резёт». И «ловят» чуть ли не 8 часов, что само по себе довольно странно — за это время до «Кедди резёт» можно было добраться даже вприсядку по-утиному.
Но речь даже не об этом. Предполагаемые последовательности событий № 1 и № 2 находятся в непримиримом противоречии. Во втором случае мы видим, что Джон и Дэйн в середине дня вообще не появлялись в доме № 28 и вовсе не планировали идти на дискотеку на горе Хуг. Описанные противоречия не устранены до сих пор, следствие не озаботилось тем, чтобы развенчать лжецов, давших явно неправдивые показания. Читатели могут сами задуматься над тем, какая из двух описанных последовательностей правдива и, выбрав тот или иной ответ, решить, чем вызвано появление совсем другого рассказа? Ведь какая-то же причина для этого существовала, и причина очень веская.
Американские исследователи трагедии в «Кедди резёт» довольно много обсуждают эту тему и, в зависимости от выбранной точки зрения, склоняются к различным версиям случившегося. Нам тоже придётся это сделать, но не сейчас, а позже, поскольку изложение фактов в своём настоящем виде явно неполно и требует дальнейшей детализации.
Поэтому отложим до времени гипотезы и логические умопостроения и вернёмся к событийной стороне расследования.
Итак, помимо опроса свидетелей и проверки поступавших подозрительных сигналов, следствию в первые же часы пришлось заняться проверкой лиц, внезапно покинувших Кедди или Квинси либо незадолго до трагических событий в доме семьи Шарп, либо сразу после них. Логика подобной проверки была довольно очевидна — преступник заблаговременным отъездом мог обеспечить себе alibi, и такой отъезд мог быть одним из элементов подготовки убийства.
О бедолаге Гуди Уэйне, уехавшем из «Кедди резёт» в Сан-Хосе непосредственно в ночь убийства, уже было упомянуто в очерке. Но объективности ради следует признать, что Гуди оказался далеко не единственным, кого полиция Калифорнии и ФБР побеспокоили в связи с расследованием убийств в доме № 28.
Так, выяснилось, что некий Карл К., внешне напоминавший одного из двух человек, нарисованных полицейским художником по рассказу Джастина Исона, проживал в Кедди вместе со своей подружкой Мишель М. И Карл, и Мишель неоднократно бывали в «Кедди резёт», выпивали в тамошнем баре, знали практически всех обитателей местечка — от повара Мартина Смартта до Гленны «Сью» Шарп и её своенравного старшего сына. Парочка неожиданно уехала 1 апреля 1981 г., т. е. за 10 дней до преступления. Правоохранительные органы посчитали такой отъезд подозрительным и предприняли активные меры по их розыску и последующей проверке alibi. Драматизму этой истории, точнее, подозрительности, добавило то обстоятельство, что Карл имел несчастье заехать в Кедди на несколько часов 10 апреля, т. е. накануне трагических событий в «Кедди резёт». На розыски таинственного молодого человека и его подруги были брошены большие силы полиции, их искали по всей Калифорнии. И, в конечном счёте, нашли. Непричастность к преступлению обоих любовников была тщательно проверена и сомнений не вызывала — на своё счастье они имели alibi, снимавшие с них все подозрения. Но сам по себе этот эпизод заслуживает быть упомянутым.
В чём-то схожая история приключилась со студентом колледжа Стивеном Л. Он занимал комнату в отеле в «Кедди резёт» (не следует забывать, что там сдавались не только домики, но имелся и гостиничный корпус с обычными номерами. Кстати, по воспоминаниям многих современников, отель в техническом отношении был оборудован намного лучше гостевых домиков, и потому многие приезжие из Сан-Франциско предпочитали снимать именно номера в отеле, а отнюдь не отдельные домики в лесу). 10 апреля Стивен уехал, сообщив портье, что будет отсутствовать на протяжении пасхальных каникул, т. е. примерно неделю. Стивен знал погибших, по крайней мере, визуально, и отъезд молодого человека также спровоцировал лихорадочную поисковую операцию полиции Калифорнии. Стивена отыскали в доме родителей, он и не думал куда-либо прятаться и о трагедии в доме № 28 ничего не знал. Он был допрошен, alibi его нашло полное подтверждение, и этот человек перестал быть интересен правоохранительным органам.
В этом месте, пожалуй, пора приостановить изложение фактических деталей расследования и уделить внимание тому, что обычно принято выражать словосочетанием «виктимологический анализ», т. е. рассмотреть повнимательнее жизненные
