Разговор с трупом. О самых изощренных убийствах, замаскированных под несчастные случаи - Филипп Боксо
Для идентификации человека могут использоваться и другие методы, но я предпочел ограничиться лишь самыми главными. Развитие криминалистики продолжается, и я не сомневаюсь, что в ближайшие годы наука преподнесет нам немало сюрпризов в этой области.
Спонтанное самовозгорание и другие гниения
После наступления биологической смерти, post mortem, тело подвергается изменениям в соответствии с тремя сценариями, основной из которых – гниение, а остальные – мумификация и сапонификация, оно же омыление (процесс превращения жирных кислот в мыло и спирты под действием щелочи).
Когда мы умрем, наше тело больше не будет производить энергию, что, в свою очередь, приведет к смерти клеток.
Произойдет то, что называется трупным аутолизом, то есть самоперевариванием тканей из-за нехватки энергии для обеспечения их жизни. Все клетки организма не умирают одновременно, так как некоторые из них результативнее сопротивляются недостатку кислорода. В первую очередь отмирают клетки нервной системы (особенно те, из которых состоит мозг), а также клетки сердца.
После гибели клеток происходит второй феномен – гниение. В первую очередь оно связано с гнилостными бактериями, обитающими в нашем кишечнике. После смерти человека эти бактерии выходят за пределы своей обычной зоны обитания и могут пройти через стенку кишечника, благодаря чему достигают кожного покрова, причем сначала – в нижней части брюшной полости, там, где толстая кишка соединяется с брюшной стенкой (а точнее, в правой подвздошной области, так как именно здесь слепая кишка прилегает к передней брюшной стенке). В этом месте по прошествии периода от 24 до 48 часов после смерти появляется зеленое пятно (мы это называем трупной зеленью), которое постепенно увеличивается, и в конечном счете весь кожный покров приобретает темно-зеленый цвет.
Одновременно эти бактерии образуют гнилостные газы, увеличивающие объем тканей организма: они раздуваются и создается впечатление, что они в любой момент могут вырваться наружу (такой труп мы называем гигантским). Эти газы состоят из метана, сероводорода, аммиака, меркаптана и диоксидов серы и обладают характерным запахом, который сложно с чем-либо спутать.
Эпидермис отделяется от дермы в результате совместного действия не только гнилостных газов, но и гнилостных жидкостей, образуя поверхностные плоские пузыри – так называемые фликтены. От внешней среды их отделяет только тонкий эпидермальный слой. Фликтены очень хрупкие и лопаются при малейшем прикосновении, разливая находящуюся внутри них жидкость – она имеет сильный запах, который долго держится на всех типах ткани.
Если однажды столкнуться с этими запахами, их уже не забудешь. Но хуже всего то, что после формирования прочной ассоциации этого запаха с трупом, есть любую пищу даже с легким душком становится невозможно. Однажды я оказался в ресторане с друзьями-охотниками по случаю окончания охотничьего сезона. Мы хотели поесть блюда из мяса молодого кабана и оленины, хотя сам я не охотник и ем мясо дичи очень редко. Молодой кабанчик, которого нам принесли, был немного «с душком» – мясу специально дали немного полежать для приобретения более яркого вкуса. Только прикоснувшись к нему, я сразу же понял, что есть его не смогу – у дичи был вкус разлагающегося трупа. Не стоит беспокоиться: я никогда не ел разлагающуюся человечину, но тем не менее мне знаком ее вкус. Все объясняется человеческой физиологией. Дело в том, что запахи гниения смешиваются со слюной, тем самым создавая некоторое вкусовое ощущение, в то время как центры обоняния и вкуса взаимодействуют друг с другом и обусловливают причинно-следственную связь: если чувствуешь запах, то можешь попробовать и на вкус. То же самое относится и к запахам разложения. Так что молодым кабанчикам, ланям и другим диким животным ничего не угрожает – я никогда больше к ним не прикоснусь!
Уже после вздутия тканей, появления фликтенов и отслоения эпидермиса у трупа происходит выпадение языка и глазных яблок.
Во всех полостях тем временем скапливаются гнилостные газы – главным образом в брюшной полости, из-за чего она увеличивается в объеме, а давление повышается до такого уровня, что это нередко приводит к выделению мочи, фекальных масс и даже выпадению прямой кишки через анус или матки через вагину. Для достижения этой стадии с момента наступления смерти должно пройти от 2 до 3 недель при окружающей температуре около 18 °C. Через несколько недель цвет трупа становится темно-зеленым или даже черным.
Через несколько месяцев сохраняются только более прочные органы: матка, простата и сердце, а также связочная система, соединяющая мышцы со скелетом. В наших широтах на открытом воздухе такое состояние наступает приблизительно через 12–18 месяцев, после чего возможно последующее скелетирование трупа – на него, опять же с учетом нашего климата, уходит около 3 лет.
Это все, что касается изменений тела умершего человека, пусть и в очень кратком изложении. Другие детали представляются мне лишними. Но также тело может избежать (по крайней мере, частично) гниения, мумификации или сапонификации.
Мумификация происходит в случае намеренного обезвоживания тела или если окружающий воздух очень сухой.
Необходимости в очень высокой температуре для мумификации нет. Широко распространено представление о том, что жара создает отличные условия для мумификации тела, так как в голову сразу же приходят мысли о египетских мумиях. В Египте – стране, расположенной вдоль пересекающей всю пустыню реки, – действительно очень жарко. Без Нила Египет был бы сплошной и невыносимо жаркой пустыней. Но если бы для мумий требовалась только жара, то их находили бы и в тропиках, и в экваториальных джунглях – вот только там слишком влажно. Для мумификации нужна не жара, а сухость.
В отличие от мумификации, сапонификация тела, или жировоск (адипоцир), представляет собой то состояние, в которое превращаются тела
