Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX – XX столетий. Книга XI - Алексей Ракитин
Актёрские ужимки помогли Эрвилу мало, суд приговорил его к пожизненному заключению без права досрочного освобождения. На тяжесть приговора повлияла, без всяких сомнений, осведомлённость суда о том, что преступления ЛеБарона не ограничиваются убийством Оллреда, хотя судили его именно за это.
Для Айзека, принявшего на себя риск свидетельствовать против отца, всё закончилось не очень хорошо. Через несколько лет — 21 июня 1983 г. — он погиб в автомобильной аварии. Он был совсем молод — всего 20 лет! — и смерть его породила определённые подозрения. Официально было заявлено, что он покончил с собою, но так ли это было в действительности, никто сказать не мог.
Эрвил был направлен в тюрьму в местечке Дрейпер, известную как строгостью режима содержания, так и тяжёлыми климатическими условиями. Днём его содержали в камере с 5-ю другими заключёнными, а на ночь переводили в одиночку. Администрация тюрьмы широко практиковала принятые в Юте нормы содержания, в частности, опасных преступников часто не выпускали на прогулку. Особой «фишечкой» тюремщиков в «Дрейпере» являлось отключение вентиляции в особенно жаркие дни. Формально это объяснялось перегрузкой сетей, но так ли это было на самом деле, сказать сложно. Когда вентиляция отключалась, Эрвил ЛеБарон укладывался спать на цементный пол своей камеры — так было легче переносить ночную духоту.
Какое всё-таки унижение для человека, всерьёз говорившего о себе как о «Пророке Господа» и считавшего себя Его «устами»!
Молодой Эрвил ЛеБарон всем своим видом излучал самодовольство и фальшивую респектабельность. Вся жизнь Эрвила оказалась ложью и недостойным мужчины кривлянием… Добротный костюм и хорошая машина скрывали неприглядную правду мормонской жизни — запуганных жён, функционировавших в режиме свиноматок, и необразованных детей, эксплуатируемых и несчастных. Мормоны довели идею патриархата до крайних форм мужского эгоизма, придав ей вид гротескный, безумный и жестокий. Постоянно твердя о семейных устоях и традициях, они лишили семейную жизнь любви и теплоты. Удивительно то, что они сами не могли понять бесчеловечность того уклада жизни, что навязывали детям.
Находясь в Дрейпере, Эрвил ЛеБарон написал пространный трактат на более чем 400-ах страницах, в котором, помимо рассуждений на узко мормонскую тематику, перечислил всех тех, кто его обидел и кого надлежало уничтожить. Рукопись эту, получившую многозначительное название «Книга новых заветов», Эрвил передал на волю, где её впоследствии размножили. Выяснилось это отнюдь не сразу. Прошло довольно много времени, прежде чем власти узнали о существовании некоего важного «теоретического» документа, передаваемого из рук в руки последователями Эрвила. В силу понятных причин точное содержание его неизвестно; если, к примеру, рукопись Карла Панцрама вполне себе доступна и прочесть её может каждый, то эпистолярное наследие Эрвила ЛеБарона спрятано от глаз обывателя подальше.
В своём опусе осуждённый глава «церкви» поименовал более 50-ти человек, повинных, по его мнению, в обрушившихся на его голову неприятностях. Это и агенты ФБР, и судьи, и дети, и адепты «церкви»…
Впоследствии ФБР провело расследование того, как именно ЛеБарон мог написать и передать на свободу эпистолу подобных размеров. Нет сомнений, что была реализована какая-то коррупционная схема с участием сотрудников тюрьмы. Эрвилу не только передали письменные принадлежности, а затем обеспечили передачу написанного нужным людям, но и создали условия для литературной работы. Собственноручно накропать 500 страниц пусть даже самой дичайшей демагогии не так-то просто — для этого надо иметь более или менее удобное рабочее место, время, а также возможность сосредоточиться. В тесной камере с 5-ю другими заключёнными заниматься литературным трудом вряд ли получится, значит, имело место нарушение режима содержания под стражей. И очевидно, что нарушение это допускалось не за красивые глаза сектантского лидера, а за вполне осязаемое материальное вознаграждение.
16 августа 1981 г. власти штата Юта официально заявили о смерти Эрвила ЛеБарона в тюремной камере. Уже в первые часы после появления сообщений на сей счёт последовали уточнения о некриминальном характере смерти. Сначала журналистов проинформировали о самоубийстве «пророка», совершённом посредством приёма сверхдозы наркотика. Затем последовало уточнение, из которого можно было заключить, что Эрвил ударил сам себя… рукой по горлу, и это привело к удушению. В конце концов, появился рассказ о том, что заключённый имел больное сердце, плохо переносил жару и умер именно от сердечной недостаточности. И если вы сейчас станете читать что-либо о жизни и смерти Эрвила ЛеБарона, то увидите, что прочесть можно самое разное.
Как же в действительности развивались события той ночи? Капитан Гарольд Веллинг (Harold Welling), начальник отделения строгого режима в тюрьме «Дрейпер», в своём официальном докладе руководству сообщил, что на протяжении 15 августа 1981 г. Эрвил ЛеБарон в полном соответствии с действовавшими правилами содержался в камере с 5-ю другими узниками и никаких жалоб не заявлял. В назначенное время он занял место в своей одиночной камере, в которой в 23 часа был выключен свет. В 01:30 16 августа сотрудник конвойной службы во время обхода прошёл мимо камеры Эрвила и увидел, что тот отжимается от пола. Это было нормальное для «Пророка» занятие, и конвойный спокойно прошёл мимо.
Через 2 часа — в 03:30 — при следующем обходе конвойный видел Эрвила неподвижно лежащим на полу камеры. Поскольку ночь была очень жаркой и заключённый прежде частенько засыпал на полу, конвойный не обратил на это внимания, посчитав, что с заключённым всё в порядке.
При побудке в 05:30 Эрвил ЛеБарон с пола не поднялся. Конвойный в сопровождении тревожного наряда отпер камеру и вошёл внутрь. Эрвил ЛеБарон был мёртв, его руки находились возле шеи, на которой была заметна деформация. На топчане сотрудники тюрьмы увидели лист бумаги с написанным от руки предложением, гласившем: «Я ухожу на встречу с Создателем» («I’ve gone to meet my maker»).
Обращает на себя внимание весьма необычный способ самоубийства — удар в собственное горло. Подобный удар, разумеется, может убить, но смерть будет не быстрой и весьма мучительной —
" alt="Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX-XX столетий. Книга VII - Ракитин Алексей Иванович">