Стинг. Сломанная музыка. Автобиография - Стинг

На прием приходят Джерри и некоторые из музыкантов Phoenix и Big Band. Мы встаем вокруг пианино, и я пою пару песен для невесты, после чего трезвый как стекло в одиночестве возвращаюсь в дом родителей.

Церковь Св. Павла стоит на берегу реки Тайн, целеустремленно впадающей в пучины Северного моря. Чуть ниже церкви на берегу стоит памятник адмиралу Коллингвуду[25], который участвовал в Трафальгарской битве и был вторым по воинскому званию после Нельсона. Хороший, холодный и ветреный день, над головой безбрежная даль синего неба. Мы с Китом входим на территорию старого кладбища вокруг церкви, и я вспоминаю известную цитату Нельсона: «Англия ждет, что каждый выполнит свой долг»[26]. Именно такой у нас сегодня с Китом настрой.

Мы не планировали помпезной и гламурной свадьбы. В окружении весенних цветов церковь выглядит чудесно, а внутри столбы утреннего солнца пробиваются сквозь витражи на окнах. На мне синий вельветовый костюм с галстуком, я чувствую себя счастливым и немного нервничаю. В кармане Кита лежит обручальное кольцо, купленное мной в прошлые выходные на рынке Портобелло. Я точно знаю, что кольцо у него, потому что в машине просил проверить его наличие. Мне кажется, что Кит волнуется больше, словно женюсь не я, а он.

В церкви Джерри играет на старом органе что-то из Иоганна Себастьяна Баха, нечто, что он упорно разучивал целую неделю. Ступни его ног изо всех сил давят на педали, нагнетая воздух в меха. На его лице сосредоточенное выражение: как истинный музыкант, он хочет сыграть произведение правильно, без ошибок.

Церковь заполнена где-то на треть. С одной стороны центрального прохода сидят родственники и друзья невесты, с другой – мои. Мы с Китом идем по проходу, и в конце второго ряда я замечаю Баттонса, на шею которого повязали огромный синий бант. Вид у собаки несчастный, как будто у нее украли любимую косточку. Я подмигиваю псу и глажу его по голове, а тот тихо и угрожающе рычит. Сидящая рядом с ним Лена шикает на пса.

Моя мама уже плачет, хотя улыбается при виде меня. Ее лицо блестит и распухло от слез. Отец уставился в висящее над алтарем распятие. Бабушка выглядит счастливой и довольной, на ее голове новая шляпка, а вот у старого Тома такой вид, словно он хотел бы находиться где-нибудь в другом месте. Тем не менее дед привел себя в порядок ради торжественного случая – он аккуратно причесан, волосы разделены пробором, идущим ровно посредине головы.

В ожидании появления невесты я принимаю волевое решение, что мой брак с Фрэнсис не станет таким, каким стал брак моих родителей. Джерри начинает играть следующую прелюдию, которая резко обрывается, потому что появляется невеста в сопровождении своего отца. Органист тут же импровизирует марш. На Фрэнсис белое хлопковое платье, ее черные волосы украшены цветами, она смотрит мне в глаза. Плач моей матери входит во вторую, более интенсивную фазу. Лена бросает на нее задумчивый взгляд. Отец невесты идет рядом с дочерью и широко улыбается людям, сидящим по обе стороны прохода.

Священник проводит облегченный вариант брачной церемонии. За исключением того что Кит слегка замешкался с кольцом, все проходит гладко. Фрэнсис произносит слова клятвы с актерской уверенностью, я тоже стараюсь говорить красиво и убедительно. Дело сделано. И вот мы идем по проходу уже как муж и жена. Джерри больше не в состоянии себя сдерживать и начинает играть The Tokyo Blues, что, возможно, приходится не по душе глубоко религиозным людям, но лично меня выбор мелодии вполне устраивает.

После этого мы собираемся в ресторане на противоположной стороне церкви. Джо берет слово и хорошо поставленным голосом с сильным ирландским акцентом произносит: «Мне говорили, что, когда мне придется выступать по такому поводу, как этот, я должен буду встать, что-то громко сказать, а потом заткнуться!» Произнеся эти слова, он снова садится.

После нескольких скомканных поздравлений от людей, которые не привыкли произносить речи, настает время прощаться. Мы с Фрэнсис и собакой садимся в автомобиль. Все машут нам руками, словно мы отправляемся в путешествие как минимум в Америку. На самом деле мы направляемся в расположенный в девяноста километрах замок Бамбург. В качестве медового месяца мы в состоянии позволить себе переночевать в небольшой гостинице рядом с этим замком. Из окна нашего номера открывается великолепный вид на замок, стоящий на холме между серым морем и песчаными дюнами. Замок был построен королем англов Идой. В этих местах рядом с островом Линдисфарн Роман Полански снимал картину «Макбет». Замок на вершине холма, а также кровавая история, связанная с ним, является, возможно, не лучшим началом для счастливого брака, но тем не менее его вид останется в моей памяти, и с годами тот период моей жизни со всеми его поворотами станет для меня ясней и понятней. В этих местах родилась национальная героиня Великобритании Грейс Дарлинг, которая в сильный шторм выплыла в море на лодке и спасла людей с тонущего корабля «Фортафшир». В XIX веке Грейс считалась олицетворением женщины-героини. Маленькая лодка, в которой девушка совершила свой подвиг, находится в музее. Думаю, это ветхое суденышко может легко затонуть даже в штиль, и сложно представить себе, как оно смогло пережить шторм. Вид этой лодочки и воспоминания о ней также надолго останутся в моей памяти.

Ощущения после свадьбы довольно странные: мы неожиданно стали как два незнакомых человека, стесняемся, ведем себя неуверенно и робеем, хотя в церкви перед публикой вели себя так уверенно. Днем мы гуляем вокруг древнего кладбища, рассматриваем разбросанные между кустами сирени замшелые могильные камни, размышляем о жизнях, прожитых теми, кто лежит в этих могилах. Некоторые из похороненных здесь прожили совсем недолго, а некоторые – до старческих седин. Среди могил есть захоронения супругов, умерших в один и тот же год, словно оставшийся в живых больше не хотел быть на этом свете после смерти партнера. Мы осознаем, что игры закончились, что брак влечет за собой серьезные обязательства и каждый из нас должен бережно относиться к своему партнеру. Облако ненадолго закрывает солнце, начинает дуть прохладный ветер, гнутся ветки цветущей сирени, и мы возвращаемся в тепло гостиницы.

7

Я твердо решил, что эта учебная четверть будет для меня последней. У нас скоро должен родиться ребенок, и я понимаю, что мы должны переехать