Блатной: Блатной. Таежный бродяга. Рыжий дьявол - Михаил Дёмин

– Ну и что ж в нем страшного?

– Да все. – Она зябко передернула плечами. – Не зря же его боится эта шпана! Он у них за главного.

– Откуда ты все это знаешь? – удивился я.

– Да уж знаю. Я как-то ездила в Подтесово, там у меня крестная живет, и встретила их всех вечерком на пристани. И этого типа, и других ребят. И Клавку твою тоже.

– При чем здесь Клавка? – досадливо сказал я. – Вовсе она не моя. И не о ней сейчас речь! Так продолжай! Значит, ты встретила их, и что?

– У них там какой-то спор начался. Ну, и этот тип как на них цыкнул, так они сразу все притихли. А потом он стал их упрекать в чем-то…

– В чем?

– Ну, этого я не поняла. Не разобрала… Слышала только, как он бранился. Мол, все – зола! Мол, я блевать на это хотел!

– Что-о? – встрепенулся я. – Он так и сказал: не «плевать», а «блевать»? Ты не ошиблась? И это словечко: «зола»…

– Ну да, – кивнула она, – так и сказал. Какая тут может быть ошибка? Слава богу, на память я пока не жалуюсь. Но в чем дело? – Она посмотрела на меня внимательно. – Почему ты вдруг переполошился?

В этот момент ее кто-то позвал из глубины зала, и она убежала. А я остался сидеть, взволнованный внезапной догадкой.

С глаз моих словно бы спала пелена. Все мгновенно прояснилось… Я опять припомнил Очуры, и несчастного Алешу Болотова, и его рассказ о таинственном главаре «Черной кошки». Стремясь поточнее обрисовать этого типа, Алеша привел тогда некоторые характерные для него выражения. И вот сейчас я совершенно неожиданно услышал их в пересказе Верочки. Оба они говорили об одном и том же человеке, это было бесспорно! И я теперь отлично знал, кто это такой.

И с содроганием я подумал о том, какая грозная опасность нависла над Семеном Потаниным…

Закончив дела – обслужив очередного клиента, – Верочка снова подошла ко мне. И, глядя на милое ее лицо, простодушное, свежее, окрашенное нежным румянцем, я почувствовал, что вся моя надежда теперь только на нее.

– Послушай, Верочка, – обратился я к ней осторожно, – нам надо серьезно поговорить. Присядь-ка, пожалуйста. Скажи, ты откуда родом? Ты здешняя?

– Да, – ответила она удивленно. – Енисейская. И вся моя родня тоже. Мы коренные.

– А район этот ты хорошо знаешь? В тайге ведь бывала?

– Бывала. – Она дернула плечиками. – Не везде, конечно. Но может, ты все же объяснишь?

– В ближней тайге, на запад отсюда, есть место, называемое 47-я верста.

– Ну, так. Знаю. И дальше что?

– Мне необходимо срочно добраться туда, – пояснил я. – Или, еще лучше, найти бы кого-нибудь, кому это место знакомо, кто уже бывал там не раз.

– Гм, кого же тебе порекомендовать? – Верочка задумалась на минуту. – Тебе, конечно, соваться туда не стоит. Еще утопнешь! Там много мелких озер, есть зыбуны… А вообще-то наши охотники на 47-ю часто наведываются – стреляют уток… Но кого же? – Она вздохнула. – Так сразу, право же, трудно сообразить.

– Надо подыскать человека надежного, которому я мог бы довериться.

– Но что ты задумал? В самом-то деле!..

– Просто хочу передать одному парню записку. Предупредить его… И учти: для него это вопрос жизни и смерти.

Очевидно, в лице моем что-то дрогнуло при этих словах, что-то слегка изменилось. И Верочка тотчас же это уловила. Вероятно, она начала уже кое о чем догадываться…

– Так говоришь – вопрос жизни и смерти? – повторила она медленно. – Да, тут требуется хорошо подумать.

– Думай. Только не тяни, дело спешное!

Верочка покивала рассеянно. И вдруг всплеснула руками.

– Ну конечно, – воскликнула она, улыбаясь, – как я могла забыть?! Есть такой человек. Вот уж кто абсолютно надежный.

– Ты о ком?

– Об одном биологе, студенте.

– Но, позволь, какое же отношение может иметь студент?..

– Самое прямое.

И она, близко придвинувшись ко мне и обдав меня медовым запахом волос, торопливо стала объяснять, что там, на 47-й версте, учреждена звероводческая ферма, на которой постоянно дежурят молодые биологи, наблюдающие за какими-то водоплавающими животными, то ли за бобрами, то ли за норками. И один из этих ребят, Витя, каждую пятницу приезжает в Енисейск. Берет почту, закупает продукты. И сейчас он еще может быть в городе, если, конечно, не поспешил уехать.

– Ну так идем немедленно к нему! – Я вскочил нетерпеливо. – Ты знаешь, где он тут обитает?

– Конечно, – сказала она, – ихний отряд снимает постоянный номер в центральной гостинице.

– Стало быть, это рядом.

– В двух шагах. Но погоди. – Она оглянулась озабоченно. – Я ведь не могу так сразу уйти, надо отпроситься…

Малое время спустя мы уже были в гостинице и беседовали с Витей. Мы застали его буквально в последнюю минуту.

Долговязый, худой, в квадратных очках, в сером свитере с отвисшим воротом, он сказал, завязывая тесемки большого, плотно набитого рюкзака:

– Это просто случайность, что я оказался здесь. Вообще-то я давно уже должен был бы быть в тайге. Но застрял. Сами понимаете: город, соблазны всякие… В кино вот сходил, не утерпел.

Затем он поинтересовался целью столь позднего визита. И я заговорил о старателе Семене Потанине, который, судя по всему, бродит где-то в тех же самых местах…

Витя сказал сейчас же:

– А! Этого знаю. Мы иногда у него свежее мясо покупаем, дичину всякую. Глухарей, куропаток, уток.

– И часто вы с ним видитесь?

– Не очень. Так, от случая к случаю.

– Но если, скажем, он вам срочно понадобится, вы его можете разыскать?

– Разыскать вряд ли… Но сигнал ему подать могу.

– У вас, значит, существует определенная система сигнализации?

– Самая примитивная, – сказал усмешливо Витя, – какая была еще у неандертальцев… Делаем два костра – два дыма. И все. Ну и Семен обычно отзывается, приходит. Если, конечно, не очень занят.

– У меня к вам большая просьба: завтра утром, как рассветет, непременно постарайтесь его вызвать. Зажгите самые дымные костры. Это очень важно. Понимаете, очень!

– Вопрос жизни и смерти, – быстро вставила Верочка.

– Вот даже как! – проговорил Витя. И сразу же лицо его посуровело.

– Да, да, – подтвердил я, – именно так. И когда он явится, передайте ему эту записку.

Я тут же достал блокнот, вырвал чистую страничку и написал размашисто:

«В воскресенье домой не приходи. Будь осторожен. Помни о Каине».

И, аккуратно сложив листок, протянул его Вите. Тот крепко зажал записку в кулаке. И проговорил, выпячивая нижнюю челюсть:

– Ладно. Если уж такое дело, разыщу. Передам.

– А на чем вы, кстати, едете? – спросил я. – У вас есть транспорт?