Карл Маркс. Человек, изменивший мир. Жизнь. Идеалы. Утопия - Дэвид Маклеллан

Первая реальная угроза положению Маркса в Генеральном совете возникла в конце 1865 года со стороны последователей Мадзини, которые не простили Марксу столь радикального изменения их первой версии инаугурационной речи и особенно возражали против «классового» характера идей Маркса. Маркс описал эти события в письме к своей кузине Наннетте Филипс: «Во время моего отсутствия <…> Мадзини приложил все усилия, чтобы разжечь бунт против моего руководства. Лидерство никогда мне не нравилось. Я всегда вспоминаю вашего отца, который сказал: “Осел никогда не будет любить своего хозяина”. Мадзини, который не скрывает своей ненависти к свободной мысли и социализму, ревниво следит за прогрессом нашей ассоциации. Он интригует с некоторыми английскими рабочими, вызывая в них ревность к “немецкому” влиянию. <…> Он, несомненно, действует искренне, ибо ему отвратительны мои принципы, которые для него запятнаны самым преступным “материализмом”» [38]. В ответ Маркс созвал к себе всех иностранных секретарей для совместной борьбы с последователями Мадзини, которые после этого отказались от всякого сотрудничества с Интернационалом [39]. В сентябре 1866 года Маркс был предложен на пост председателя Генерального совета, но отказался, сославшись на то, что эту должность должен занять рабочий, и был избран Оджер. С самого начала Маркс рассматривал Англию как стержень Интернационала. Через несколько месяцев после основания Интернационала он писал Кугельману: «Я во сто раз предпочитаю свою деятельность здесь Интернационалу. Влияние на английский пролетариат имеет огромное значение» [40].

В Генеральном совете Маркс официально отвечал за Германию, от которой был секретарем-корреспондентом. Но, несмотря на то что он придавал большое значение распространению влияния Интернационала в Германии, Маркс мало чем мог похвастаться в своих усилиях в течение первого года. Лассаль умер за несколько недель до основания Интернационала, и его партия, ADAV (Всеобщий германский рабочий союз), единственная существующая рабочая организация в Германии, столкнулась с проблемой лидерства, а также со спорами о централизованной организации партии и ее отношении к политике Бисмарка. Партия не стала достаточно единой, чтобы вступить в Интернационал, пока в 1866 году контроль над ней не получил Жан-Батист Швейцер, талантливый юрист аристократического происхождения и редактор партийной газеты Sozialdemokrat[142]. Маркс на всю жизнь сохранил глубокую антипатию к наследию Лассаля, «Ришелье пролетариата», который хотел продать рабочий класс Бисмарку [41]. «Несомненно, – писал он Швейцеру, – последует разочарование в нечестивых иллюзиях Лассаля относительно социалистической инициативы со стороны прусского правительства. Логика вещей рассудит. Но честь рабочей партии требует, чтобы она сама отвергла подобные фантазмы, прежде чем на собственном опыте убедится в их пустоте. Рабочий класс либо революционен, либо он ничто» [42].

В первый год существования Интернационала Энгельс обращался к Вильгельму Либкнехту в Берлине как к «единственному надежному связному, который у нас есть в Германии» [43]. Хотя Либкнехт и добился печати инаугурационной речи в Sozialdemokrat, он не смог сделать ничего больше. Ему было трудно содержать свою семью, и он оказался в неловком положении, согласившись написать биографию Ласалля (по заказу графини фон Гацфельд). В июле 1866 года Либкнехт был выслан из Пруссии, и Маркс неодобрительно писал Энгельсу, что «он не смог создать даже одного отделения Международной ассоциации из шести человек» [44]. Основать Интернационал в Берлине было очень сложно, потому что отношения Маркса с ADAV вскоре достигли точки невозврата. Перед основанием Интернационала и Либкнехт, и Клингс в Золингене предложили Марксу выдвинуть свою кандидатуру на пост председателя ADAV. Маркс сначала отнекивался, потом согласился, хотя и решил публично отказаться от должности, если его изберут. Это было бы «хорошей партийной акцией, направленной как против прусского правительства, так и против буржуазии» [45]. Однако завещание Лассаля, согласно которому на пост председателя выдвигался Бернхард Беккер (уже исполнявший эти обязанности), было обнародовано за несколько дней до выборов, и попытка Маркса полностью провалилась: даже в Золингене он не получил ни одного голоса. Тем не менее Маркс призвал тех немногих знакомых, которые у него были в Германии, добиться присоединения ADAV к Интернационалу на декабрьском конгрессе. Двоюродному брату Энгельса, Карлу Зибелю, он написал: «Присоединение ADAV будет полезно только вначале, чтобы противостоять нашим противникам здесь. В дальнейшем весь институт этого Союза, который покоится на ложной основе, должен быть разрушен» [46].

В ноябре Либкнехт передал Швейцеру приглашение Маркса и Энгельса писать для Sozialdemokrat, и первым материалом Маркса, помимо инаугурационной речи, стал длинный двусмысленный некролог Прудона, в котором он повторил идеи «Нищеты и философии» и, ориентируясь на положение ADAV в Германии, подверг критике явный «компромисс Прудона с сильными мира сего» [47]. Однако вскоре отношения между Марксом и Швейцером стали напряженными: Sozialdemokrat оставался верен принципам Лассаля и, казалось, напрямую нападал на Интернационал, напечатав статью Гесса в Париже, в которой повторялся слух, что Толен и его друзья являются бонапартистскими агентами. Маркс был в ярости, и, хотя Швейцер согласился сделать Либкнехта ответственным за все материалы, касающиеся Интернационала, Маркс в конце концов отказался от сотрудничества и подверг Швейцера резкой критике за его попытки умаслить правительство Бисмарка. Было бы удивительно, если бы замыслы Маркса относительно ADAV воплотились в жизнь: прошло более 15 лет с тех пор, как он активно работал в Германии [48], а его близких друзей и сторонников там можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Поначалу Интернационал не имел большего успеха в Южной Германии. Когда Либкнехт приехал в Саксонию, он сумел сделать для Интернационала там не больше, чем в Берлине. Единственной политической партией, с которой можно было работать, был Союз немецких рабочих ассоциаций (Verband Deutscher Arbeitervereine) – свободная федерация либеральных народных партий, объединенных главным образом оппозицией Пруссии, без централизованного руководства и с очень низким уровнем социальной активности. Кроме того, в политической атмосфере господствовала приближающаяся Австро-прусская война. Либкнехт, которого Маркс и Энгельс в своих письмах награждали самыми язвительными эпитетами, был готов помочь Интернационалу (более того, его явно пугала личность Маркса), но политическая ситуация просто не позволяла этого сделать. Маркс, смущенный отсутствием энтузиазма в той самой области, за которую он отвечал, делал сильно преувеличенные, а то и откровенно ложные заявления Генеральному совету о прогрессе в Германии. Самым эффективным человеком, работавшим на Интернационал в Германии, был ветеран-социалист Иоганн Филипп Беккер [49]. С основания Интернационала Беккер активно занимался вербовкой в Швейцарии со своей базы в Женеве. В конце 1866 года Беккер, поощряемый Марксом, основал активные секции Интернационала по меньшей мере в дюжине немецких городов, а в 1867 году объединил их в хорошо организованную Группу немецкоязычных