Вся Агата Кристи в трех томах. Том 2. Вся Мисс Марпл - Агата Кристи
— Лучше не интересоваться. Скорее всего из-под полы.
— А ты мне подарила чудесную брошку! — Мисс Баннер с гордостью оглядела свою грудь, на которой красовался маленький листочек с бриллиантиком.
— Нравится? Вот и хорошо. А я никогда не любила побрякушки…
— Я в полном восторге!
— Ну, и прекрасно. Давай теперь покормим уток.
— Ха! — трагически воскликнул Патрик, когда гости сели за стол. — Что я вижу? «Сладкая смерть»!
— Тс-с, — шикнула на него мисс Блэклок. — Не ровен час, Мици услышит! Она жутко злится, когда ты так называешь ее торт.
— Но это же воистину «Сладкая смерть»! Банни, это ваш именинный пирог?
— Да, — лучезарно улыбнулась Дора, — у меня сегодня великолепный день рождения.
Ее щеки ярко пылали с той самой минуты, когда полковник Истербрук вручил ей маленькую коробочку конфет и с поклоном провозгласил: «Сладкое — наисладчайшей!»
Джулия торопливо отвернулась, за что мисс Блэклок выразила ей взглядом неодобрение.
Собравшиеся воздали должное яствам и, отведав на десерт крекеров, поднялись из-за стола.
— Ох, тяжело, — пожаловалась Джулия. — А все из-за торта. В прошлый раз была аналогичная история.
— Но торт того стоит, — утешил ее Патрик.
— Да, в тортах и пирожных иностранцы знают толк, — изрекла мисс Хинчклифф. — А вот простого пудинга приготовить не могут!
Все вежливо промолчали, хотя губы Патрика дрогнули, как будто его так и подмывало спросить, кто из присутствующих хотел бы сейчас отведать простого пудинга.
— Вы что, наняли нового садовника? — поинтересовалась мисс Хинчклифф у мисс Блэклок, когда они возвратились в гостиную.
— Нет, а почему вы решили?
— Да тут один мужик шнырял возле курятника. Вид у него, правда, был довольно приличный, выправка армейская.
— Ах, вы про этого! — воскликнула Джулия. — Это же наш сыщик.
Миссис Истербрук выронила сумочку:
— Сыщик?! Но… почему?
— Не знаю, — пожала плечами Джулия. — Он тут все время ходит кругами и следит за домом. Наверное, охраняет тетю Летти.
— Какая чушь! — возмутилась мисс Блэклок. — Я могу сама за себя постоять.
— Но ведь все давно кончено! — вскричала миссис Истербрук. — Я как раз хотела спросить, почему полиция не закрывает дело?
— Они не удовлетворены его исходом, — объяснил ее муж. — Вот почему.
— А чего им не хватает?
Полковник Истербрук многозначительно покачал головой, давая понять, что он мог бы поведать куда больше, если бы счел это необходимым. Эдмунд Светтенхэм, испытывавший антипатию к полковнику, заметил:
— Честно говоря, мы тут у них все под подозрением.
— Под подозрением? — ахнула миссис Истербрук.
— Не бери в голову, котеночек, — промурлыкал муж.
— Нас подозревают в том, что мы тут крутимся намеренно, — продолжал Эдмунд, — чтобы при первой возможности совершить убийство.
— Мистер Светтенхэм, умоляю, не надо! — вскричала Дора Баннер. — Я уверена, никто из вас не смог бы убить нашу дорогую, драгоценную Летти!
Все дружно смутились.
— Это шутка, — пробормотал Эдмунд.
Чтобы разрядить обстановку, Филиппа предложила послушать последние известия. Все горячо ее поддержали.
Патрик прошептал Джулии:
— Сюда бы еще миссис Хармон! Сейчас наверняка прозвучал бы ее звонкий голосок: «Но ведь кто-то все-таки ждет случая убить вас, мисс Блэклок?»
— Я рада, что они со старухой Марпл не пришли, — сказала Джулия. — Эта старая грымза везде сует свой нос. По-моему, она обожает копаться в грязном белье. Типичный образчик Викторианской эпохи.
Последние новости вызвали чинное обсуждение ужасов атомной войны. Полковник Истербрук заявил, что Россия представляет собой главную угрозу мировой цивилизации, а Эдмунд возразил, что у него есть несколько совершенно обворожительных русских друзей. Однако его заявление было принято весьма прохладно.
Затем все снова рассыпались в благодарностях хозяйке.
— Ну как, повеселилась, Банни? — спросила мисс Блэклок после ухода последнего гостя.
— О да! Но голова так болит! Наверно, от нервов.
— Скорее от торта, — поправил Дору Патрик. — Меня тоже подташнивает. А вы еще все утро лопали шоколад.
— Я, пожалуй, прилягу, — сказала мисс Баннер. — Выпью аспирин и попытаюсь уснуть.
— Хорошая мысль, — отозвалась мисс Блэклок.
Мисс Баннер отправилась наверх.
— Мне пойти закрыть уток, тетя Летти?
Мисс Блэклок строго посмотрела на Патрика:
— Если дашь честное слово, что хорошо запрешь дверь.
— Запру! Клянусь, что запру!
— Выпейте немножко шерри, тетя Летти, — посоветовала Джулия. — Как говаривала моя нянюшка: «Это утихомирит ваш желудок». Выражение жуткое, но сейчас очень уместное.
— Пожалуй, ты права. Честно говоря, я не привыкла к таким роскошным пиршествам… О, Банни, как ты меня напугала! Что случилось?
— Не могу найти аспирин, — безутешно сказала Банни.
— Он в моей спальне, возле кровати.
— И у меня на трюмо лежит аспирин, — сказала Филиппа.
— Спасибо… большое спасибо. Я возьму, если не найду свой. Но мой где-то здесь, я точно знаю. Новый пузырек. Куда я его задевала?
— Да в ванной полным-полно пузырьков с аспирином! — нетерпеливо воскликнула Джулия. — Этот дом напичкан аспирином!
— Меня просто раздражает моя рассеянность, я все теряю, — пожаловалась мисс Баннер, поднимаясь обратно по лестнице.
— Бедная старушка Банни, — покачала головой Джулия, поднимая бокал. — Может, стоит дать ей капельку шерри?
— Нет, — покачала головой мисс Блэклок. — Она сегодня перевозбуждена, на нее спиртное не подействует. А назавтра будет худо… Но, по-моему, Банни от души повеселилась.
— Да, она была очень довольна, — кивнула Филиппа.
— Тогда давайте угостим Мици, — не унималась Джулия. — Эй, Патрик! — позвала она брата, услышав его шаги — Патрик вошел через черный ход. — Пригласи сюда Мици.
Мици привели, и Джулия налила ей шерри.
— За лучшего в мире повара! — сказал Патрик, поднимая бокал.
Мици была польщена, но решила, что надо возразить.
— О нет, нет! Я не повар. На родине я делать умственный труд.
— Значит, ты даром теряла время, — заявил Патрик. — Какой умственный труд сравнится с тортом «Сладкая смерть»?
— О-о! Я говорить… мне не нравится…
— Мало ли что тебе не нравится, моя прелесть? — рассмеялся Патрик. — Я его так прозвал — и точка! Ладно, давайте выпьем за «Сладкую смерть» — и к черту последствия!
— Филиппа, дорогая, я хочу с тобой поговорить.
— Да, пожалуйста, мисс Блэклок… — с легким удивлением отозвалась Филиппа Хаймес.
— Ты ведь немножко расстроена, да?
— Я?
— Мне кажется, в последнее время у тебя расстроенный вид. Что-то случилось?
— Нет… ничего, мисс Блэклок. Что у меня может случиться?
— Не знаю… Я думала, может, вы с Патриком…
— С Патриком? — на этот раз Филиппа удивилась всерьез.
— Значит, нет. Извини, пожалуйста, что я вмешиваюсь… Но вы так часто бывали вместе… Видишь ли, хотя Патрик мне родня, я бы тебе не советовала… Не думаю, что из него получится хороший муж. По крайней мере в обозримом будущем.
Лицо Филиппы окаменело.
— Я больше не выйду замуж.
— Выйдешь! Когда-нибудь выйдешь, дитя мое. Ты молода.
